36
жилище против воли проживающего в нем лица» не 6удет применяться, так как
не содержит никакого составоо6разующего элемента и его признака. Такие
признаки в виде насилия или угрозы его применения указаны в ч. 2,
использование своего служе6ного положения — в ч. 3 ст. 139. Они позволяют
ограничить квалификационные оши6ки в составе нарушения
неприкосновенности жилища.
Из6ыточность криминализации деяний представляет со6ой включение в
УК таких составов преступлений, которые граничат с проступками, и 6олее
эффективно могли 6ы преследоваться в гражданском, административном,
дисциплинарном порядке. Это относится к преступлениям не6ольшой тяжести,
а также к ряду преступлений средней тяжести в сфере предпринимательской
деятельности. В таких случаях нарушается правило кодификации: если деяние
по асоциальности стоит на грани преступлений и проступков, то для
ответственности за него предпочтение должно отдаваться не уголовному, а
иным отраслям права.
Таких из6ыточных норм в УК 6ольше всего в главе 22 о преступлениях в
сфере экономической деятельности. В этом и содержится основной источник
оши6очной квалификации предпринимательских преступлений. Гражданско-
правовая квалификация во многих случаях представляется 6олее
предпочтительной.
Подо6ная картина с квалификацией преступлений, граничащих с
административными проступками. Отдельные из деяний, предусмотренных в
УК, почти дословно совпадают с проступками по КоАП (см., например, гл. 19
УК «Преступления против конституционных прав и сво6од человека и
гражданина» и гл. 5 КоАП «Административные правонарушения, посягающие
на права граждан»).
Для минимизации квалификационных оши6ок, связанных с
из6ыточностью криминализации деяний, возможно несколько вариантов. Один
— декриминализация преступлений не6ольшой тяжести и передачей их как
проступков в гражданский, административный, трудовой, таможенный и т.д.
37
кодексы с одновременным усилением санкций за них в этих кодексах. Другой
— по ряду норм вернуться к конструкциям с административной и гражданско-
правовой преюдицией.
Третий — наи6олее радикальный, соответствующий российскому
дореволюционному и современному зару6ежному законодательству
27
. Это
введение категории «уголовный проступок», который заменил 6ы преступления
первой категории, т.е. не6ольшой тяжести. Теперь, когда восстановлена
система мировых судов, такое предложение осо6енно о6основанно. Уместно
отметить, что в первом официальном проекте УК РФ, представленном
парламенту Президентом 20 февраля 1992 г., выделялась категория уголовно
наказуемых деяний — «уголовный проступок». Рассматривая дела о6
уголовных проступках, мировой судья с 6ольшей оперативностью 6ез
процессуальных сложностей может решить вопрос о квалификации проступков
как уголовных, административных, гражданских и пр. От разделения уголовно
наказуемых деяний на две группы: преступления и уголовные проступки —
выиграет и статистическая характеристика преступности. Четко 6удет
фиксироваться уровень преступлений средней тяжести, тяжких и осо6о тяжких,
с одной стороны, и уголовных проступков — с другой. Внутри преступлений
6удет дана градация по трем категориям.
Неточность уголовного законодательства как причина квалификационных
оши6ок связана с нарушением в законотворчестве правил законодательной
техники
28
. Это прежде всего языковые и системные правила. Традиционное
направление права «закон и язык» воплотилось в герменевтику — науку о
познании закономерностей понимания языка
29
. По теме язык закона филологи
27
Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность. М., 1969 // Из6ранные труды. СП6., 2013.
28
Бокова И.Н. Юридическая техника в российском уголовном законодательстве. Н.
Новгород, 2014; Кузнецова Н.Ф. О законодательной технике в уголовном праве // Вестн.
Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 2014. № 4.
29
Лычева О.В. Герменевтика уголовного закона: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005;
Ващенко Ю.С. Филологические толкования норм права: Автореф. дис. … канд. юрид. наук.
Саратов, 2002; Кострова М.6. Осо6енности реализации языковых правил законодательной
техники в уголовном праве // Уголовное право. 2002. № 2; Кузнецова Н.Ф. Эффективность
уголовно-правовых норм и язык закона // Социалистическая законность. 1973. № 9.
38
пишут монографии и защищают докторские диссертации. О значении языка
именно для уголовного права говорит известная пословица «казнить нельзя
помиловать». От запятой зависит жизнь подсудимого. Диалектика 6уквы и духа
закона также относима к герменевтике. Разра6атывается новое научное
направление на стыке филологии и юриспруденции «Юрислингвистика».
К нарушению законодателем правила однозначности терминологии,
влекущему квалификационные оши6ки су6ъективного характера, следует
отнести, к примеру, понятие группы, которое дает ст. 35 и его трактовку в ст.
2821 УК. В О6щей части Кодекса четко различаются группы по
предварительному сговору и преступное соо6щество. В ч. 1 ст. 2811 говорится:
«Создание экстремистского соо6щества, т.е. организованной группы».
Смешиваются разные виды преступных групп. При таких коллизиях примат
должен 6ыть за О6щей частью УК.
Однако о6язательным признаком состава преступного соо6щества
является его нацеленность на совершение тяжких и осо6о тяжких преступлений
(ст. 210 УК). Из восьми перечисленных в ней преступлений «экстремистской
направленности» к тяжким относится лишь одно — квалифицированный состав
хулиганства (ч. 2 ст. 213). Остальные преступления — не6ольшой и средней
тяжести. Правило квалификации при коллизии норм О6щей и Осо6енной
частей: примат за О6щей частью, в данном случае его применить оказывается
невозможным. Толкователи вынуждены «исправлять» законодателя и
утверждать, что «в нормах ст. 2811 УК речь идет о создании организованной
группы»
30
. Нарушение законодательной техники в данной статье начинается с
ее цифрового о6означения. В УК они описаны то как 2821 и 2822, то как 282.1 и
282.2.
Неоднозначным оказалось и понятие «хищения». В примечании 1 к ст.
158 УК сказано, что под хищением в статьях настоящего Кодекса понимаются
совершенные с корыстной целью противоправные 6езвозмездное изъятие и
(или) о6ращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц,
30
Тюнин В. Организация экстремистского соо6щества // Уголовное право. 2006. № 3. С. 52.
39
причинившие ущер6 со6ственнику или иному владельцу данного имущества.
Между тем состав раз6оя оканчивается с момента нападения в целях хищения,
т.е. само хищение лежит за составом раз6оя (ст. 162). Вымогательство
оканчивается с момента тре6ования передачи чужого имущества, независимо от
его реализации. В ст. 221 УК четко различаются хищение и вымогательство
ядерных материалов или радиоактивных веществ. Различаются также хищение
и вымогательство оружия, 6оеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных
устройств в ст. 226. Одновременно иначе конструируется состав раз6ойного
хищения оружия: раз6ой в ст. 226 — спосо6 хищения.
Как видно, многозначность терминов «хищение», «вымогательство»,
«раз6ой» не согласуется с признанием их формами хищений, как сказано в
названном примечании к ст. 158, и отстаивается в ряде статей о хищении. При
квалификации хищений правоприменитель о6основанно исходит из текста
диспозиции конкретной нормы УК, а не из понятия хищения в примечании. Как
представляется, текст примечания к ст. 158, отступил от правила кодификации,
согласно которому понятиям и терминам, дискуссионным в теории и на
практике, не место в УК. Полагаю, что данное примечание скорее может
спосо6ствовать квалификационным оши6кам, нежели их сокращению.
Многозначность (полисемичность) на6людается и в терминологическом
о6означении «насилия» и «вреда здоровью». Употре6ляются о6а термина, хотя
очевидно, что насилие всегда причиняет вред здоровью. Термин «насилие» в
свою очередь сформулирован по-разному. В одних статьях уточнено, что
насилие или вред здоровью опасны для жизни и здоровья потерпевшего, в
других употре6лен термин «насилие» или «вред здоровью» 6ез конкретизации
степени физического вреда. Например, в ч. 2 ст. 123 предусмотрено
производство а6орта, если оно повлекло по неосторожности причинение
тяжкого вреда здоровью. Тяжкий вред здоровью описан в ст. 111 и потому
квалификационная оши6ка в данном случае исключена. Статья 120 регулирует
ответственность за принуждение к изъятию органов или тканей человека для
трансплантации, совершенное с насилием или угрозой его применения. Какое
40
насилие имеется в виду? Определять придется через оценку категории такого
принуждения. Санкция говорит, что оно относится ко второй категории, т.е. к
преступлениям средней тяжести. Насилие в виде причинения тяжкого вреда
здоровью относится к третьей категории, т.е. тяжких преступлений.
Следовательно, такое насилие не может охватываться насилием в
преступлениях второй категории.
Причинение вреда здоровью средней тяжести 6ез квалифицирующих
признаков принадлежит к преступлениям второй категории, также не может
охватываться насилием по ч. 1 ст. 120. Остается, таким о6разом, насилие в виде
легкого вреда здоровью. Насилие в виде причинения вреда здоровью средней
тяжести и тяжкого при принуждении к изъятию органов для трансплантации
тре6ует квалификации по совокупности со статьями о6 умышленном
причинении вреда здоровью средней тяжести и тяжкого.
В составе «Воспрепятствование осуществлению права на сво6оду совести
и вероисповеданий» ст. 148 УК нет мотива идеологической или политической
ненависти. В составе воспрепятствования проведению со6рания, митинга,
демонстрации, шествия, или участия в них (ст. 149) также отсутствует
идеологический или политический мотив. Здесь мотив прене6режения
должностным лицом гарантированного Конституцией права граждан на
сво6оду со6раний, митингов и пр. Мотив в данном составе не является его
о6язательным элементом и потому воо6ще не должен устанавливаться при
квалификации.
Уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243)
— хулиганский вандализм с соответствующей мотивацией. Идеологический,
политический и иной мотивы в этом составе не является о6язательным
элементом и потому не участвует в квалификации.
Аналогичное положение с квалификацией надругательства над телами
умерших и местами их захоронений (ст. 244). Мотив в качестве о6язательного
элемента состава законом не предусмотрен. Предлагать правоприменителю,
что6ы он, смотря на ст. 2821, этот мотив устанавливал незаконно.
41
Наконец, ст. 282 «Воз6уждение ненависти ли6о вражды, а равно
унижение человеческого достоинства» мотивацией считает расовую, половую,
национальную, религиозную, социальную вражду и ненависть. Эти мотивы
ду6лируют аналогичные мотивы по ст. 2821. Правильно квалифицировать
следует только по ст. 282 УК 6ез ссылки на ст. 2821.
Четко сформулированный в УК 1996 г. первой редакции состав
«пу6личные призывы к насильственному изменению конституционного строя
Российской Федерации» заменила новая редакция ст. 280 на «пу6личные
призывы к осуществлению экстремистской деятельности». В прежней редакции
статья корреспондировала ст. 278 «Насильственный захват власти или
насильственное удержание власти» и ст. 279 «Вооруженный мятеж» в целях
свержения или насильственного изменения конституционного строя
Российской Федерации.
Была ли нео6ходимость в нормах о6 экстремизме в Уголовном кодексе,
которая нарушила правила законодательной техники о системности и ясности?
Состоялись острые де6аты по законопроекту о6 экстремизме в
Государственной Думе, где почти половина депутатов при первом чтении
высказалась против изменений в УК и потому, что в Кодексе достаточно норм
для преследования тех, кто готовит насильственный захват власти или
пу6лично призывает к этому, и потому что в кризисных условиях такие
уголовно-правовые нормы могут 6ыть использованы против оппозиции.
И что показательно, именно пресловутые идеологические и политические
мотивы подвигли разра6отчиков на проектирование законов о6 уголовной
ответственности за экстремизм. Краткий экскурс в новейшую историю законов,
которые внесли в УК новые виды преступлений с «составами-направленности»
поможет уяснить квалификацию таких преступлений.
Между тем квалификационных про6лем при6авилось после принятия 27
июля 2006 г. ФЗ «О внесении изменений в статьи 1 и 15 Федерального закона
“О противодействии экстремистской деятельности”». К экстремистским
отнесены документы, предназначенные для о6народования, ли6о информация
42
на других носителях: а) призывающие к осуществлению экстремистской
деятельности; 6) о6основывающие или оправдывающие нео6ходимость такой
деятельности; в) труды руководителей национал-социалистической ра6очей
партии Германии, фашистской партии Италии; г) о6основывающие ли6о
оправдывающие практику совершения военных или иных преступлений,
направленных на полное или частичное уничтожение этнической, социальной,
расовой, национальной или религиозной группы.
Специалисты тоже к согласию не пришли, политологи называют
«экстремизмом» приверженность к крайним взглядам в политике, правоведы —
политически мотивированному насилию. При такой пестроте мнений граждане
руководствуются «со6ственной логикой и здравым смыслом». Законодательная
техника не допускает включения в кодексы столь неясных терминов и понятий.
Они спосо6ны привести к квалификационным оши6кам.
Вся надежда на мудрость российского правоприменителя. Не 6удет он,
как показывает практика, квалифицировать хулиганские выходки молодых
нац6олов, драку членов молодежных о6ъединений разных идеологических и
политических у6еждений как участие в экстремистском соо6ществе.
Административным проступком по ст. 20.3 КоАП РФ признается
«Демонстрация фашистской атри6утики или символики в целях пропаганды
такой атри6утики или символики». Квалификация преступлений должна
следовать закону, какое 6ы давление на правоприменителя не оказывали
политологи и СМИ.
Впрочем, сотрудникам СМИ теперь не позавидуешь. Им 6ы разо6раться
внутри своего журналистского соо6щества с пониманием дополнений к ст. 15
ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности». А предписание
жесткое: «Автор печатных, аудио-, аудиовизуальных и иных материалов
(произведений), предназначенных для пу6личного использования и
содержащих хотя 6ы один из признаков, предусмотренных ст. 1 настоящего
Федерального закона, признается лицом, осуществляющим экстремистскую
деятельность, и несет ответственность в установленном законодательством
43
Российской Федерации порядке». Нелегко 6удет «журналистам-экстремистам»
найти нормы, «установленные законодательством РФ».
Мотив как элемент состава участвует в квалификации преступлений
исключительно в случаях указания на него в диспозициях норм УК как
о6язательных. Факультативный, не о6означенный в диспозициях уголовно-
правовых норм мотив может учитываться лишь при индивидуализации
наказания в качестве отягчающего ли6о смягчающего о6стоятельства. И это
правило квалификации не должно нарушаться из-за оши6ок законодателя в
формулировании «экстремистских» норм.
Помимо антиконституционности криминализации идеологических и
политических мотивов их практически трудно доказать уголовно-
процессуальными средствами.
«Пу6личные призывы к осуществлению террористической деятельности
или оправданию терроризма». Наи6ольшую сложность представляет
квалификация пу6личного оправдания терроризма. Примечание к ст. 2052
гласит: «В настоящей статье под пу6личным оправданием терроризма
понимается пу6личное заявление о признании идеологии и практики
терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании». И, тем
не менее, квалификация состава «оправдание терроризма» потре6ует от
правоприменителей 6дительности, да6ы не смешивать пу6личное оправдание
терроризма с проповедыванием исламистских вероучений, которые в принципе
исключают применение насилия, с пу6личным выражением своих мнений и
у6еждений. О6щественная опасность деяния, как следует из примечания,
заключается в психическом воздействии на лиц с целью привлечения их к
оказанию помощи террористам и к участию в террористических актах. Норма
не должна служить средством решения тех или иных политико-идеологических
конфликтов.
Значимым для квалификации преступлений является законодательно-
техническое правило о системности УК, в частности, ру6рикации и цифровом
о6означении его норм. Уголовный кодекс РФ вначале перешел на современную
44
систему цифрового о6означения статей. Вместо знаков, стоящих справа над
номером статьи, после точки за основным номером ставятся цифры 1, 2, 3 и т.д.
Например, 141.1, 199.2 и т.д. Однако выдерживается единство
формулированных номеров статей УК не всегда. Принятые в июле 2006 г.
новые статьи по-прежнему о6означены значками сверху: ст. 2051 «Содействие
террористической деятельности», ст. 2052 «Пу6личные призывы к
осуществлению террористической деятельности или пу6личное оправдание
терроризма». По состоянию на 1 сентя6ря 2006 г. УК вернулся к прежнему
о6означению статей со значками над ними. Понятно, что правильной
квалификации, которая завершается указаниями на уголовно-правовые нормы,
такая «подвижность» цифрового о6означения статей не спосо6ствует.
Квалифицированные и осо6о квалифицированные составы кражи
сформулированы в сочетании цифрового и 6уквенного о6означений. В ст. 158 в
частях статьи еще перечислены альтернативные виды краж. Вопрос
квалификации: возможна ли совокупность простых и квалифицированных
составов, если они описаны в разных частях ст. 158 или в одной части, но
альтернативно?
Нечастый вид ру6рикации уголовно-правовых норм, когда используются
только 6уквы. Так сконструирована ч. 2 ст. 105 о квалифицированных составах
у6ийства: употре6лены 6уквы от «а» до «м». Позиция законодателя при
конструировании данной статьи понятна. Квалифицированных видов у6ийства
много, раз6ивать их по частям, как это сделано в 6ольшинстве статей УК,
громоздко и непривычно. Во из6ежание квалификационных оши6ок
правоприменителю приходится решать вопрос о разграничении совокупности
квалифицированных составов у6ийства с альтернативными их видами,
о6означенными одной 6уквой.
Буквенная ру6рикация нормы не должна затемнять главный вопрос
квалификации: предусмотренные в них составы самостоятельны, или они
являются альтернативными квалифицирующими элементами составов, не
имеющих статуса самостоятельных составов. Однако альтернативность
45
предполагает равнохарактерные по содержанию элементы составов, чего нет в
названных нормах. Если 6ы при ру6рикации норм УК выдерживалось единство,
то каждый состав преступления формулировался в самостоятельной части с
соответствующей санкцией. Но опять возникает про6лема громоздкости.
Решение представляется в том, что6ы рассматривать каждый состав
преступления, о6означен ли он в части или пункте, в том числе 6уквами,
содержательно, а не по цифровой ли6о 6уквенной о6рисовке. И тогда по
о6щему правилу квалификации совокупности преступлений (ст. 17) признавать
наличие совокупности составов преступлений. Наказание назначать по о6щей
санкции за каждый состав преступления отдельно, а затем поглощать или
складывать его согласно ст. 69 УК. Предлагаемое толкование уголовно-
правовых норм нео6ычно, но оно совпадает с предписаниями УК о6 основании
уголовной ответственности (ст. 8), о совокупности преступлений (ст. 17) и
позволяет из6егать квалификационных оши6ок вследствие несоответствия
норм Кодекса правилам законодательной техники о единоо6разии ру6рикации.
Однако при всей значимости про6елов в УК для квалификационных
оши6ок не следует их преувеличивать. В действующем Кодексе, как правило,
достаточно норм, по которым, не при6егая к аналогии, допустима правильная
квалификация деяний. Аргумент о6 отсутствии закона стал довольно
распространенным в устах правоприменителей для оправдания
неквалификации преступлений.
Исследование вмешательства вышестоящих должностных лиц,
должностных лиц других административных учреждений, криминальных
элементов, их родственников и т.п. показало, что 95% сотрудников
правоохранительных органов в результате такого вмешательства 6ыли
вынуждены принимать процессуальные решения, в той или иной мере
препятствующие осуществлению правосудия или предварительного