34
конкуренции право на иск может быть предоставлено антимонопольному
органу в отношении определенных сделок, нарушающих требования закона
27
.
Обращение в суд с требованием о применении последствий ничтожной
сделке может быть осуществлено сторонами сделки, а также иным лицом. В
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О
применении судами некоторых положений раздела I части первой
Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснения относительно
такого понятия, как «иное лицо», не даются. Лишь отмечается, что данное
лицо должно обладать охраняемым законным интересом, о котором он
указывает в исковом заявлении, отсутствие же его - основание для оставления
его без движения
28
.
Так, в деле №2-1878/15 СНТ «Уют», СНТ «Прилесье» обратилось в суд с
иском к Администрации сельского поселения Ягодное и Загородникову Е.В. о
применении последствий недействительности ничтожной сделки путем
прекращения зарегистрированного права собственности Загородникова Е.В. на
трубопровод, в составе единой поливной системы. Истец настаивал на
аннулировании записи о регистрации права собственности на том основании,
что первоначальный продавец в лице ОАО «Ягодинское» не обладало правом
собственности на указанный трубопровод (в составе единой поливной
системы), и, следовательно, не обладало правом на распоряжение этим
имуществом. В настоящее время собственником является Загородников Е.В. на
основании договора купли-продажи, поскольку переход права производился
неоднократно. Суд, признавая сделку ничтожной, отказал в удовлетворении
заявленных требований в части применения последствий ничтожной сделки на
тех основаниях, что истцы, не являясь участниками оспариваемой сделки, не
доказали своего материально-правового интереса исходя из п.2ст. 168 ГК РФ.
27
Федеральный закон от 26.07.2006 N 135-ФЗ (ред. от 27.12.2018) "О защите конкуренции"
(с изм. и доп., вступ. в силу с 08.01.2019) // Собрание законодательства РФ, 31.07.2006, N 31
(1 ч.), ст. 3434
28
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами
некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» //
Бюллетень Верховного Суда РФ", N 8, август, 2015
35
А также по смыслу п.2 ст. 167 ГК РФ реституция возможна только в
отношении сторон недействительной сделки, применение же последствий
недействительности не восстановит права истцов
29
.
Приведенный пример также демонстрирует возможность предъявление
исков о признании ничтожной сделки недействительной без применения
последствий ее недействительности. Однако в ряде случаев данное обращение
в суд с таким требованием представляется крайне нелогичным и даже
излишним.
Во-первых, в предусмотренный статьей 12 ГК РФ перечень способов
защиты гражданских прав, законодателем не включен такой способ защиты,
как признание ничтожной сделки недействительной, поскольку сама сделка в
силу закона является недействительной, независимо от признания ее таковой
судом, но, как демонстрирует судебная практика - не исключается
возможность предъявления таких исков. Получается, что в таких случаях
осуществляется констатация только самого факта недействительности без
применения последствий недействительности, так как при признании
ничтожной сделки отсутствует спор о праве. Хотя Гражданский кодекс в
качестве способов защиты позволяет рассматривать только те способы,
которые прямо предусмотрены законом. На наш взгляд, целесообразна
соответствующая корректировка действующего законодательства.
Во-вторых, необходимо отметить, что последствия недействительности
сделок не всегда могут быть применимы исходя из существа заключенной
сделки. Так, в правоприменительной практике немало случаев, когда суд при
недействительности договора уступки права требования, не может возвратить
стороны в первоначальное положение посредством реституции. Учитывая, что
право нельзя возвратить в порядке реституции, а можно лишь признать право у
одного лица не прекратившимся, а у другого лица не возникшим, то, практика,
к сожалению, идет именно по пути вынесения решений о признании
29
Решение Ставропольского районного суда Самарской области от 9.11.2015 по делу №2-
1878/15
36
ничтожной сделки недействительной без примененияпоследствий
недействительности. На наш взгляд, данная позиция крайне уязвима.
Ярким примером неправильного применения последствий
недействительности сделки, в виде взыскания стоимости уступленной
дебиторской задолженности без учета специфики имущественного права
(требования) является Постановление Арбитражного Апелляционного суда по
делу А55-13328/2015. Для сохранения баланса интересов сторон сделки,
признанной недействительной по заявлению конкурсного управляющего
Ломачева А.В., - не требовалось применение последствий недействительной
сделки в виде взыскания стоимости переданной дебиторской задолженности.
Поскольку дебиторская задолженность в данном случае не считается
перешедшей цессионарию и сохранившейся за цедентом в силу одного лишь
факта признания сделки уступки права недействительной
30
.
Помимо всего прочего, суд может применять последствия
недействительности сделок по собственной инициативе, если это необходимо
для защиты публичных интересов, что прямо предусмотрено п.4 ст. 166 ГК
РФ.
Мы считаем, что данная формулировка вносит некоторый диссонанс с
принципом диспозитивности в первую очередь, являющийся
основополагающим для частного права. Получается, что положения данной
нормы прямо противоречат как гражданскому, так и арбитражному
судопроизводству. Помимо этого, необходимо отметить, что подобная
инициатива суда не должна превалировать над волеизъявлением участников
сделки.
Основания для признания сделок недействительными
Основания для признания ничтожную и оспоримую сделку недействительной
различны. Как уже было указано выше, законодатель для признания
ничтожной сделки недействительной указывает на определенные критерии, в
30
Постановление Одиннадцатого Арбитражного Апелляционного суда от 4.10.2017года по делу
№А55- 13328/2015
37
силу прямого указания которых, сделка – и будет недействительна. В
частности: мнимые и притворные сделки, сделки, совершенные с целью
противной основам правопорядка и нравственности, договор,
предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя,
кредитный договор или договор банковский вклада, заключенный с
нарушением требования о его письменной форме и т.д.. Все остальные сделки
считаются оспоримыми.
Наряду с ГК РФ, ничтожные и оспоримые сделки предусмотрены
нормативно-правовыми актами, такими как Семейным кодексом,
Федеральными Закона «Об акционерных обществах», «Об обществах с
ограниченной ответственностью» и др.
Сроки исковой давности.
Как известно, обращение в суд может осуществляться в пределах сроков
исковой давности. Установлены различные сроки для реализации
реституционных отношений: объективный трехлетний срок давности - для
признания ничтожной сделки недействительной и применения последствий
недействительности сделки, годичный срок – для оспоримой сделки.
Для лица, не являвшегося стороной ничтожной сделки, - срок исковой
давности не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Законодатель сделал уточнение и относительно момента, с которого
необходимо отчислять срок исковой давности. По общему же правилу срок
течет со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего
права и надлежащем ответчике по иску (ст.200 ГК). Так, по ничтожной сделки
– течение срока начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.
Данная формулировка создало определённую «почву» для дискуссий и, как
следствие ряд проблем.
На наш взгляд, не совсем понятен смысл данного отступления от общего
правила. Как известно, под началом исполнения следует понимать такую
ситуацию, когда одна из сторон приступила к фактическому исполнению, а
другая – к принятию такого исполнения
32
. К примеру, был заключен договор
38
купли-продажи, согласно которому покупатель внес предоплату, а продавец
передал вещь не сразу, а спустя 2 года. Возникает вопрос: логично ли для
обеих сторон считать срок давности на реституцию именно с момента, когда
покупатель внес предоплату? Полагаем, подобное ставит стороны явно в
неравное положение. Получается, что срок давности по реституционному
требованию для стороны, чье исполнение происходит второй по очереди,
начинается раньше, чем ее право фактически нарушено (раньше, чем она сама
осуществила встречное предоставление).
Во всяком случае, установление специальных сроков исковой давности
для применения последствий недействительности сделки может оказать (и
оказывает) негативное влияние на судебную практику, что подтверждает
приведенный пример. Ну и сама формулировка «узнало или должно было
узнать» по нашему мнению, является крайне неоднозначной для применения.
Что также создает немало сложностей в правоприменительной практике.
Таким образом, вопрос как о наличии субъективного права на обращение
в суд с требованиями о применении последствий недействительности сделок,
так и момент начала течения сроков исковой давности – в каждом конкретном
случае рассматривается судом отдельно и на основании совокупности всех
представленных доказательств, анализируя при этом основания для
конкретной сделки.
Так, легализуется ре давно используемое в ре доктрине понятие ре ничтожности
решений ре собраний - ранее в ре судебной практике, а ре затем и в законодательстве
ре использовался наделенный ре сходным содержанием ре термин «не имеющее
ре юридической силы» (п. 26 ре Постановления Пленума ВАС РФ от 18 ре ноября 2003
г. № 19 «О некоторых ре вопросах применения ре Федерального закона «Об
ре акционерных обществах», п. 10 ст. 49 ФЗ об АО).
31
ре Перечень оснований
ре ничтожности решения ре собрания расширен в ре сравнении с существующим в
ре акционерном законодательстве ре подходом - так, противоречие ре решения
31
Постановление Пленума ВАС РФ от 18.11.2003 N 19 (ред. от 16.05.2014) «О некоторых вопросах
применения Федерального закона "Об акционерных обществах» // Вестник ВАС РФ, N 1, 2004
39
собрания ре основам правопорядка или ре нравственности признано ре основанием
ничтожности ре такого решения. ре Отметим, что еще В.Ю. Вольф ре рассматривал
вопросы, ре связанные с формами ре недействительности решений ре собраний, и
говорил об ре основаниях ничтожности ре решений собраний ре акционеров.
Судебной ре практике по вопросу ре применения новых ре норм ГК РФ в
соотношении с уже ре существующими нормами ФЗ об АО и АПК РФ еще ре только
предстоит ре сложиться, но уже сейчас ре можно обратить ре внимание на
формулировки ре оснований оспоримости ре решения собрания, ре которые создают
ре тенденцию развития ре практики правоприменения и в ре отношении оспаривания
ре решений общих ре собраний акционеров.
ре Даже с учетом ре установленного приоритета ре специального регулирования
ре судебная практика, ре вероятно, воспримет ре подход, заложенный в ре общих нормах
ГК РФ. Так, пп. 1 п. 1 ст. ре 181.4 ГК РФ предусматривает, что ре решение собрания
ре может быть ре признано судом ре недействительным при нарушении ре требований
закона в том ре случае, если ре допущено существенное ре нарушение порядка ре созыва,
подготовки и ре проведения собрания, ре влияющее на волеизъявление ре участников
собрания.
ре Фактически влияние на ре волеизъявление участников ре собрания, которое
ре определяет результаты ре собрания в форме ре принятия того или ре иного решения,
ре выделяется в качестве ре признака существенности ре нарушений при проведении
ре собраний. Отметим, что ре данный подход не нов: ре именно на нем основано ре право
суда ре отказать в удовлетворении ре иска о признании ре недействительным решения
ре общего собрания ре акционеров и (или) ре крупной сделки, ре сделки с
заинтересованностью в ре силу того, что ре голосование истца не ре могло повлиять на
ре результаты голосования - т.е. ре итоговое волеизъявление ре участников собрания.
Тем не ре менее, стоит ре обратить внимание на то, что в ре отношении оспаривания
ре решения общего ре собрания акционеров ре отказ в иске по ре такому основанию -
ре право суда, а ре помимо влияния ре истца на результаты ре голосования оценке
ре подлежит существенность ре допущенных нарушений и ре наличие убытков
ре акционера по совокупности ре обстоятельств (п. 7 ст. 49 ФЗ об АО, п. 24
40
Постановления ре Пленума ВАС РФ от 18 ноября 2003 г. № 19). ре Ужесточение
правил ре оспаривания крупных ре сделок и сделок с ре заинтересованностью привело
к ре стремительному развитию ре альтернативного способа ре защиты прав -
ре взысканию убытков с ре членов органов ре управления акционерных ре обществ (ст. 71
ФЗ об АО). В соответствии с п. 4 ст. ре 181.4 ГК РФ решение ре собрания не может
ре быть признано ре судом недействительным, ре если голосование ре лица, права
ре которого затрагиваются ре оспариваемым решением, не ре могло повлиять на его
ре принятие и решение ре собрания не влечет ре существенных неблагоприятных
ре последствий для этого ре лица
32
. Как видно, ре здесь акцентируется ре внимание на
влиянии ре голосования на результаты ре собрания и существенность (а не ре просто
наличие) ре неблагоприятных последствий. ре Значит ли это, что нарушения,
ре допущенные в отношении ре отдельных неконтролирующих ре акционеров, не
будут ре влиять на действительность ре решения собрания, ре сколь грубыми бы они
ни ре были? Нарушение ре равенства прав ре участников собрания при его ре проведении
указано в ре качестве самостоятельного ре основания оспоримости ре решения
собрания (пп. 3 п. 1 ст. ре 181.4 ГК РФ), поэтому ре явные случаи ре отстранения
отдельных ре акционеров от участия в ре голосовании могут ре повлечь признание
ре решения собрания ре недействительным.
Отличие ре формулировок норм пп. 1 п. 1 и п. 4 ст. ре 181.4 ГК РФ
обусловлено тем, что на ре волеизъявление участников ре собрания влияют ре многие
факторы, не ре только количество ре голосов, но и, например, ре предоставление
информации о ре собрании, доступ ре акционеров к месту ре проведения собрания,
ре определение круга ре голосующих лиц и т. д., а во втором ре случае речь ре идет
только о ре возможности лица, ре считающего свое ре право нарушенным, ре влиять на
принятие ре решения собрания. Как ре указал Конституционный Суд РФ,
ре достижение конституционно ре значимого баланса ре интересов акционеров и
ре акционерных обществ ре предполагает, что те или иные ре права акционеров
ре должны осуществляться без ре нарушения прав и ре законных интересов как ре самих
32
Летута Т.В., Маркелова И.А. Оспаривание решений собраний: проблемы защиты прав акционеров
// Вестник Оренбургского государственного университета. 2013. № 3 (152).
41
акционеров, так и ре акционерного общества, как ре самостоятельного субъекта
ре гражданского оборота, в ре связи с чем федеральный ре законодатель, принимая во
ре внимание особенности ре предпринимательской деятельности в ре форме
акционерного ре общества, вправе ре установить в законе ре определенные
ограничения, к ре которым относятся и ре ограничения по оспариванию ре решений
общего ре собрания акционеров. ре Новые формулировки ГК РФ, на наш ре взгляд,
определяют ре дальнейшее усложнение ре оспаривания решений ре общих собраний
ре акционеров, особенно для ре миноритарных акционеров, что ре находится в русле
ре общей тенденции по ре сохранению силы ре оспоримых корпоративных ре действий
для обеспечения ре стабильности гражданского ре оборота. Для тех же целей
ре законодатель, как и в случае со ре сделками акционерных ре обществ, предоставляет
ре возможность исправить ре нарушения - решение ре собрания не может ре быть
признано ре судом недействительным по ре основаниям, связанным с ре нарушением
порядка ре принятия решения, ре если оно подтверждено ре решением последующего
ре собрания, принятым в ре установленном порядке до ре вынесения решения ре суда (п.
2 ст. 181.4 ГК РФ). ре Возможно, такая ре ситуация даст «ре импульс» развитию не
ре слишком востребованного ре практикой института ре групповых исков,
ре позволяющему миноритариям ре объединить усилия по ре защите своих ре прав.
Следует ре отметить, что сложности, ре возникающие при рассмотрении
ре взаимосвязанных корпоративных ре споров, побудили ре законодателя выработать
ре правила об одновременном ре оспаривании взаимосвязанных ре корпоративных
действий. ре Такой подход ре позволяет провести ре комплексный анализ ре последствий
совершения ре корпоративного действия для ре акционерного общества, ре вынести
решение с ре учетом всех ре аспектов его деятельности, ре затрагиваемых указанным
ре решением. Поэтому ре требование о признании ре недействительным решения
ре общего собрания ре акционеров во многих ре случаях сопровождается ре другими
требованиями, ре направленными на восстановление ре нарушенных прав ре акционера
или самого ре общества.
Так, в соответствии с п. 7 ст. 68 ФЗ об АО ре признание недействительным
ре решения совета ре директоров акционерного ре общества о созыве ре общего собрания
42
ре акционеров не влечет за ре собой недействительности ре проведенного на его
основании ре решения общего ре собрания акционеров. ре Нарушения, допущенные
ре советом директоров при ре созыве общего ре собрания акционеров, ре оцениваются
судом при ре рассмотрении иска об ре обжаловании соответствующего ре решения
общего ре собрания акционеров. ре Решения органов ре управления акционерного
ре общества об одобрении ре крупной сделки или ре сделки с заинтересованностью
ре оцениваются в совокупности с ре оспариваемыми сделками.
ре Признание решений ре общего собрания ре акционеров и совета ре директоров
общества об ре одобрении крупных ре сделок и сделок, в ре совершении которых
ре имеется заинтересованность, ре недействительными в случае ре обжалования таких
ре решений отдельно от ре оспаривания соответствующих ре сделок общества не
ре влечет за собой ре признания соответствующих ре сделок недействительными (п. 7
ст. 68, п. 9 ст. 49 ФЗ об АО). В ре соответствии с п. 8 ст. 26 Федерального ре закона
от 22 апреля 1996 г. № 39-ре ФЗ «О рынке ре ценных бумаг» с ре момента
государственной ре регистрации выпуска (ре дополнительного выпуска)
ре эмиссионных ценных ре бумаг или присвоения ре такому выпуску
ре идентификационного номера ре заявление в суд требований о ре признании
недействительными ре связанных с осуществлением ре эмиссии решений ре эмитента
возможно ре только одновременно с ре заявлением в суд требования о ре признании
соответствующего ре выпуска (дополнительного ре выпуска) эмиссионных ре ценных
бумаг ре недействительным.
При оспаривании ре решений общего ре собрания акционеров ре зачастую
залогом ре эффективной защиты ре нарушенных прав ре являются своевременно
ре наложенные обеспечительные ре меры. Отметим, что ре отдельной статистики по
ре применению обеспечительных мер в ре корпоративных спорах нет, ре однако
распространенность ре различных обеспечительных мер и ре тенденции их
применения - ре ежегодное сокращение ре количества удовлетворенных ре заявлений -
вполне ре прослеживаются из общей ре статистики работы ре арбитражных судов. В
ре соответствии с п. 1 ст. 225.6 АПК РФ ре принятие обеспечительных мер по
ре корпоративным спорам не ре должно приводить к ре фактической невозможности
43
ре юридического лица ре осуществлять деятельность или к ре существенному
затруднению ре осуществления им деятельности, а ре также к нарушению им
ре законодательства.
Судебная ре практика применения ре обеспечительных мер по корпоративным
ре спорам формируется на ре основании Постановления ре Пленума ВАС РФ от 9 июля
2003 г. № 11 «О ре практике рассмотрения ре арбитражными судами ре заявлений о
принятии ре обеспечительных мер, связанных с ре запретом проводить ре общие
собрания ре акционеров», информационного ре письма Президиума ВАС РФ от 24
ре июля 2003 г. № 72 «Обзор ре практики принятия ре арбитражными судами мер по
ре обеспечению исков по ре спорам, связанным с ре обращением ценных ре бумаг»,
Постановления ре Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006 г. № 55 «О ре применении
арбитражными ре судами обеспечительных ре мер»
33
. В п. 3 ст. 225.6 АПК РФ
ре приведен открытый ре перечень обеспечительных мер по ре корпоративным спорам,
ре включающий запрещение ре юридическому лицу, его ре органам или участникам, а
ре также иным ре лицам исполнять ре решения, принятые ре органами этого
ре юридического лица.
ре Запрет исполнения ре решений общего ре собрания акционеров во ре многих
случаях ре считается приводящим к ре существенному затруднению ре осуществления
акционерным ре обществом своей ре деятельности. Кроме ре того, запрет ре исполнения
решения ре общего собрания ре акционеров в большей ре степени касается ре случаев
одобрения ре сделок или иных ре требующих конкретных ре распорядительных
действий по ре реализации принятого ре решения - когда ре можно запретить,
ре например, регистрировать ре дополнительный выпуск ре акций, вносить в ре ЕГРЮЛ
запись об ре увеличении уставного ре капитала, о прекращении ре деятельности и
проч. ре Однако к компетенции ре общего собрания ре акционеров относится не ре только
одобрение ре сделок и иных ре корпоративных действий, но и ре формирование других
ре органов управления. ре Недействительность решения об ре избрании органа
33
Постановление Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 55 «О применении арбитражными судами
обеспечительных мер». Разъяснения по вопросам судебной практики применения законов и иных
нормативных правовых актов арбитражными судами, данные Пленумом ВАС РФ, сохраняют свою
силу до принятия соответствующих решений Пленумом Верховного Суда РФ (часть первая статьи 3
Федерального конституционного закона от 04.06.2014 № 8-ФКЗ). // Вестник ВАС РФ, 2006, № 12.