Отметим также, что ст. 282 УК РФ предусмотрена уголовная
ответственность не только за совершение умышленных деяний, которые
направлены на возбуждение ненависти либо вражды в связи с
принадлежностью потерпевшего к какой-либо социальной группе, но также и
за совершение действий, унижающих достоинство человека либо группы лиц
по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения
к религии. Как представляется, преступления, предусмотренные ст. 282 УК
РФ, направленные на возбуждение ненависти либо вражды не в отношении
конкретного лица (потерпевшего), а в отношении неограниченного круга
граждан, которые относятся к категории лиц, нетерпимостью в отношении
которых руководствуется виновное лицо, целесообразно квалифицировать
как совершенные в отношении группы лиц, объединенной общими полом,
расой, национальностью, языком, происхождением, вероисповеданием. По
смыслу анализируемой нормы ст. 282 УК РФ к таковым можно причислять
такие группы, факты возбуждения вражды и ненависти к представителям
которых встречаются на практике: женщины, мужчины, лица
нетрадиционной сексуальной ориентации, пенсионеры, верующие (в том
числе священнослужители) русскоязычные, «нерусские», афроамериканцы,
«кавказцы» и др. Безусловно, закрепление в законе ограниченного круга
социальных групп нецелесообразно, однако, было бы правильным подходом
со стороны законодателя установить более четкие правила, которые позволят
определять, имеет ли место ненависть/вражда именно к социальной группе и
подлежит ли она дополнительной защите со стороны государства.
Сказанное позволяет сформулировать ряд выводов:
Во-первых, выделение законодателем множества признаков,
сопровождающих мотив политической, идеологической, расовой,
национальной или религиозной ненависти, или вражды, мотив ненависти или
вражды в отношении какой-либо социальной группы вызывает
неоднозначность понимания данного мотива, что потенциально может вести
к неправильной квалификации содеянного. Адвокату, осуществляющему