72
«покупка» менеджеров предприятия
100
.
Как показывает практика, к перечисленным действиям можно отнести и
незаконную реорганизацию.
Участники корпоративных конфликтов активно используют
несовершенства законодательства. Среди главных катализаторов таких
конфликтов – неэффективность судебного контроля, отсутствие четких критериев
оспоримости корпоративных решений и сделок, совершенных обществом,
неразработанность механизмов ответственности менеджеров и контролирующих
акционеров, наконец, несоответствие управленческой модели, задаваемой
законом, потребностям бизнеса.
Одним из основных препятствий на пути становления эффективной
системы корпоративного управления в России является недостаточность
исторического опыта в этой области
101
.
В зависимости от оснований конфликты, возникающие в процессе
реорганизации, можно классифицировать на конфликты, возникающие на
основании противоречия интересов участников отношений; противоречия самих
норм права, либо пробела в праве, а также противоречивой судебной практики. В
зависимости от субъектов, участвующих в конфликте, выделяют внешние и
внутренние. Наиболее конфликтными областями во внутрикорпоративных
отношениях являются отношения между акционерами (мажоритарными и
миноритарными), вопросы компетенции органов управления, а также вопросы
ответственности. Логически, казалось бы, цели всех участвующих в обществе лиц
должны быть едины: участники (как мажоритарные, так и миноритарные
акционеры), руководители (менеджеры) наравне с интересами самого общества
100
Зыкова Т. Корпоративный шантаж. Минэкономразвития срочно
готовит контрмеры против теневой «приватизации»// Российская газета. № 3439.
2014.26.03.
101
Данельян А.А. Корпорация и корпоративные конфликты. М., 2014.
С.6.
73
должны руководствоваться целью процветания и укрупнения бизнеса,
капитализации собственности (а соответственно и увеличении стоимости долей
(акций)). Однако человеческий фактор диктует свои интересы: некоторые
акционеры заинтересованы в получении прибыли здесь и сейчас, в противоречие
интересам общества (возможно и мажоритарным акционерам) в его укрупнении, а
управленцы заинтересованы в извлечении своих личных выгод, для реализации
которых недобросовестно используют свои полномочия, причиняя тем самым
ущерб как обществу в целом, так и его участникам. Управляющий, будучи
самостоятельным физическим лицом, имеет интересы, объективно отличающиеся
от интересов возглавляемого им юридического лица, в том числе и
имущественные, поэтому между его интересами и интересами корпорации
существует определенная неизбежная коллизия
102
. Стремление удовлетворить
свои личные интересы приводит к конфликту.
Юридический конфликт это отражение правовой действительности, в том
числе отражение недостатков права и судебной практики.
Пробел в праве, а иногда и сама норма права, определяющая приоритет
интересов определенных лиц, являет плацдарм для конфликтов между
участниками корпоративных отношений.
Немаловажным является выработка способов урегулирования конфликта
интересов и фактических конфликтов. Защита интересов субъектов
корпоративных правоотношений устанавливается на основе определенных
приоритетов
103
. Сегодня в науке корпоративного права (равно как и на практике)
установился один основной принцип, это принцип приоритета интересов
корпорации над интересами участников (акционеров) и кредиторов. Отсутствует
законодательно закрепленная сбалансированная система корпоративных
102
Корпорации и учреждения: Сборник статей под ред. М.А. Рожкова.
М.: Статут, 2012. С.123.
103
Корпоративное право. Отв. ред. И.С. Шиткина М.: Волтерс Клувер,
2014. С.22.
74
принципов. Следует различать способы предотвращения последствий конфликта
интересов (с помощью правил о сделках с заинтересованностью) и способы
урегулирования фактических конфликтом (привлечение к солидарной
ответственности лиц, недобросовестно способствовавших принятию решения о
реорганизации, признанного недействительным и др.).
На наш взгляд, конфликты интересов в своем историческом развитии
являются необходимой предпосылкой для нормотворчества. Борьба интересов
субъектов права происходит не только внутри конкретного правоотношения, она
активно продолжает свою жизнь в научных исследованиях, дискуссиях, трудах,
позициях высших судебных органов. В конечном счете, победа одних интересов
над другими закрепляется законодательно в предоставлении права, определенной
гарантии и др.
104
С этой точки зрения ценность изучения конфликтов в том или
ином правоотношении не вызывает сомнений.
Понятие корпоративного конфликта учеными понимается различно, в связи
с чем различным видится и субъектный состав. По мнению И.С. Шиткиной, к
участникам корпоративных конфликтов относятся:
1. Контролирующие акционеры (участники).
2. Миноритарные акционеры (участники).
3. Лица, занимающие должности в органах управления общества
(директора и менеджеры).
4. Хозяйственное общество как лицо, олицетворяющее общие для всех
акционеров (участников) интересы.
104
Так, к примеру, ретроспективный анализ позиций высших арбитражных судов в вопросе защиты прав
кредиторов демонстрирует отсутствие единообразия в толковании и применении судами норм права по одному и
тому же вопросу. Для этого достаточно сравнить выводы судов в Постановлении Президиума ВАС РФ от
31.10.2000 №796/00 и Постановлении ФАС Поволжского округа от 13.06.2013 по делу № А65-
12805/2012.Определении ВАС РФ от 06.04.2010 №ВАС-3671/10 и др., демонстрирующие победу принципа
приоритета прав реорганизуемого общества перед правами кредитора, активно лоббируемый бизнес сообществом
в последнее время. Подобная «стабильная неустойчивость» и полярность не может благоприятно влиять на
развитие корпоративных отношений.
75
5. Лица, чьи интересы нарушены самим обществом (кредиторы,
работники общества, потребители и т.п.)
105
.
П.А. Марков к числу участников корпоративных конфликтов относит и
федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти
субъектов РФ, а также органы местного самоуправления
106
, рассматривая их в
более широком смысле.
Встречаются и достаточно размытые определения. Так, А.А. Данельян
рассматривает корпоративные конфликты как часть системы корпоративных
отношений, отмечает, что корпоративные конфликты − это внутренние
конфликты, зарождающиеся внутри корпорации
107
. Между тем к участникам
корпоративных конфликтов (помимо участников непосредственно внутренних
корпоративных отношений – участников корпорации и самой корпорации –
выделено мной, З.Г.) автор относит иных лиц – членов исполнительных органов,
независимого регистратора, не давая при этом их исчерпывающего перечня
108
.
На наш взгляд, при изучении корпоративных конфликтов нельзя
ограничиваться внутрикорпоративными взаимоотношениями, поскольку во
многом отношения с иными субъектами права, возникающие в процессе
осуществления их деятельности, определяют и ситуацию внутри организации.
В процессе реорганизации корпоративный конфликт может возникнуть:
между участниками (акционерами) и обществом (утрата
корпоративного контроля; корпоративные конфликты, связанные с подготовкой и
проведением общих собраний, в том числе нарушением права на информацию о
проведении общего собрания и др.);
105
Корпоративное право. / Отв. ред. И.С. Шиткина. М.: Волтерс
Клуверс, 2012, С.268.
106
Марков П.А. Указ. Соч. // С использованием системы
«КонсультантПлюс».
107
Данельян А.А. Указ. соч.С.47.
108
Данельян А.А. Указ. соч. С.49.
76
между участниками (акционерами), обществом и кредиторами
(отсутствие сведений о правопреемстве обязательства в передаточном акте, отказ
досрочного исполнения обязательства);
между обществом и третьими лицами (кредиторы, залогодатели);
между обществом и работниками (трудовые споры);
между обществом и органами государственной власти (регистрация
реорганизации, выпуск акций и др.).
Примечательно то, что в вопросах, возникающих при реорганизации,
большее внимание отводится защите прав кредиторов (в частности в Концепции
развития гражданского законодательства РФ с этого вопроса начинается глава о
реорганизации и ликвидации юридических лиц). Из-за значительного числа
упущений и пробелов в законодательстве о реорганизации (в частности
неурегулированности вопросов судебного оспаривания реорганизации и
последствий признания реорганизации незаконной), практики проведений
незаконных реорганизаций приходится сталкиваться с конфликтом
экономических и правовых интересов участников и заинтересованных лиц и
оптимизации данных интересов, в том числе в вопросах правовых последствий
признания реорганизации недействительной (несостоявшейся).
Институт рассматриваемых нами отношений интересен тем, что процесс
реорганизации может являться как основанием возникновения конфликта, так и
способом его урегулирования. В большей степени все возможные конфликтные
ситуации, возникающие в процессе реорганизации, были нами рассмотрены в
предыдущих главах. И чаще всего ученые наравне с законодателем уделяют
основное внимание конфликтам, связанным с нарушением прав и интересов
участников и кредиторов.
Как отмечалось ранее, одним из благоприятных условий для зарождения
конфликта интересов является пробел в праве. Исследуемые правоотношения с
многочисленным составом экономически заинтересованных сторон не лишены
пробелов законодательного регулирования.
77
Часто авторы ограничивают внешние конфликты отдельными случаями:
конфликтами, связанными с поглощением и захватом контроля над корпорацией в
результате жесткой политики других организаций
109
.
Однако в широком смысле к внешним конфликтам интересов можно
отнести достаточно большое количество требующих урегулирования отношений
юридического лица с иными, сторонними субъектами права.
Так, говоря о конфликте интересов при реорганизации юридических лиц,
традиционно подразумеваются и обсуждаются интересы субъектов реорганизации
и лиц в ней участвующих. Не следует забывать о правах и интересах третьих лиц,
с которыми реорганизуемые лица могут состоять в правоотношениях, и которые
могут быть затронуты в процессе перемены лиц в обязательствах в результате
реорганизации.
На практике нередки случаи, когда реорганизуемое лицо имеет
обязательства, обеспеченные залогом третьих лиц. Гражданское законодательство
не предусматривает гарантий прав и интересов третьих лиц, не имеющих
взаимных обязательств с реорганизуемыми юридическими лицами, по
обязательствам которых ими дано обеспечение. По договору залога, лицо берет на
себя обязательства исполнить за счет залогового имущества требования перед
кредитором, в случае неисполнениях их должником. Представляется, что
личность лица, за которое залогодатель берет такое обязательство, его
характеристики, определяющие имущественное положение, деловую репутацию,
хозяйственную деятельность и др. имеют существенное значение при принятии
решения о предоставлении залога и заключении договора, поскольку указывают
на уровень его платежеспособности и степень риска потери залогового
имущества. Законодатель максимально ограждает кредитора от возможных
негативных последствий при изменении условий залогового отношения, не
109
Грабовец А.С. Корпоративные конфликты в России: понятия, виды,
основания возникновения и способы разрешения. // Труд и социальные
отношения. 2013. № 12. С.22.
78
предоставляя никаких гарантий защиты прав третьему лицу - залогодателю. Тогда
как залогодатель при передаче своего имущества в обеспечение обязательства
должника несет реальный риск его потери путем обращения на него взыскания в
случае неисполнения должником своих обязательств, обеспеченных залогом. В
случае принятия юридическим лицом - должником решения о реорганизации
имеется риск снижения его платежеспособности (в том числе как мы говорили
ранее, при злонамеренной реорганизации), увеличение численности кредиторов.
Смена должника может коренным образом изменить ситуацию с
неблагоприятными последствиями для залогодателя, который может из стороны
залогового обязательства стать лицом, несущим ответственность за наступившую
неплатежеспособность должника, и, как следствие, привести к банкротству
залогодателя. Законодатель не требует получения согласия таких лиц на
проведение реорганизации. Даже несогласие кредиторов не может повлиять на
процедуру реорганизации, что уж говорить о третьих лицах, с которыми, как в
исследуемом примере, вообще отсутствуют какие-либо взаимные обязательства.
Смена стороны в обязательстве может произойти в случае уступки прав по
договору залога (ст. 355 ГК РФ), перевода долга по обязательству, обеспеченному
залогом (ст. 365 ГК РФ), реорганизации должника. Отличие первых двух случаев
от реорганизации заключается в том, что законодатель четко прописывает
необходимость получения согласия залогодателя на уступку права и на перевод
долга. Если залогодатель не дает своего согласия, залог прекращается. Второе
отличие – уступка права и перевод долга являются сделками. Реорганизация же
сделкой не является. Судебная практика, равно как мнения по данному вопросу
практически отсутствуют. В комментарии к ст. 356 ГК РФ (перевод долга по
обязательству, обеспеченному залогом) под редакцией А.П. Сергеева мы находим
следующую мысль: «…перемена должника в результате универсального
правопреемства (например в случае реорганизации юридического лица) влечет
изменение права залога в силу его акцессорности без получения согласия
залогодателя». Современное законодательство не должно иметь пробелов в
вопросе наделения правовыми гарантиями, в том числе третьих лиц, чьи права
79
могут быть нарушены при перемене лиц в обязательстве, произошедшей в
результате реорганизации. И эти гарантии в первую очередь должны выражаться
в наделении указанных лиц правом на досрочное прекращение обязательств.
В связи с тем, что процедура оспаривания реорганизации, как указывалось
ранее, детально не была регламентирована, корпоративные конфликты
трансформируются в многолетние судебные тяжбы. Организация может вывести
активы с помощью реорганизации, взвалив обязательства, обеспеченные залогом
третьих лиц, на залогодателя. На наш взгляд, подобные ситуации не должны
выбывать из поля зрения законодателя. Необходимо установить обязанность
письменного уведомления залогодателя о реорганизации и о последующей в ее
результате перемене лица в обязательстве, которое он обеспечивает, как один из
путей к исключению установления необоснованного приоритета прав одних
равноправных субъектов над правами других при их реализации.
В зависимости от выбранных способов урегулирования корпоративных
конфликтов, их следствием может явиться нарушение прав кредиторов,
изменение состава участников (добровольный выход либо незаконное лишение
доли), реорганизация и др. Выделяют три пути урегулирования корпоративного
конфликта: внутрикорпоративный (внесудебный), административный (например
за правонарушения на РЦБ), судебный
110
.
Что касается разрешения конфликтов в судебном порядке, как отмечалось
ранее, ввиду долгого отсутствия должного законодательного регулирования этого
процесса, арбитражная практика носит противоречивый характер.
В процессе осуществления реорганизации юридического лица основная
масса конфликтов связана с нарушением прав участников либо кредиторов.
Участники в результате реорганизации лишаются права корпоративного
контроля, кредиторы – права требования исполнения обязательств. Интересна
судебная практика по разрешению подобных дел. Зачастую участники
110
Долинская В.В. Понятие корпоративных конфликтов // Законы
России: Опыт, анализ, практика. 2015. С.9.
80
(акционеры) с целью восстановления права корпоративного контроля обращаются
в суд, заявляя требования о признании реорганизации незаконной. В качестве
примера можно привести Постановление ФАС Уральского округа от 21.01.2014
по делу № Ф09-13860/13. Суды отказали в удовлетворении требований ООО
«Горизонт» к ЗАО «Свой дом» о признании реорганизации недействительной.
Являясь участником ООО «Свой дом» (правопредшественника ЗАО «Свой дом»),
ООО «Горизонт» не было извещено о проведении оспариваемого собрания,
участия в собрании не принимало и не было включено в число участников
созданного общества, что нарушило права и законные интересы истца,
лишившегося права корпоративного контроля. Судом при разрешении спора
установлено, что выбранный способ защиты (признание реорганизации
недействительной) повлечет необходимость приведения учредительных
документов юридического лица, созданного в результате преобразования, в
соответствие с действующим законодательством; восстановление юридического
лица, прекратившего деятельность в результате преобразования, не может
произойти одномоментно, а требует соблюдения определенного порядка
государственной регистрации при прекращении деятельности юридического лица;
при осуществлении данной процедуры должны приниматься меры, направленные
на защиту интересов кредиторов существующего юридического лица и иных
заинтересованных лиц.
Суд пришел к выводу о невозможности приведения сторон в
первоначальное положение в результате оспаривания реорганизации и признании
ее недействительной; в данной ситуации констатация судом факта
недействительности реорганизации фактически не приведет к немедленному
восстановлению нарушенных прав истца. Суд также указал, что избираемый
способ защиты должен быть направлен не только на защиту, но и на
восстановление нарушенных прав, учитывая установленные обстоятельства по
делу, суд апелляционной инстанции признал, что избранный истцом способ
защиты не направлен на защиту нарушенных прав, поскольку не позволит
восстановить право корпоративного контроля, и обоснованно указал на то, что
81
истец не лишен возможности заявить требование о признании за ним права на
количество акций закрытого акционерного общества «Свой дом»,
соответствующее размеру его доли в обществе с ограниченной ответственностью
«компания «Свой дом». Истец не лишен и возможности потребовать возмещения
причиненных убытков (ст. 15 ГК РФ). Установив, что признание
недействительной реорганизации юридического лица не приведет к
восстановлению корпоративного контроля, что являлось целью заявленных
истцом требований, суд апелляционной и кассационной инстанции отказал в
удовлетворении исковых требований, указав истцу на иные возможные способы
защиты нарушенных прав
111
.
По мнению А.А. Кирилловых, главным средством, способным защитить
корпорацию от внутренних корпоративных конфликтов, является необходимость
создания условий для стимулирования управленческой политики, направленной
на поддержание открытости для инвесторов. Переход российских предприятий к
цивилизованному корпоративному управлению является залогом успешности на
рынке и в то же самое время объективной тенденцией, отражающей общность
интересов всех участников корпорации. Для профилактики внешних
корпоративных конфликтов в законе должны быть прописаны обязанности всех
компаний передавать ведение реестра акционеров и исполнение функций счетной
комиссии специализированному регистратору. Этот факт, по мнению автора,
может способствовать усложнению написания протокола собрания, которое
реально не проводилось, необоснованного отказа акционеру во внесении записи о
нем в реестр, незаконного списания акций
112
.
Законодатель также не оставляет без внимания проблему корпоративных
конфликтов, проявляя попытки совершенствования корпоративных норм с целью
111
Постановление ФАС Уральского округа от 21.01.2014 по делу №
Ф09-13860/13 // Сайт Высшего Арбитражного суда РФ.
112
Кирилловых А.А. Корпоративное право: Курс лекций. М.:
Юстицинформ, 2014.