33
права будет учитываться международным коммерческим арбитражем
1
(если
стороны сделали соответствующую арбитражную оговорку или заключили
арбитражное соглашение). Однако государственный суд скорее всего
истолкует это как отсутствие выбора права, и поиск подлежащего применению
права будет продолжен на основании соответствующих коллизионных норм
2
, а
положения повсеместно признанных формально определенных
негосударственных регуляторов (например, Принципов международных
коммерческих договоров УНИДРУА) будут применяться в качестве
согласованных сторонами условий договора
3
.
В отсутствие выбора подлежащего применению права к договору между
представителем и представляемым согласно п. 1 ст. 1211 ГК РФ будет
применяться право страны, где на момент заключения договора находится
место жительства или основное место деятельности стороны, которая
осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания
договора, а именно: поверенного - в договоре поручения, агента - в агентском
договоре (сконструированном по модели договора поручения).
Таким образом, п. 1 ст. 1217.1 ГК РФ закрепил существовавший прежде
(до 1 ноября 2013 г.) порядок определения права, подлежащего применению к
внутренним отношениям представительства. Рассмотренные положения ГК
РФ соответствуют коллизионному регулированию внутренних отношений
представительства, закрепленному в Гаагской конвенции 1978 г. и в
законодательстве многих зарубежных стран (см., в частности, п. 1 ст. 126 в
совокупности с п. 1 ст. 116 Закона Швейцарии "О международном частном
праве" 1987 г., ст. 16 Закона "О применении права к гражданским отношениям
1
Комаров А.С. Применение Принципов УНИДРУА - унификация международной торговли
в действии // Унификация международного частного права в современном мире: Сб. ст. /
Отв. ред. И.О. Хлестова. М., 2013. С. 50 - 66.
2
Комментарий к части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации / Под ред.
А.Л. Маковского, Е.А. Суханова. М., 2002. С. 426 - 427.
3
Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части третьей
(постатейный) / Отв. ред. Н.И. Марышева, К.Б. Ярошенко. 4-е изд. М., 2014. С. 533 - 535;
Асосков А.В. Коллизионное регулирование договорных обязательств. М., 2012. С. 325 - 327;
Бардина М. Международный коммерческий арбитраж: свобода в выборе применимого
права // Корпоративный юрист. 2012. N 6. С. 25 - 26.
34
с иностранным участием в Китайской Народной Республике" 2010 г. и др.)
1
.
Статут внешних отношений представительства согласно п. 5 ст. 1217.1
ГК РФ включает: наличие и объем полномочий представителя; последствия
осуществления им своих полномочий; требования к содержанию
доверенности; срок действия и прекращение доверенности, в том числе
последствия ее прекращения для третьих лиц; допустимость выдачи
доверенности в порядке передоверия; последствия совершения сделки при
отсутствии полномочий действовать от имени представляемого или при
превышении этих полномочий, в том числе в случае последующего одобрения
такой сделки представляемым. Этот перечень является открытым,
соответственно, иные аспекты внешних отношений представительства, даже
не упомянутые в этом пункте, также определяются правом, которое на
основании ст. 1217.1 ГК РФ подлежит применению к отношениям между
представляемым или представителем и третьим лицом. Закрепление в
российском законодательстве неисчерпывающего перечня вопросов, входящих
в статут внешних отношений представительства, очевидно, обусловлено
существующими в отдельных зарубежных правопорядках различиями в
разграничении статута внешних отношений представительства и статута
договора, заключаемого представителем от имени представляемого с третьим
лицом (основного договора), а также в разграничении статутов внутренних и
внешних отношений представительства
2
.
Форма доверенности, как и до изменений, внесенных в ГК РФ
Федеральным законом от 30 сентября 2013 г. N 260-ФЗ, определяется по
правилам п. 1 ст. 1209 ГК РФ, однако изменения претерпела сама ст. 1209 ГК
РФ. В настоящее время согласно этой статье форма доверенности подчиняется
праву страны, подлежащему применению к самой доверенности, т.е. исходя из
содержания статута внешних отношений представительства определяется по
1
Отдельные виды обязательств в международном частном праве: Монография / Отв. ред.
Н.Г. Доронина, И.О. Хлестова. 2-е изд. М., 2014. С. 60 - 61.
2
Асосков А.В. Коллизионное регулирование отношений добровольного представительства
// Вестник гражданского права. 2014. N 6. С. 38 - 47.
35
правилам ст. 1217.1. Однако доверенность не может быть признана
недействительной вследствие несоблюдения формы, если соблюдены
требования права страны места ее совершения к форме доверенности.
Совершенная за границей доверенность, стороной которой выступает лицо,
чьим личным законом является российское право, не может быть признана
недействительной вследствие несоблюдения формы, если соблюдены
требования российского права к форме доверенности.
Наиболее предпочтительным вариантом коллизионного регулирования
внешних отношений представительства является применение к ним, как и к
внутренним отношениям, принципа автономии воли сторон. По словам А.В.
Асоскова, "разрешение выбора применимого права самим участникам
отношений имеет то несомненное преимущество, что позволяет заранее внести
предсказуемость и определенность в определение статута добровольного
представительства"
1
. В ряде зарубежных государств возможность выбора
права предоставлена представляемому. Это объясняется тем, что именно он
инициирует возникновение отношений представительства и наделяет
представителя полномочиями. При этом требуется соблюдение определенных
условий, гарантирующих осведомленность иных участников отношений
представительства (третьего лица, представителя) о выбранном праве,
например указание на это в доверенности, совершенной в письменной форме.
Гаагская конвенция 1978 г., а также некоторые правопорядки (п. 3 ст. 62
Кодекса международного частного права Болгарии 2005 г.) допускают выбор
права не только представляемым, но и третьим лицом
2
.
В первом абзаце п. 2 ст. 1217.1 ГК РФ закреплено, что отношения между
представляемым или представителем и третьим лицом определяются по праву
страны, которое выбрано представляемым в доверенности, если иное не
1
Асосков А.В. Коллизионное регулирование отношений добровольного представительства
// Вестник гражданского права. 2014. N 6. С. 28
2
Власова Н.В. Коллизионное регулирование представительства в свете реформирования
российского гражданского законодательства // Новое в гражданском законодательстве:
баланс публичных и частных интересов: Материалы для VII Ежегодных научных чтений
памяти профессора С.Н. Братуся / Отв. ред. Н.Г. Доронина. М., 2012. С. 343 - 346.
36
вытекает из закона и при условии, что третье лицо и представитель были
извещены об этом выборе.
Очевидно, что норма о выборе права во внутренних отношениях
представительства (ст. 1210 в совокупности с п. 1 ст. 1217.1 ГК РФ) по
сравнению с нормой о выборе права во внешних отношениях
представительства не предъявляет строгих требований к форме соглашения о
выборе права. Кроме того, такое соглашение представителя и представляемого
согласно п. 2 ст. 1210 ГК РФ "должно быть прямо выражено или должно
определенно вытекать из условий договора либо совокупности обстоятельств
дела". Наоборот, возможность выбора права во внешних отношениях
представительства обусловлена необходимостью соблюдения письменной
формы: посредством указания представляемого на подлежащее применению
право в доверенности, поскольку в силу п. 1 ст. 1187 ГК РФ при определении
права, подлежащего применению, толкование юридических понятий
осуществляется в соответствии с российским правом, если иное не
предусмотрено законом, а в российском праве (п. 1 ст. 185 ГК РФ) под
доверенностью понимается «письменное уполномочие, выдаваемое одним
лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими
лицами».
Помимо этого, требуется соблюдение условия об извещении третьего
лица и представителя о выборе подлежащего применению права. Поскольку
указание на выбранное право содержится в доверенности, это может быть
сделано путем передачи представляемым доверенности представителю, а
также путем предъявления представителем доверенности третьему лицу.
Выбор представляемым подлежащего применению права в доверенности
при соблюдении условий первого абзаца п. 2 ст. 1217.1 ГК РФ имеет
приоритет перед теми способами установления права, которые закреплены во
втором абзаце этого пункта. В законе не решен вопрос о последствиях
несоблюдения требований в отношении формы выбора права и уведомления
других участников внешних отношений представительства. По нашему
37
мнению, в этих случаях должны применяться коллизионные привязки второго
абзаца п. 2 ст. 1217.1 ГК РФ.
Представляется необходимым дальнейшее совершенствование норм ст.
1217.1 ГК РФ о выборе права для регулирования внешних отношений
представительства в части наделения этой возможностью не только
представляемого, но и других участников этих отношений - представителя и
третьего лица, что позволит в наибольшей степени обеспечить баланс
интересов всех участников рассматриваемых отношений. Например, это может
быть согласование представителем и третьим лицом права, подлежащего
применению к внешним отношениям представительства, и указание на
выбранное право в договоре, заключенном представителем с третьим лицом от
имени представляемого. В таком случае интересы представляемого могут быть
защищены следующим образом:
1) путем закрепления приоритетного применения права, выбранного
представляемым, если об этом были извещены другие стороны отношений
представительства;
2) путем закрепления правомерности согласования подлежащего
применению права представителем и третьим лицом только в том случае, если
представляемый прямо не ограничил полномочия представителя, запретив ему
делать такой выбор.
Как правило, в отсутствие выбора права в зарубежном законодательстве
используются комбинированные коллизионные привязки, первоочередной из
которых является привязка к праву места нахождения представителя (п. 2 ст.
126 Закона Швейцарии "О международном частном праве" 1987 г., п. 2 ст. 18
Закона Южной Кореи "О международном частном праве" 2001 г., ст. 62
Кодекса международного частного права Болгарии 2005 г., п. 2 ст. 30 Закона
Турции "О международном частном праве и международном гражданском
процессе" 1982 г., п. 2 ст. 23 Закона Польши "Международное частное право"
2011 г.). В ряде зарубежных государств используется привязка к месту
осуществления представителем своих полномочий (§ 49 Федерального закона
38
Австрии "О международном частном праве" 1978 г., ст. 108 Кодекса Бельгии
"О международном частном праве" 2004 г.). В Гаагской конвенции 1978 г. в
качестве генеральной коллизионной привязки в отсутствие выбора права
представляемым или третьим лицом используется привязка к праву
государства, где представитель имел коммерческое предприятие в момент
совершения соответствующих действий. Однако применяется и субсидиарная
коллизионная привязка, отсылающая к праву места осуществления
представителем своих полномочий, если: таковые осуществляются в
государстве по месту нахождения представляемого или третьего лица, либо
представитель действует на бирже или участвует в аукционе, либо
представитель не имеет своего коммерческого предприятия.
В российском законодательстве (абзац второй п. 2 ст. 1217.1 ГК РФ) при
решении вопроса о праве, подлежащем применению к внешним отношениям
представительства в отсутствие выбора права представляемым в доверенности
или в случае, если выбранное право в соответствии с законом не подлежит
применению (например, согласно ст. 1193 ГК РФ об оговорке о публичном
порядке), предложены две коллизионные привязки: генеральная и
субсидиарная.
В первую очередь подлежит применению право страны, где находится
место жительства или основное место деятельности представителя. В данном
случае результат поиска права, подлежащего применению к внешним и
внутренним отношениям представительства в отсутствие выбора права,
совпадает, поскольку обращение к п. п. 1 и 2 ст. 1211 ГК РФ также приводит к
применению во внутренних отношениях представительства права страны
места жительства или основного места деятельности представителя.
Если третье лицо не знало и не должно было знать о месте жительства
или об основном месте деятельности представителя (к примеру, если
соответствующее указание отсутствует в доверенности, которую
представитель предъявляет третьему лицу), используется субсидиарная
привязка, отсылающая к праву страны, где преимущественно действовал
39
представитель в конкретном случае, т.е., в частности, проводил переговоры по
заключению договора с третьим лицом от имени представляемого и т.п.
Однако в законе отсутствует ясность в определении момента, по
состоянию на который представитель проживает либо осуществляет свою
основную деятельность. К примеру, применительно к коллизионному
регулированию внутренних, договорных, отношений представительства такой
момент определен и им является момент заключения договора, оформляющего
отношения представительства (см. п. 1 ст. 1217.1 в совокупности с п. 1 ст. 1211
ГК РФ). Представляется, что имеющийся пробел правового регулирования
абзаца второго п. 2 ст. 1217.1 ГК РФ можно восполнить, например, определив
место жительства или основное место деятельности представителя: 1) на
момент заключения договора о представительстве; 2) на момент выдачи
доверенности; 3) на момент начала переговоров представителя с третьим
лицом о заключении договора от имени представляемого; 4) на момент
заключения договора представителем от имени представляемого с третьим
лицом (основного договора). Оптимальными являются два последних
варианта, поскольку они в большей степени приближены по времени к
деятельности представителя, составляющей существо внешних отношений
представительства. При этом следует иметь в виду, что момент заключения
договора представителем от имени представляемого с третьим лицом
отличается большей степенью формальной определенности, нежели момент
начала переговоров.
В ГК РФ закреплены два изъятия из общих правил определения права,
подлежащего применению к внешним отношениям представительства, что
обусловлено публичным интересом. Первое из них содержится в п. 3 ст. 1217.1
и действует, когда полномочие предоставлено представителю для совершения
сделки в отношении недвижимого имущества и при этом сделка либо
возникновение, переход, ограничение или прекращение прав по ней подлежит
обязательной государственной регистрации. В таком случае подлежит
применению право страны, где недвижимое имущество внесено в
40
государственный реестр. Другое изъятие из общих норм содержится в п. 4 ст.
1217.1 ГК РФ и касается процессуального представительства. Правом,
подлежащим применению к внешним отношениям представительства в случае,
если полномочие предоставлено представителю для ведения дела в
государственном или третейском суде, является право страны, где проводится
судебное или третейское разбирательство.
Рассмотрев коллизионное регулирование отношений добровольного
представительства в российском праве, отметим, что ст. 1217.1 ГК РФ
содержит достаточно предсказуемые и сбалансированные нормы, которые
основаны на коллизионном регулировании, закрепленном в Гаагской
конвенции 1978 г. и в значительном числе национальных правопорядков. В
основу коллизионных норм этой статьи заложен гибкий подход к определению
права, подлежащего применению к внутренним и внешним отношениям
представительства - прежде всего на основе принципа автономии воли сторон.
Применительно к внутренним и внешним отношениям представительства при
отсутствии выбора права ГК РФ предусмотрел одинаковые генеральные
коллизионные привязки - к праву страны места жительства или основного
места деятельности представителя. Логичными видятся также положения ст.
1217.1 ГК РФ, целью которых является защита прав третьего лица (а
соответственно, и интересов оборота в целом), в частности, требование об
уведомлении его представляемым о выборе подлежащего применению права
во внешних отношениях представительства, привязка в отсутствие выбора к
праву страны, где преимущественно действовал представитель в конкретном
случае, если третье лицо не знало и не должно было знать о месте жительства
или об основном месте деятельности представителя. В то же время согласно
ст. 1217.1 ГК РФ третье лицо и представитель лишены свободы выбора права
применительно к регулированию внешних аспектов представительства.
Полагаем, для наиболее полноценной защиты их прав и законных интересов
им также должна быть предоставлена возможность выбора права во внешних
отношениях представительства. Кроме того, в ст. 1217.1 ГК РФ надлежит
41
определить момент, на который представитель проживает или осуществляет
свою основную деятельность, если представляемый не выбрал право,
подлежащее применению к внешним отношениям представительства. В
качестве такого момента целесообразно избрать момент заключения основного
договора.
По нашему мнению, подобное регулирование является наиболее
последовательным и целесообразным, поскольку центральной фигурой
отношений представительства, осуществляющей основную деятельность,
является представитель, вступающий в отношения и с представляемым
(внутренние), и с третьим лицом (внешние).
42
ГЛАВА 2. НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ ОФОРМЛЕНИЯ
ОТНОШЕНИЙ В СФЕРЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА
2.1 Доверенность как способ оформления института
представительства
Основанием возникновения представительства является выдача
доверенности, но не сама доверенность, так как любое правовое явление для
признания его сделкой выражается действием. Выдача доверенности
производится вручением ее поверенному (или третьим лицам, на
представительство перед которыми она выдается) лично доверителем либо
через других лиц (например, пересылка по почте). Тем не менее нередко
термины "доверенность" и "выдача доверенности" считают тождественными
друг другу. Л.Б. Ситдикова отмечает, что «...термин "доверенность" в большей
степени подразумевает документ, в котором устанавливается чье-либо право
на представительство, в то время как договор поручения подразумевает
совершение определенного действия»
1
.
Бабаев А.Б. указывает, что «юридическим фактом признается конкретное
жизненное обстоятельство (условие, ситуация), с которым норма права
связывает возникновение, изменение или прекращение правоотношения.
Однако в случае с доверенностью юридический факт имеет место быть, если
таковая передана, вручена поверенному. Таким образом, было бы точным
понимать под доверенностью документ, устанавливающий чье-либо право на
представительство»
2
.
Доверенность является одним из наиболее распространенных способов
выражения содержания полномочия вовне, но не основание полномочия. В
связи с этим представляется неточным указание в п. 1 ст. 182 Гражданского
кодекса РФ на доверенность как основание полномочия. Полномочие может
явствовать из доверенности, но его основанием является выдача доверенности
- как односторонне управомочивающая сделка доверителя.
1
Ситдикова Л.Б. Теоретические проблемы правовой природы правовых услуг //
Адвокатская практика. 2008. N 5. С. 46 - 48.
2
См.: Бабаев А.Б. Односторонние сделки в системе юридических фактов. М.: Статут, 2008.