55
При этом чаще всего суды в обоснование своей позиции указывают на
отсутствие в действиях подсудимого специальной цели легализации
1
.
Подобный подход не умаляет, на наш взгляд, состоятельности тезиса об
отсутствии в таких деяниях объекта легализации. Специальная цель как
конструктивный признак составов преступлений, предусмотренных ст. 174 и
174.1 УК РФ, названа законодателем как раз для того, чтобы отграничить
финансовые операции и иные сделки, имеющие специфическую для этих
преступлений общественную опасность, от тех финансовых операций и иных
сделок, которые ее не имеют. Поэтому отсутствие в содеянном специальной
цели легализации означает одновременно и отсутствие соответствующего
объекта преступления.
К сказанному остается добавить, что даже факт введения в легальный
оборот преступно нажитого имущества не всегда свидетельствует о его
легализации. Здесь следует учитывать п. 11 Постановления Пленума
Верховного Суда РФ № 32. Содержание приведенного пункта обусловлено
отсутствием в соответствующих деяниях общественной опасности при
формальном наличии состава легализации (ч. 2 ст. 14 УК РФ).
Кроме того, необходимо отметить, что следует различать бытовое
потребление и капитализацию преступных доходов. В первом случае лицо
использует приобретенное преступным путем имущество для удовлетворения
своих потребностей, прерывая тем самым его дальнейший оборот, во втором
случае происходит преобразование преступных доходов в средства труда,
предметы труда, рабочую силу и т.д. По сути, это тоже потребление, но только
производственное, создающее условие для увеличения капитала. Бытовое
потребление имущества, добытого преступным путем, как правило, не может
быть признано легализацией, даже если оно сопровождается совершением
каких-либо сделок с ним, например, оплата похищенными средствами
1
Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации : научно-практическое
пособие / В. М. Лебедев, В. А. Давыдов, И. Н. Иванова ; отв. ред. В. М. Лебедев. — 7-е изд.,
перераб. и доп. — М. : Издательство Юрайт, 2019 // СПС «КонсультантПлюс».
56
оказанных услуг. Это обстоятельство не всегда учитывается на практике что
ведет к прекращению уголовного преследования на дальнейших этапах
расследования или вынесение оправдательного приговора в суде.
Вместе с тем, значительная часть таких уголовных дел завершается
вынесением обвинительного приговора, в том числе и по ст. 174.1 УК РФ.
Одним из мотивирующих факторов, способствующих неправильной
квалификации бытового потребления в качестве легализации, является
ориентирование правоохранительных органов на показатели своей
деятельности. При всей декларированной независимости, следователь входит в
штаты определенного ведомства, которое отвечает за выявление указанных
преступлений. В таких условиях всегда остается соблазн использовать
неясность закона в пользу статистики, которая давно, еще с советских времен,
подменила собой реальную жизнь. Наиболее распространенным приемом
являлось искусственное увеличение числа выявленных преступлений
посредством квалификации сбыта похищенного имущества по ст. 174.1 УК РФ.
Следует отметить принципиальную позицию судебных органов, не
поддержавших порочную практику подмены реальной борьбы с отмыванием
денежных средств ее имитацией за счет создания искусственных преступлений.
Исходя из правовой позиции Верховного Суда РФ, денежные и иные
имущественные расчеты внутри преступной группы в виде возврата долга,
перераспределения похищенного имущества, отчисления в общие
криминальные фонды не могут быть признаны легализацией, поскольку в таком
случае не маскируется преступных характер этих средств, не придается
видимость правомерности их приобретения. Такие сделки в виде
внутригрупповых финансовых и иных имущественных расчетов, когда нет цели
легализовать имущество, добытое преступным путем, следует отличать от
фактов совершения серии сделок с подконтрольными криминальными по роду
своей деятельности организациями, специально созданными либо
используемыми для затруднения возможности отслеживания источников
происхождения денег.
57
Речь идет о системе кредитных учреждений, контролируемых членами
единой организованной группы или преступного сообщества. Тот факт, что
посвященным в преступный характер совершаемых сделок лицам известен
источник происхождения преступных доходов, не препятствует признанию
таких сделок формой легализации, поскольку такие финансовые операции
рассчитаны на создание внешне легального оборота. По преступлениям,
связанным с мошенничеством, схемы, как правило, сложнее, и связаны с
осуществлением законной или незаконной предпринимательской деятельности.
Так, по уголовному делу в отношении Ш. (г. Москва, приговор от
19.01.2012, дело № 1-10/2012) установлено, что он являлся генеральным
директором ООО «ЦЕНТАР», «фирмы-однодневки», не ведущей финансово-
хозяйственной деятельности и не получающей прибыли. Ш. получил в
коммерческом банке кредит в размере 5 000 000 рублей, при этом им были
представлены документы, содержащие недостоверные сведения о финансово-
хозяйственном состоянии ООО «ЦЕНТАР», а также не соответствующие
действительности документы о наличии в собственности ООО «ЦЕНТАР»
имущества стоимостью 21 521 946 рублей 40 копеек, предложив его в качестве
залога по кредитному договору. Впоследствии платежей в погашение кредита и
процентов по нему ООО «ЦЕНТАР» по кредитному договору не осуществляло.
После перечисления денежных средств на счет ООО «ЦЕНТАР» (деньги были
получены в долларах на эквивалентную сумму) Ш. их в этот же день путем
проведения конвертации валютных средств (в евро) перевел с одного
расчетного счета ООО «ЦЕНТАР» на другой расчетный счет этого же ООО в
том же банке. Далее в целях придания правомерного вида владению, Ш. еще
раз перевел деньги со второго расчетного счета ООО «ЦЕНТАР» в
коммерческий банк «Нефтяной Альянс» на расчетные счета подконтрольных
ему (Ш.) компаний, фактической предпринимательской деятельности не
осуществляющих.
Тем самым, при значительном числе маскирующих сделок,
запутывающих потерпевшего и позволяющих вывести денежные средства или
58
иное имущество за пределы досягаемости, а также обеспечивающих
невозможность возврата изъятого имущества, возникает ситуация, когда
действия виновного одновременно содержат и признаки объективной стороны
мошенничества, и отмывания преступных доходов, причем они могут
совпадать по времени или неоднократно менять последовательность их
совершения
1
.
Анализ практики расследования и рассмотрения уголовных дел о
легализации в суде позволил также выявить следующие проблемы применения
ст. 174 УК РФ и ст. 174.1 УК РФ, нуждающиеся вразрешении.
Отсутствие фактов применения ст. 174 и174.1 УК РФ при хищении в
крупном и особо крупном размере означает ослабление правоохранительного
потенциала, заложенного в содержание указанных норм уголовного закона.
Проблема заключаетсяне только в том, что фактически не работают санкции
перечисленныхстатей, но и в том, что квалификация по совокупности со ст. 174
и174.1 УК РФ предоставляет возможность осуществить конфискациюдоходов,
приобретенных преступным путем.
С целью формирования надлежащей мотивацииправоприменителя на
расследование не только обстоятельств совершения преступления, связанного с
извлечением дохода, но и способовраспоряжения таким имуществом и его
«судьбой» после окончанияпреступления необходимо внести изменение в ст. 73
УПК РФ – Обстоятельства, подлежащие доказыванию, дополнив ее новым
пунктомследующего содержания: «4.1. обстоятельства, характеризующие
способы распоряжения доходами, полученными преступным путем;»
2
.
Как показывают результаты исследования, достаточно великудельный вес
случаев исключения судом квалификации по ст. 174 и174.1 УК РФ при
осуждении за предикатное преступление. Наиболеесложным с точки зрения
1
Уголовное право России. Особенная часть [Электронный ресурс]. В 2 т. Т. 1. 2-е изд., пер. и
доп.Учебник для бакалавриата, специалитета и магистратуры / Под ред. О.С. Капинус. – М.:
Юрайт, 2019. Т. 1. С. 497.
2
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от
27.12.2019) // СЗ РФ, 2001, № 52, ст. 4921.
59
доказывания признаком состава преступления является цель легализации.
Поскольку она относится к внутренней психологической стороне деяния,
требуется установление признаков ее объективизации во вне. Анализ таких
действий, которые самипо себе, без пояснения обвиняемого объективно
свидетельствуют обих направленности, должен проводиться на основе
сопоставленияхарактера деяния с его результатом. На практике же, нередко
такойанализ заменяется показаниями самого обвиняемого о наличии подобной
цели. Примечательно, что практически во всех случаях, еслиобвиняемый не
признавал наличия такой цели, суд исключал из формулы обвинения
квалификацию по ст. 174 и 174.1 УК РФ.
Признание подсудимым вины чаще всего сочетается с
согласиемобвиняемого на рассмотрение дела в особом порядке.
В данном контексте думается, что при расследовании и рассмотрении
судом уголовных дел о легализации стоит учитывать следующие факторы,
которые могут свидетельствовать о наличии цели легализацииимущества,
приобретенного преступным путем:
Величина преступного дохода. Обобщение практики показывает,что
возможности доказывания цели легализации прямо пропорциональны размеру
легализуемого имущества. Чем выше стоимость приобретенного преступным
путем имущества, тем больше потребностив маскировке его происхождения, в
том числе посредством конвертации в другое имущество. Небольшие суммы
похищенного, распоряжение которыми не фиксируется и практически не может
быть контролируемо, как правило, не требуют их легализации.
Исключениемявляются случаи, когда лицо имеет основание опасаться, что
имущество может быть идентифицировано.
Вид имущества, в котором выражен преступный доход. Другимфактором,
определяющим возможности по доказыванию цели легализации является вид
имущества. Если похищенное или приобретенноеиным преступным путем
имущество должно быть зарегистрировано(недвижимость, автомобиль, яхта и
т.п.) существует больший рискустановления источника происхождения
60
имущества, в связи с чемвиновное лицо предпринимает меры для сокрытия
следов приобретения и дальнейшей судьбы такого имущества посредством
различногорода комбинаций, затрудняющих установление подлинного
источника происхождения имущества или идентификацию нового
собственника имущества. В таком случае лицо, отмывающее такое
имущество,стремится использовать запутанную цепь сделок, либо
оформляетимущество на родственников, близких или других подставных
лиц.Нередко при этом используются подложные документы. Совершениетаких
сделок уже само по себе во многих случаях указывает на наличие цели
легализации
1
.
Вид и характер совершенного преступления. Значительную рольв
определении цели легализации играют особенности
совершенногопреступления. Такие преступления, как мошенничество,
присвоениеили растрата уже в самом процессе их совершения требуют
маскировки фактов перехода имущества от потерпевшего к лицу,
совершающему хищение, либо сокрытие дальнейшей судьбы похищенного
имущества, поскольку потерпевший в большей степени, чем, например,
прикраже, способен контролировать свое имущество и либо сам передаетего
виновному, либо соглашается на его передачу, будучи введеннымв
заблуждение. То же самое происходит при растрате и присвоении,когда
имущество собственником вверяется лицу, осуществляющемувпоследствии
хищение. Таким образом, характер таких преступленийсам по себе
предполагает необходимость легализации полученныхсредств, поскольку в
таких размерах фактически невозможно потребить преступно приобретенное
имущество в бытовых целях. Оченьсложно хранить в таких объемах и
наличные денежные средства. Всвязи с этим, похищенные средства либо
размещаются на банковских счетах, либо используются для приобретения
1
Качан С.Д. Противодействие отмыванию доходов, полученных преступным путем в
Российской Федерации и легализации незаконных доходов и финансирования терроризма //
Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Серия: Экономика и право.
2017. № 4. С. 107.
61
недвижимостиили иного ценного имущества. При этом нередко используются
счетародственников, доверенных лиц и соучастников преступления, либотаким
лицам имущество фиктивно передается под видом дарения.Следовательно,
практически каждый факт хищения в крупном и особо крупном размере
потенциально предполагает легализацию похищенного имущества.
Иной является связь цели легализации с особенностями преступлений в
сфере незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ.
Характер преступления таков, что его выявлениеобычно требует проведения
оперативных мероприятий, о чем какправило, осведомлены организаторы и
исполнители преступлений.
В связи с этим, типичные комбинации отмывания денежных средствпо
преступлениям, связанным со сбытом наркотических средств заключаются в
том, чтобы не только скрыть источник происхождениядохода, но и избавиться
от денежных средств или иного имущества,которые могут быть помечены при
проведении оперативного эксперимента. В таком случае цель уничтожения
доказательств неотрывнаот цели легализации такого имущества. При наличии
высокого риска разоблачения с помощью меченныхкупюр, полученные от
реализации наркотика и ли психотропного вещества денежные средства
виновные стараются как можно быстреепреобразовать в другой вид имущества,
либо поменять купюры.Примерно такая же мотивация в быстрой конвертации
предметапреступления сопровождает коррупционные преступления,
которыетоже, как правило, выявляются посредством оперативного
сопровождения и нередко сопровождаются фиксацией
идентификационныхпризнаков предмета взятки.
Особенности правового статуса субъекта предикатного преступления.
Потребность в легализации нередко связана также с особенностями правового
статуса субъекта предикатного преступления.Лица, обязанные декларировать
свои доходы, непосредственно заинтересованы в том, чтобы скрыть факт
приобретения преступнымпутем имущества, либо скрыть само имущество.
62
Вариантов решениятакой преступной задачи, как показывает практика, очень
много
1
.
Анализ приговоров показывает, что на практике сложилась устойчивая
тенденция признавать предикатными преступлениями узкийкруг уголовно-
наказуемых деяний. В подавляющем большинствеслучаев это хищения и факты
незаконного оборота наркотическихсредств и психотропных веществ. Между
тем, законодатель практически снял все ограничения на признание
преступления предикатным,убрав перечень исключений из ст. 174 УК РФ и ст.
174.1 УК РФ.
К примеру, фактически отсутствует практика совокупности
рассматриваемых статей УК РФ с таким составом преступления, как
злоупотребление полномочиями руководителемкоммерческой организации (ст.
201 УК РФ). Вместе с тем, как следуетиз диспозиции статьи, указанное
преступление совершается в целяхизвлечения выгод и преимуществ для себя
или других лиц. Следовательно, в ходе расследования уголовных дел должен
решаться вопрособ ответственности «выгодоприобретателей», если они знали о
преступном характере получаемых ими денежных средств.
Это связано как с практическим вопросом «нежелания» органов
следствия усложнять и без того сложное уголовное дело, так ис теоретической
проблемой боязни «расширительного» толкованиялегализации». Главным
свойством предикатного преступления является порождение преступного
дохода, который затем легализуется.
В существовании такой проблемы существенную роль играют
привычные, наработанные схемы выявления легализации по делам
перечисленных выше категории и отсутствие навыков выявления
фактовлегализации по более сложным с точки зрения доказывания
делам,отсутствие ясности в терминологии, используемой законодателем
приконструировании оснований уголовной ответственности. Сказывается здесь
1
Филатова М.А. Разрешение Пленумом Верховного Суда спорных вопросов понимания
легализации преступных доходов // Уголовное право. 2016. № 3. С. 88.
63
и отсутствие стабильной судебной практики по квалификации легализации в
сложных случаях совокупности преступлений.
Практика может быть скорректирована посредством разработки
методических рекомендация, включающих особенности выявления легализации
по всем видам преступлений, доход откоторых может быть легализован.
Исправлению ситуации могло быспособствовать дальнейшее
совершенствование содержания Постановления Пленума Верховного СудаРФ,
специально посвященного практике применения ст. 174 УК РФи ст. 174.1 УК
РФ в условиях новой экономической и криминологической ситуации. Те же
вопросы, которые не могут быть разрешены посредством надлежащего
толкования уголовного закона, необходиморазрешать путем внесения
изменений в диспозиции ст. 174 УК РФ ист. 174.1 УК РФ, которые более точно
отражали природу преступного дохода, его признаки и особенности
легализации в современныхусловиях.
3.2. Вопросы совершенствования правоприменительной практики по
делам о легализации преступных доходов
В результате рассмотрения проблем реализации уголовно-правовых норм
об ответственности за легализацию преступных доходов можно
сформулировать вывод, согласно которому основные трудности применения
уголовного законодательства в сфере противодействия отмыванию денежных
средств и противодействию финансирования терроризма связаны не только с
несовершенством техники изложения признаков состава, отставания их формы
от современного экономического содержания, но и с инерцией доктринальных
позиций относительно толкования признаков составов отмывания преступных
доходов в их взаимосвязи с предикатными преступлениями. Доктринальные
воззрения, в свою очередь формировались в результате позиции законодателя
относительно ответственности за данного рода деяния. Сформированная
доктринальная позиция, не признающая уголовной наказуемости действий с
похищенным имуществом, если они совершены лицом, добывшим такое
64
имущество преступным путем, осталась достаточно сильной и в науке
уголовного права и у практиков, принимающих решения по уголовным делам.
Во многом сказывалось и влияние немецкого уголовного
законодательства и немецкой доктрины уголовного права, которое особенно
сильно проявлялось в начале XIX века – в период интенсивного формирования
отрасли российского уголовного законодательства. О сходном отношении
доктрины к новым составам легализации свидетельствует тот факт, что и в
России, и в Германии до последнего времени сильны позиции ученых,
скептически относящихся к необходимости введения уголовной
ответственности за легализацию преступных доходов, особенно, если речь идет
о том же лице, которое эти доходы получило преступным путем. Даже чисто
количественные показатели применения норм о легализации в Германии и
России в сопоставимые периоды времени в основном совпадают. Число
уголовных дел о легализации явно незначительно по сравнению с масштабами
преступности, порождающей незаконные доходы, впрочем, как и во многих
других странах
1
.
Указанные обстоятельства служат серьезным препятствием к
утверждению в науке и практике новых позиций, признающих
самостоятельность общественной опасности легализации, не поглощаемой
опасностью предшествующего преступления, в результате которого
приобретено имущество. Это приводит к недооценке степени общественной
опасности легализации в случаях конкретизации оценочных признаков состава
легализации, когда принятие решение во многом зависит от отношения
правоприменителя к данному составу в целом. Субъективное представление о
том, что такие деяния являются искусственной конструкцией и не имеют
криминологического основания, конечно же, влияет на принятие решения по
уголовному делу. Само по себе изменение законодательства не может изменить
1
Жубрин Р.В. Противодействие легализации преступных доходов: зарубежный и российский
опыт: монография. – М.: Издательство ФГАОУ ДПО «Академия повышения квалификации и
профессиональной переподготовки работников образования. С. 278.