22
преступлений против собственности. В частности, подобная формулировка
была задействована в ст. 58 Судебника 1550 г., принятого при Иване
Грозном: "А мошеннику та же казнь, что и татю, а обманщика бити кнутьем".
Другой документ - Соборное уложение 1649 г. в рамках статьи 11 главы
XXI практически полностью повторял норму Судебника касательно
мошенничества: "Да и мошенником чинить тот же указ, что указано чинить
татем за первую татьбу".
Более широкое понимание мошенничества наблюдалось в рамках Указа
Екатерины II от 1781 г. "О разных видах воровства и какие за них наказание
чинит". "Воровством-мошенничеством называется, когда кто на торгу или в
ином многолюдном месте у кого из кармана что вынет, или обманом, или
вымыслом, или внезапно у кого что отнимет, или унесет, или от платья полу
отрежет, или позумент спорет, или шапку сорвет, или купит что и не
заплатив денег скроется, или обманом, или вымыслом продаст, или отдаст
поддельное за настоящее, или весом обвесит или мерою обмерит, или что
подобное обманом или вымыслом себе присвоит без воли и согласия
хозяина"
1
.
Что касается следующего этапа развития нормативного регулирования в
области ответственности за мошенничество, то он приходится на XIX век.
Большую ценность в законодательном плане представляет Уложение о
наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. В указанные временные
рамки развитие капиталистических отношений в царской России
сопровождалось необходимостью обеспечить надлежащую охрану для
формирующегося рынка, в том числе от различных имущественных
обманов
2
. Государство уже в более строгом виде рассматривало конструкцию
мошенничества. "Воровством-мошенничеством признается всякое
посредством какого-либо обмана учиненное похищение чужих вещей, денег
1
Цит. по: Петрова Г.О. О совершенствовании уголовного законодательства в сфере
борьбы с мошенничеством // Уголовное право. 2015. № 5. С. 82
2
Однокоз В.Г. Мошенничество в сфере безналичных расчетов с использованием
банковских карт // Молодой ученый. 2017. № 1 (135). С. 242
23
или иного движимого имущества", - было зафиксировано в Уложении о
наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. В редакциях данного
Уложения, которые были совершены впоследствии, мошенничество
воспринималось как "всякое обманное похищение чужого движимого
имущества"
1
. Вместе с тем, мошенничество в рамках данного Уложения
отграничивалось от "обманов всякого рода в обязательствах", поскольку
ответственность за последние регламентировалась в отдельной главе этого
документа.
В рамках Уголовного уложения 1903 г. содержались нормы об
ответственности за факт мошенничества уже в самостоятельной главе 33 "О
мошенничестве". Она состояла из восьми статей - ст. ст. 591 - 598. Теперь
мошенничество воспринималось в качестве похищения за счёт обмана
чужого движимого имущества для присвоения, а равно похищения чужого
движимого имущества путём обмера, обвеса и иного обманного действия в
условиях о количестве или качестве предметов во время купли и продажи, а
равно иной сделки возмездного характера
2
. Также мошенничеством
считалось побуждение обманом извлечь в отношении виновного или другого
лица определённую имущественную выгоду по уступке права на имущество
или на вступление в иную имущественную сделку на невыгодных условиях.
В рамках специальной статьи Уголовного Уложения закреплялась
ответственность за совершение мошенничества по отношению к
недвижимости (ст. 593). Например, за счёт его продажи или залога при
условии, что виновный не обладал легитимным правом на данное действие,
или реализации вымышленного имущества, а равно отчуждение имущества
со скрытыми дефектами, запретами или правами третьим лиц в ущерб
приобретаемого.
В структуре двух уголовных кодексов – УК РСФСР 1922 г. и 1926 г.
акцент на обман содержался в довольно многих составах преступлений.
1
Там же.
2
Мошенничество в платежной сфере: бизнес-энциклопедия/ Л. Лямин [и др.].— М.:
ЦИПСиР, 2016.— 352 c.
24
Помимо мошенничества, к ним относились: обманное изменение в
корыстных целях вида и свойства предметов, которые были предназначены
для сбыта или общественного потребления. Также сам сбыт подобных
предметов. Обман стал квалифицирующим признаков фальсификации тех
предметов потребления, которая могла причинить или причиняла вред
здоровью. Он же рассматривался в качестве способа (без непосредственного
закрепления этого в самом законе) совершения группы хозяйственных
преступлений и преступлений против порядка управления (например, при
фальшивомонетничестве)
1
.
В соответствии с положениями ст. 187 УК РСФСР 1922 г. само
мошенничество раскрывалось в качестве получения в корыстных целях
определённого имущества или права на него имущество за счёт чужого лица
и с использованием злоупотребления доверия, а равно обмана. В рамках
примечания к данной статье содержалось понятие такого обмана. Им
считалось сообщение заведомо для виновного ложных сведений, в том числе
заведомое сокрытие обстоятельств, которые необходимо было сообщать
потерпевшему по закону. Таким образом, в нормах в УК РСФСР 1922 г. два
состава – злоупотребление доверием и мошенничество – воспринимались как
единое преступление. Поэтому длительное время в отечественном уголовном
праве состав "злоупотребление доверием" стал восприниматься в качестве
одного из способов совершения мошенничества, при этом само понятие
мошенничества имело широкий охват
2
. По положениям ст. 169 УК 1926 г.
мошенничество раскрывалось в качестве злоупотребления доверия или
обмана для получения имущества или права на него, а равно других выгод в
личных целях.
1
Рыжаков А.П. Комментарий к Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 27
декабря 2007 № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и
растрате» [Электронный ресурс]/ Рыжаков А.П.— Электрон. текстовые данные.— М.:
Консультант Плюс Технология 3000, 2008.— 6 c.— Режим доступа:
http://www.iprbookshop.ru/4767.— ЭБС «IPRbooks»
2
Ким А.В. Уголовно-правовые средства борьбы с мошенничеством в России // В
сборнике: Государство и право в условиях гражданского общества. 2015. С. 31
25
Следующий УК РСФСР 1960 г. акцентировал на обман при описании
способов совершения мошенничества, а также причинения имущественного
ущерба в других формах, когда отсутствовали признаки хищения. Также
обман применялся как квалифицирующий признак нарушений прав
покупателей, заказчиков и др. В рамках данного закона выделялось два
состава мошенничества, поэтому ответственность за них была
дифференцированной. Первый состав выражался в хищении публичного
(государственного или общественного) имущества, которое совершалось с
применением мошенничества (ст. 93). Под ним подразумевалось заполучение
государственного или общественного имущества с использованием обмана
или злоупотребления доверием. Второй состав был связан с завладением
личного имущества граждан или приобретения права на него за счёт обмана
или злоупотребления доверием (ст. 147).
В рамках действующего УК РФ 1996 г.
1
обман представлен как
обязательный признак сразу двух составов преступлений, направленных
против собственности. Это, прежде всего, мошенничество (ст. 159) и
причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления
доверием (ст. 165). Но обман выступает в качестве способа в подавляющем
большинстве преступлений, которые совершаются сегодня в экономической
деятельности.
В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. N
51
2
в эволюции правового регулирования ответственности за мошенничество
впервые было закреплено легальное определение мошеннического обмана. В
п. 2 указано, что обман в качестве способа при совершении хищения или при
приобретении права на чужое имущество, если ответственность за данное
действие предусмотрена положениями ст. 159 УК, может выражаться в
сознательном информировании потерпевшего заведомо ложными, не
1
Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ ((ред. от 04.11.2019) //
Собрание законодательства РФ, 17.06.1996, N 25, ст. 2954; 2019. N 44. ст. 6175.
2
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 N 51 "О судебной практике
по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" // Бюллетень Верховного Суда РФ, N
2, 2008.
26
соответствующими действительности сведениями, а равно в сокрытии
(умолчании) относительно истинных фактов. Также обман является
умышленным действием (например, продажа фальсифицированного товара,
обманные расчёты и т.д.), направленным на том, чтобы ввести владельца
имущества в определённое заблуждение. При этом сообщаемые в процессе
совершения мошенничества ложные сведения (либо сокрытые сведения)
могут касаться любых обстоятельств. Например, юридических фактов и
событий, качества, стоимость имущества, личность самого виновного, его
полномочия и цели.
Обман всегда направлен на умышленное искажение реальной картины и
выражается в сознательной дезинформации контрагента, в преднамеренном
введении его в заблуждение касательно определенных значимых фактов и
событий. Он направлен на побуждение потерпевшего руководствоваться
собственной волей, сформированной неверно, при передаче имущества или
права на него в руки мошенника
1
.
Обман может выражаться в действии и бездействии. Первое сопряжено
со словесным обманом либо с введением в заблуждение при помощи
определенного поступка. Если же имеет место бездействие, то она связана с
правовой обязанностью сообщить определённую информацию при наличии
реальной возможности сделать это, но умышленно не выполняется.
В содержании обмана выделяются обстоятельства (т.е. область фактов),
относительно которых мошенник заблуждает потерпевшего. По мнению А.Г.
Безверхова, обман выступает ложью, основанной на несуществующих
фактах
2
. Как отмечают некоторые исследователи, содержание обмана могут
составлять обстоятельства, которые имели место либо в настоящем, либо в
прошедшем времени. Относительно будущих явлений обман, как правило,
признается невозможным. В таком ракурсе стоит вести речь о другом составе
1
Белов Е.В. Мошенничество с недвижимостью в жилищной сфере. Способы совершения,
проблемы квалификации [Электронный ресурс]: научно-практическое пособие/ Белов
Е.В.— Электрон. текстовые данные.— М.: Юриспруденция, 2014.— 144 c.— Режим
доступа: http://www.iprbookshop.ru/35748.— ЭБС «IPRbooks»
2
Безверхов А.Г. Имущественные преступления. Самара, 2002. С. 251.
27
преступления - злоупотребление доверием. По мысли А.А. Пионтковского,
заведомо ложные обещания следует считать формой злоупотребления
доверием
1
.
Б.С. Никифоров указывает, что предмет обмана могут составлять любые
обстоятельства, которые относятся и к настоящему, и к прошедшему, и к
будущему
2
. Аналогичную позицию занимает Г.А. Кригер, отмечая, что
значение имеет не временное обстоятельство, а использование ложных
данных для введения потерпевшего в заблуждение с целью заполучить его
имущество
3
.
По нашему мнению, в содержании обмана можно выделить лживые
намерения, а также заведомо ложные обещания по выполнению в будущем
каких-либо действий относительно лица, которое отдаёт имущество. При
этом представляется уместным считать понятия "обман в намерениях" и
"заведомо ложные обещания" как тождественные.
На этом фоне представляет несколько двусмысленным формулировка,
использованная в разъяснениях Верховного Суда РФ касательно
соотношения обмана и злоупотребления доверием. В частности, это
противоречивая позиция Пленума Верховного Суда РФ относительно
случаев принятия на себя виновным определённых обязательств с учётом
того, что он в момент их принятия уже не собирался выполнять своих
обязанностей, считается не мошенничеством, а злоупотреблением доверием.
В качестве самостоятельного способа при совершении мошенничества
само по себе злоупотребление доверием в идеальном типе встречается
довольно редко. По существу, в рамках состава мошенничества оно
выступает лишь одной из разновидностей обмана.
В качестве правовой категории понятие злоупотребления доверием стало
результатом развития правовых учений. Раньше данное понятие применялось
1
См.: Курс советского уголовного права. Особенная часть. М., 1971. Т. 5. С. 345.
2
Никифоров Б.С. Борьба с мошенническими посягательствами на социалистическую и
личную собственность по советскому уголовному праву. М., 1952. С. 117
3
Кригер Г.А. Борьба с хищениями социалистического имущества. М., 1974. С. 159
28
с целью обозначить в уголовном праве самостоятельную группу
имущественных преступлений. Поэтому и уголовно-правовая доктрина, и
правоприменительная практика ограничивались при квалификации
злоупотребления доверием лишь имущественной сферой. Получается, что
основной объект при злоупотреблении доверием – это имущественные
отношения, которые складывались по поводу совершения действий в чужом
имущественном интересе и только по поручению потерпевшего.
Если обратиться к досоветской отечественной доктрине, то
злоупотребление доверием, которое совершалось должностным лицом,
требовало его квалификации в качестве самостоятельного состава
определённого служебного преступления
1
. При этом вполне очевидно, что в
таком случае смысловое содержание объекта преступного посягательства
значительно меняется. При должностном злоупотреблении доверием (либо
полномочиями) направлено на установленный порядок деятельности органов
публичной власти и порядка управления в стране. Что же касается интересов,
которые должны реализовывать органы власти, то он имеют весьма
многообразный характер и далеко не всегда ограничиваются только
имущественным характером
2
.
В рамках советского уголовного права не содержалось злоупотребления
доверием в виде самостоятельного вида имущественного преступления. В
положениях УК РСФСР 1922 г. категория злоупотребление доверием была
заложена в понятие мошенничества (ст. 187). Поэтому в отечественном
уголовном праве сложилась традиция расценивать "злоупотребление
доверием" в качестве одного из способов мошенничества, расширяя его
объективную сторону. Критикуя такой подход, С.В. Познышев указывал, что
поверхностное упоминание в рамках ст. 187 касательно злоупотребления
доверием как способа активного действия при совершении мошенничества
1
Фон-Лист Ф. Учебник уголовного права: Особенная часть. М., 1905. С. 172.
2
Богданчиков С.В. Уголовно-правовые и криминологические аспекты преступлений
против собственности [Электронный ресурс]: монография/ Богданчиков С.В.— Электрон.
текстовые данные.— М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2012.— 239 c.— Режим доступа:
http://www.iprbookshop.ru/8786.— ЭБС «IPRbooks»
29
демонстрирует тот факт, что разработчики закона сами до конца не
осознавали границ данных составом и не знали существенных признаков
таких преступлений
1
.
В советском уголовном праве не было дано четкого определения
злоупотребления доверием, и это лишь способствовало его отождествлению
с категорией обмана. По мнению А.И. Санталова, обман является
искажением фактов, которые относятся к настоящему и прошедшему
времени, поэтому такой обман поддается проверке. Напротив,
злоупотребление доверием всегда связано с будущим, с обещаниями и
заверения виновного, которые проверить сейчас не представляется
возможным. Поэтому данному лицу либо доверяют, либо нет. В первом
случае преступник использует в своих незаконных намерениях
2
.
Имело место и специальные составы мошенничества. Например, в 1930
г. в УК РСФСР была внесена ст. 169-а "Чековое мошенничество". Это был
особый вид финансового мошенничества, совершаемого такими способами,
как выдача чека, которые заведомо не подлежал оплате либо отмена действия
чека без предусмотренных на это причин, а равно воспрепятствование для
получения денег по выданному чеку.
В рамках Уголовного кодекса РСФСР 1960 г. нормы, регламентирующие
ответственность за совершение мошенничества, располагались в двух главах
Особенной части:
1) глава вторая "Преступления против социалистической собственности"
(ст. 93);
2) глава пятая "Преступления против личной собственности" (ст. 147).
По причине политических и экономических перемен, происходящих в
России с 1985 г., потребовалось внести изменения в действующее
гражданское и уголовное законодательство страны, чтобы они
соответствовали этим новым условиям. При этом финансовое
1
Познышев С.В. Очерк основных начал науки уголовного права. М, 1923. Т. 2. Особенная
часть. С. 137.
2
Курс советского уголовного права: В 5 т. Наука, 1968. М., Т.З. С. 435.
30
мошенничество было слабо распространено в условиях функционирования
плановой экономики и на фоне административно-командной системы
1
.
Поэтому в уголовном законодательстве было упразднено положение о
приоритете в защите социалистической собственности. Федеральный закон
от 1 июля 1994 г. "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс
РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР" ликвидировал
возникшие ранее противоречия и объединил все преступления против
собственности в рамках одной главы.
После принятия УК РФ в 1996 г. на фоне построения рыночной
экономики законодательное закрепление ответственности за мошенничество
получил несколько иное развитие. Были установлены специальные виды
данного преступления в налоговой сфере, на рынке ценных бумаг, в
финансовой сфере, а также в рамках банковской деятельности и кредитных
отношений.
1
Векленко В.В. Квалификация хищений [Электронный ресурс]: монография/ Векленко
В.В.— Электрон. текстовые данные.— Омск: Омская академия МВД России, 2001.— 256
c.— Режим доступа: http://www.iprbookshop.ru/35996.— ЭБС «IPRbooks»
31
ГЛАВА 2. ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ,
СОВЕРШАЕМЫХ НА РЫНКЕ ЖИЛЬЯ
2.1. Разграничение преступлений,
совершаемых на рынке жилья
Те преступления, которые преследуют цель по захвату жилья, принято
разграничивать на три криминологические категории
1
:
1. корыстные деяния;
2. насильственные преступные акты;
3. корыстно-насильственные деяния.
Ярким примером первой группы является мошенничество по ст. 159
УК РФ, а также похищение либо подделка соответствующих документов по
таким статьям, как 325 и 327 УК РФ.
Примечательно, что для преступлений на рынке жилья характерен
признак коррумпированного содействия, а также прямого участия в данных
фактах представителей риелторской сферы, а также нотариусов, работников
различных правоохранительных структур, служащих из органов,
занимающихся государственной регистрацией и контролем в области
оборота жилых помещений. В отдельных случаях в указанных преступных
группах могут принимать участие даже судьи.
В силу обозначенной особенности к числу преступлений на рынке
жилья косвенным образом относятся следующие составы:
злоупотребление полномочиями в коммерческой организации
(ст. 201 УК РФ);
злоупотребление полномочиями частного нотариуса (ст. 202 УК
РФ);
коммерческий подкуп (ст. 204 УК РФ);
1
Квасникова Т.В. Криминологическая и уголовно-правовая характеристики преступлений
в сфере оборота жилья. Москва: Юрлитинформ, 2018. С. 18.