. В
данном случае, очевидно, что автор имеет ввиду самозащиту гражданских прав.
Учитывая то обстоятельство, что приведенная классификация была
разработана в соответствии с требованиями советского законодательства 60-х гг.
прошлого века, в целом нельзя не отметить своеобразие основания, по которому О.
С. Иоффе проводит градацию порядков осуществления защиты субъективных
гражданских прав. Таковым он очевидно рассматривает установленный законом
принцип приоритета использования того или иного порядка защиты гражданских
прав и охраняемых законом интересов.
Таким образом, наиболее общим классификационным основанием форм
защиты субъективных гражданских прав выступает субъект, правомочный
осуществлять защиту гражданских прав. Это еще раз подтверждает обоснованность
утверждения Г. А. Свердлыка и Э. Л. Страунинга о том, что форма защиты
указывает на субъекта, осуществляющего меры защиты, тем самым, определяя его в
качестве основного, квалифицирующего признака одной формы по отношению к
другим.
Законодательство не содержит не только понятия «форма защиты»
субъективного права, но даже не оперирует этим термином как таковым, используя
при этом термины «порядок защиты», «способ защиты».
В юридической литературе вопрос определения понятия «форма защиты
субъективного права» имеет различные подходы к его разрешению. Учитывая тот
факт, что в законодательных актах используются такие термины как способ,
порядок, большинство исследователей предлагают определять понятие формы
защиты субъективного права через ее соотношение с этими категориями, дополнив
их ряд еще категорией «средство защиты». Думается, что было бы не совсем верно
рассматривать понятие формы защиты через соотношение с обозначенными
категориями, без учета понятия механизма правовой защиты субъективных
гражданских прав и охраняемых законом интересов.