45
конституционное значение. Что касается свободы договора, то Постановление
Конституционного Суда Российской Федерации от 23 февраля 1999 года № 4-
П по делу о конституционности положений части второй статьи 29
Федерального закона от 3 февраля В 1996 году «О банках и банковской
деятельности» отмечалось, что в нем понимаются конституционные нормы о
свободе в экономической сфере (часть 1 статьи 8, статьи 34 и 35 Конституции),
что подразумевает конституционное признание свободы договора в качестве
одного из Гарантированные государством свободы человека и гражданина.
Такой же вывод содержится в одном из последних решений
Конституционного Суда - в Постановлении от 27 октября 2015 г. № 28-П.
1
В практике Конституционного Суда свобода договора также получила
статус «над отраслевой», общеправовой ценности. Принцип свободы договора
в решениях Конституционного Суда также называется «общепризнанным».
Конституционность свободы договора в практике Конституционного Суда
вытекает в основном из «экономических» положений Конституции. Так, в
Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23 февраля
1999 г. № 4-П по делу о проверке конституционности положений части второй
статьи 29 Федерального закона от 3 февраля 1996 г. «О банках и банковской
деятельности»
2
было отмечено, что из смысла конституционных норм о
свободе в экономической сфере (часть 1 статьи 8, статей 34 и 35 Конституции)
Конституционный суд указал, что конституционное признание свободы
договора как одной из гарантированных государством свобод человека и
гражданина вытекает из свободы экономической деятельности, признанной
1
Постановление Конституционного Суда РФ от 27.10.2015 N 28-П «По делу о проверке
конституционности пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в
связи с жалобами граждан И.С. Билера, П.А. Гурьянова, Н.А. Гурьяновой, С.И. Каминской,
А.М. Савенкова, Л.И. Савенковой и И.П. Степанюгиной»//Вестник Конституционного Суда
РФ, N 1, 2016/ СПС «КонсультантПлюс»
2
Постановление Конституционного Суда РФ от 23.02.1999 N 4-П «По делу о проверке
конституционности положения части второй статьи 29 Федерального закона от 3 февраля
1996 года «О банках и банковской деятельности" в связи с жалобами граждан О.Ю.
Веселяшкиной, А.Ю. Веселяшкина и Н.П. Лазаренко»// Вестник Конституционного Суда
РФ, N 3, 1999/ «СПС КонсультантПлюс»
46
Конституцией (статья 8), а также прав, выраженных в его статьях 34. и 35 за
свободное использование своих способностей и имущества за не запрещенный
законом хозяйственной деятельности. Эта же формула используется в других
решениях Конституционного суда, где упоминается данный принцип.
Из признания свободы договора в качестве конституционного принципа,
прежде всего, очень важный практический вывод состоит в том, что
ограничения этой свободы возможны только в соответствии с федеральным
законом, и такие ограничения могут быть наложены только в порядке,
указанном в Конституции. И эта идея уже есть в Постановлении
Конституционного Суда Российской Федерации от 1 апреля 2003 г. N 4-П «О
проверке конституционности положений пункта 2 статьи 7 Федерального
закона «Об аудиторской деятельности» в это отношение. с жалобой
гражданина И.В. Выставкин, где отмечается, что конституционная свобода
договора не является абсолютной, не должен приводить к отрицанию или
нарушению других общепризнанных прав и свобод (часть 1 статьи 55
Конституции) и может быть ограничен федеральным законом; однако такие
ограничения не могут быть произвольными: они возможны только в той мере,
в какой это необходимо для защиты конституционного строя, прав и законных
интересов других лиц (часть 3 статьи 55 Конституции). Аналогичная идея
прослеживается и в других решениях Конституционного Суда Российской
Федерации. Ограничение права собственности или других имущественных
прав, а также принцип свободы договора в сфере оборота имущества должны
соответствовать 28 требованиям справедливости. Кроме того, эти принципы
должны быть пропорциональны значимым с точки зрения конституции целям
защиты прав и законных интересов и основываться на законе. Ограничение
принципа свободы договора возможно федеральным законом только в той
мере, в которой это необходимо для защиты конституционного строя, морали,
законных интересов и прав других лиц. Как это ни парадоксально звучит,
ограничение принципа свободы договора должно, помимо прочего,
предусматривать ту же свободу договора, что и отсутствие ограничений по
47
сильным сторонам договора, которые банки часто имеют в гражданском
обороте страховых компаний, вступление в гражданско-правовые отношения
с потребителями приводит к утрате свободы договора по отношению к слабой
стороне договора. В частности, различные юристы неоднократно отмечали,
что отсутствие в законодательстве конституционного и гражданского права,
которое накладывает разумные ограничения на экономически сильную
сторону договора банковского вклада, приводит к чрезмерному ограничению
конституционной свободы договора и следовательно, свобода не запрещена
законом экономической деятельности гражданина, заключение
вышеуказанного соглашения и принципиальное равенство сторон в
гражданских отношениях не исключают предоставления различных
конституционных и правовых гарантий экономически более слабой стороне, в
которой потребитель обычно имеет договор банковского вклада, он не
обладает юридической или банковской экспертизой, чтобы реально соблюдать
принцип равенства субъектов гражданских правоотношений в договоре в
соответствии со статьями 19 и 34 Конституции.
Из признания свободы договора конституционным принципом прежде
всего следует очень важный практический вывод – ограничения этой свободы
возможны только федеральным законом, и ограничения эти могут быть
введены только в указанных в Конституции РФ целях. И эта мысль звучит уже
в Постановление Конституционного Суда РФ от 1 апреля 2003 г. N 4-П «По
делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 7
Федерального закона «Об аудиторской деятельности» в связи с жалобой
гражданки И.В. Выставкиной где отмечается, что конституционная свобода
договора не является абсолютной, не должна приводить к отрицанию или
умалению других общепризнанных прав и свобод (статья 55, часть1,
Конституции РФ) и может быть ограничена федеральным законом; такие
ограничения, однако, не могут являться произвольными: они возможны лишь
в той мере, в какой это необходимо для защиты основ конституционного
строя, прав и законных интересов других лиц (статья 55,часть 3, Конституции
48
РФ). Схожая мысль прослеживается и в других решениях Конституционного
суда РФ. Ограничения права собственности, либо иных вещных прав, а также
принципа свободы договора в имущественном обороте должны отвечать 28
требованиям справедливости.
1
В настоящее время одним из основных
вопросов как конституционного, так и гражданского права является
определение оптимального баланса между усмотрением сторон в договорных
отношениях и обязательными нормами, составляющими элемент
общественного экономического порядка. Проблема соотношения права и
договора является одним из аспектов государственного вмешательства в
рыночную экономику.
В результате пределы нормативного регулирования договорных
отношений через обязательные нормы приобретают конституционно-
правовое значение. В контексте законодательного регулирования гражданских
отношений и договорного права принцип договорной свободы как
субъективного гражданского права подразумевает способность делать все, что
не вредит контрагенту, принципы общественного порядка и морали, а также
общественность, интересы в целом. Другими словами, свобода экономической
деятельности и свобода договора — это свобода ее владельца, ограниченная
конституционным и гражданским правом, которое устанавливает допустимые
пределы для ее осуществления. Основное, важнейшее положение,
обеспечивающее возможность ограничения прав субъектов гражданских
правоотношений в целом, установлено в части 3 статьи 55 Конституции
Российской Федерации: «Права и свободы человека и гражданина может быть
ограничено федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо
для защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и
законных интересов других лиц, обеспечения защиты страны и безопасности
государства».
1
«Конституция Российской Федерации»(принята всенародным голосованием 12.12.1993)(с
учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 N
6-ФКЗ, от 30.12.2008 N 7-ФКЗ, от 05.02.2014 N 2-ФКЗ, от 21.07.2014 N 11-ФКЗ)// Собрание
законодательства РФ, 04.08.2014, N 31, ст. 4398./СПС «КонсультантПлюс»
49
Формулировка ч.3 ст. 55 Конституции РФ
1
дает основание говорить об
определенной иерархии конституционно охраняемых ценностей, которыми
должен руководствоваться законодатель прирешении вопроса о допустимых
основаниях правомерного ограничения прав.
Среди этих значений можно разделить на три группы:
1) цель защиты основ конституционного строя;
2) защита нравственности, здоровья, прав и законных интересов других
лиц;
3) обеспечение обороны страны и безопасности государства.
Следует отметить, что перечень правовых оснований для ограничения
прав субъектов гражданских правоотношений является исчерпывающим и
поэтому не может быть расширен. Конституционный Суд Российской
Федерации обратил внимание на это обстоятельство, отметив в своем решении
от 20.12.95 № 17-П, что ограничения прав допускаются в целях, строго
указанных в части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации. Эти цели
не могут толковаться широко и не должны приводить к принижению
гражданских, политических и иных прав, гарантированных субъектам
гражданских отношений Конституцией Российской Федерации и
федеральными законами Российской Федерации. В другом вышеупомянутом
постановлении Конституционный Суд Российской Федерации указал, что
свобода договора признается одной из гарантированных государством свобод
человека и гражданина, отметив, что конституционная свобода договора не
является абсолютной и не должна приводить к отрицание или нарушение
других общепризнанных прав и свобод и может быть ограничено
федеральным законом, но только в той мере, в которой это необходимо для
защиты основ конституционного строя, прав и законных интересов других
лиц.
1
«Конституция Российской Федерации»(принята всенародным голосованием 12.12.1993)(с
учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 N
6-ФКЗ, от 30.12.2008 N 7-ФКЗ, от 05.02.2014 N 2-ФКЗ, от 21.07.2014 N 11-ФКЗ)//Собрание
законодательства РФ, 04.08.2014, N 31, ст. 4398./СПС «КонсультантПлюс»
50
Таким образом, защита конституционного строя является центральной,
в связи с тем, что она обеспечивает серьезную правовую защиту интересов
субъектов гражданских отношений, в структуре содержатся основные
принципы конституционно-правового регулирования отношений между
субъектами гражданских отношений. При защите морали, здоровья, прав и
законных интересов субъектов гражданских отношений приоритет отдается
балансу интересов отдельных лиц и общественной безопасности в целом. В то
же время не будем забывать, что категория «мораль» - это категория оценки.
Адекватная национальная оборона и государственная безопасность нацелены
на общие интересы всех граждан Российской Федерации. Эти интересы можно
назвать публичными. Следует отметить, что выявленные конституционные и
правовые ограничения не могут выходить за рамки осуществления прав и
свобод, закрепленных в Конституции, и могут лишь указывать, уточнять или
дополнять гарантии, закрепленные в Конституции Российской Федерации. В
связи с этим часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации следует
рассматривать как необходимый правовой фильтр против любого
неоправданного вторжения федерального закона в компетенцию
конституционного законодателя. Указанная норма, определяющая
конституционные пределы реализации конституционных и гражданских прав
и свобод, означает, что субъективные гражданские права могут быть
ограничены только федеральным законом только для указанных целей и
только пропорционально этим целям. В силу части 1 статьи 56 Конституции
Российской Федерации в условиях чрезвычайного положения для обеспечения
безопасности субъектов гражданских правоотношений и защиты
конституционного строя могут устанавливаться индивидуальные ограничения
прав и свобод в соответствии с Федеральный конституционный закон с
указанием их пределов и продолжительности. Прежде всего, мы имеем в виду
нестандартный правовой режим, чрезвычайное положение и правовые
ограничения, введенные на строго определенный срок и только федеральным
конституционным законом. В этом случае определенный перечень
51
гражданских прав и свобод при данных обстоятельствах не подлежит
ограничению.
Конституционный законодатель связал эти права с правом на жизнь,
достоинством, уважением к личной жизни, личными и семейными тайнами,
защитой чести и репутации, свободой совести, религии и правом свободно
использовать свои способности и собственность для предпринимательской
деятельности. хозяйственная деятельность, не запрещенная законом, право на
жилище и количество прав, перечень которых исчерпывающе указан в части 3
статьи 59 Конституции. Эти конституционные и правовые положения
предусматривают только возможность законодательного ограничения прав и
свобод субъектов гражданских отношений, в то время как в Конституции
существуют определенные ограничения, налагаемые на субъект гражданско-
правовых отношений. Важнейшим, применимым к любой субъективной
гражданско-правовой базе для определения пределов его реализации, как уже
упоминалось выше, является принцип правового равенства, выражающий
сущность права как особого социально-правового явления. Равенство
субъектов прав и свобод человека и гражданина прямо или косвенно
провозглашено в ряде статей Конституции Российской Федерации.
Одновременно со свободой хозяйственной деятельности, провозглашенной
Конституцией Российской Федерации в части 3 статьи 17, конституционный
законодатель определяет пределы реализации гражданских прав, в частности
свободы договора. В соответствии с настоящей статьей Конституции
Российской Федерации осуществление гражданских прав и свобод не должно
нарушать права и свободы других субъектов гражданских правоотношений.
Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации определил, что
на основе конституционной свободы договора конституционный законодатель
не вправе ограничиваться формальным признанием правового равенства
субъектов гражданских правоотношений. Это означает, что простого
изложения факта юридического равенства субъектов гражданских отношений
недостаточно, конституционный законодатель обязан предоставить право на
52
реализацию прав субъектам договорных отношений, в частности,
предоставить определенные преимущества экономически слабым и зависимые
стороны в целях предотвращения недобросовестной конкуренции.
Соответственно, субъект гражданских отношений имеет возможность
осуществлять свои права в той степени, в которой аналогичны права других
субъектов.
Таким образом, в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации,
по сути, сформулирован принцип формального правового равенства сторон,
что означает, что субъект гражданских правоотношений не имеет
преимуществ перед другими лицами в области частное право. Этот принцип
очерчивает границы пределов правового регулирования, то есть пределов
осуществления основных прав и свобод.
Следует выделить гражданско-правовые основания ограничения
свободы договора.
Брагинский М.И. и Витрянский В.В. в своих работах отмечали
следующее: «При всем значении свободы договора она, как и любая иная
свобода, имеет свои пределы. В интересах «другого», под которым
подразумеваются остальные члены общества и общество (государство) в
целом, устанавливаются различного рода ограничения, закрепленные в самой
общей форме в нормах договорного права».
1
Стоит отметить, что в
цивилистической литературе нет однозначного мнения по поводу того, на
какие виды можно разделить ограничения договорной свободы.
Так, по словам Забоева К.И., основания для классификации ограничений
на свободу договоров могут быть разными. В качестве примера
вышеупомянутый специалист приводит их разделение на «законодательную
защиту от вторжения частного субъекта гражданского права в «сектор
свободы» другого частного лица или в «сектор, отражающий общественные
интересы государства».
1
Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М.: Статут,
2003. С. 115.
53
Забоев К.И. Разделяет ограничения принципа свободы договора на две
группы: 1) нормы гражданского права, устанавливающие внешние пределы
свободы договора (пределы осуществления гражданских прав, ограничения на
обмен товаров, требования к субъективности субъектов). гражданских
правоотношений);
2) нормы гражданского права относительно внутреннего исключения из
«сектора» принципа свободы договора (требования к специальной предметной
структуре договоров, ограничение свободы договора в зависимости от
содержания, формы и требований государственной регистрации договоров,
недействительность сделок, обязательные основания для заключения
договоров, необходимость получения лицензий на заключение отдельных
видов сделок).
1
Брагинский М.И. и Витрянский В.В. считают, что ограничения
принципа свободы договора можно разделить на положительные и
отрицательные. Вышеуказанные гражданские деятели считают позитивными
ограничения, связанные с обязательством субъектов гражданских
правоотношений заключать тот или иной договор, и включением
определенных условий в договор (обязательный характер правил,
устанавливающих такие условия). Негативные - ограничения, связанные с
особым предметным составом договора, а также установление в гражданском
праве преимущественного права на заключение определенных договоров (по-
видимому, Брагинский М.И. имел в виду, прежде всего, публичный договор).
2
Тельгарин Р. приводит еще одну классификацию ограничений принципа
свободы договора. Вышеуказанный специалист отмечает, что пределы
свободы договора можно разделить на нормативные и ненормативные.
Тельгарин Р. ссылается на нормативное обязательное заключение договора с
заранее определенным субъектом или на заранее определенных условиях,
1
Забоев К.И. Правовые и философские аспекты гражданско-правового договора. СПб. 2003.
С.186.
2
Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М.: Статут,
2003. С. 161.
54
запрет контрагентам включать определенные условия в договор, ограничение
при выборе структуры договора и вида договора. Ненормативные - те, которые
устанавливаются по усмотрению сторон договора и могут быть связаны с
изменением воли и воли сторон договора при формировании содержания
договора, по усмотрению сторон, изменить условия, установленные
диспозитивными нормами.
Следует также отметить классификацию, по которой Карапетов А.Г. и
Савельев А.И. в одном из его сотрудничества. Эти эксперты выделяют две
модели ограничения принципа свободы договора - модель ограничения по
закону и модель ограничения по судебной практике.
Первый из них (выраженный как ограничение принципа свободы права)
состоит в установлении правительственными ограничениями свободы
договора путем указания в законе или других нормативных правовых актах, в
которых конкретно оговорено, что субъекты гражданских отношений
соглашаются не находиться в контракт. Эти инструкции выражают
императивные нормы, они налагают прямые запреты или позитивные нормы,
из которых такие запреты явно возникают. Используя вышеприведенную
модель, государство сводит к минимуму роль суда, рассматривающего
гражданский спор, в качественной оценке существенных и необязательных
условий, указанных в договоре. Вышеуказанная модель ограничивает
принцип свободы договора Карапетова. а Савельев А. И. назвал модель
ограничения договорной свободы.
Вторая модель ограничения свободы договора выражается в
ограничении свободы договора судебной практикой (контроль над свободой
договора). Вышеупомянутая модель требует, чтобы государственные или
вышестоящие суды устанавливали, согласно закону или судебной практике,
общие стандарты оценки, которым должен соответствовать заключенный
договор, и его условия, и фактически делегировали большую часть правовой
оценки соответствия определенных условий договора. с этими стандартами,
оценки для судов в гражданском споре.