36
муссирование данной темы в прессе очень похоже на начало подготовки
общественного мнения к таким решениям.
Если желанный для центробанков результат – перевод максимальной
доли платежей в официальную безналичную валюту, то сферу применения всех
других инструментов будут всё жестче ограничивать. И это коснётся не только
наличных денег, но и существующих «негосударственных» криптовалют, с
очевидными последствиями для стоимости последних.
Если ранее в мировом сообществе на идеи смены существующей системы
смотрели лишь как на отдельные мнения, то в последнее время глобальные
деформации, происходящие в результате движения неконтролируемых,
перегретых, спекулятивных и дестабилизирующих финансовых потоков,
обусловили повышенный интерес к проблеме реформирования архитектуры
мировой финансовой системы.
Число индикаторов несостоятельности Ямайской системы огромно,
назовем лишь часть из них. Отрыв валютных курсов сначала от золотого
содержания, а затем и от товарного, привел к расширению коридора
возможных колебаний курса той или иной валюты, резкому росту спекуляций и
снижению доли трансакций, направленных на обслуживание реальных
операций до 2-3%. В свою очередь, центральные банки и МВФ оказались
практически лишены инструментов влияния на мировые валютные процессы.
Кроме того, наблюдается значительная валютная асимметрия, вызванная
разделением мира на страны-эмитенты резервных валют (США, ЕС,
Швейцария) и страны-держатели резервов (к примеру, валютные резервы Китая
достигают 1,9 трлн. долл., Японии — превышают 1 трлн. долл). При этом
эмитенты резервных валют не согласовывают свои действия с мировой
конъюнктурой и потребностями стран мира и не отвечают перед миром за
генерацию и эмиссию валюты. Стремительная либерализация и развитие
информационно-коммуникационных технологий привели к увеличению
скорости распространения кризисов между удаленными экономиками, росту их
интенсивности и их глобальному масштабу.
В целом, анализ современных тенденций и выдвигаемых предложений