63
ГЛАВА 3. СИСТЕМА ЗАЩИТЫ АВТОРСКИХ ПРАВ В УСЛОВИЯХ
РЕФОРМИРОВАНИЯ ГРАЖДАНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
3.1 Гражданско-правовые способы защиты интеллектуальных прав
Как уже указывалось, в отличие от правовой охраны интеллектуальной
собственности, обеспечивающей осуществление интеллектуальных прав в
условиях ненарушенного гражданского оборота, правовая защита требуется в
ситуации нарушения интеллектуальных прав и осуществляется посредством
действий самого правообладателя либо деятельности уполномоченного органа.
Обозначив в предыдущем разделе настоящей работы основные
особенности групп, составляющих интеллектуальные права (личные
неимущественные, исключительные имущественные и сопутствующие права),
в рамках настоящего раздела следует отметить, что для каждой из них
характерны свои нарушения.
В то же время для каждой из разновидностей интеллектуальных прав
характерны соответствующие способы защиты.
Следует специально подчеркнуть, что поскольку гражданское право
регулирует главным образом имущественные отношения, то и гражданско-
правовая защита имеет по большей части имущественное содержание и состоит
в применении к нарушителю мер имущественного характера (гражданско-
правовые санкции). Вместе с тем для целей пресечения нарушения прав
обладателя интеллектуальных прав в определенных случаях не только
допустимо, но и эффективно применение мер защиты неимущественного
характера (например, признание субъекта автором произведения).
Немаловажно то, что «возложение гражданско-правовых санкций на
нарушителя допустимо как за причинение имущественного вреда (например,
взыскание с нарушителя убытков или выплата им компенсации за незаконное
использование товарного знака или знака обслуживания), так и за причинение
морального ущерба (например, в случае плагиата автор помимо прочего
64
испытывает нравственные страдания, которые должны получить денежную
компенсацию в соответствии со ст. 151 ГК РФ)»
1
.
В связи со сказанным нельзя обойти вниманием давно ведущийся
теоретиками спор относительно допустимости применения двух мер
ответственности за одно и то же нарушение.
Например, В.Ф. Яковлев исходит из следующей позиции: «...за одно и то
же правонарушение к одному и тому же должнику не должно применяться две
или несколько мер гражданско-правовой ответственности, гак как в противном
случае общий размер ответственности мог бы превысить размер причиненных
кредитору убытков. Две меры ответственности могут быть применены
одновременно лишь в случаях, прямо предусмотренных законом, и лишь по
тем правилам, которые законом установлены»
2
. Эта позиция получила
поддержку в судебной практике. Сегодня в судебной практике превалирует
запрет одновременного взыскания неустоечного процента и процентов за
внедоговорное пользование капиталом, что прямо закреплено в п. 6
Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего
Арбитражного Суда РФ от 8 октября 1998 г. N 13/14 "О практике применений
положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за
пользование чужими денежными средствами": "В денежных обязательствах,
возникших из договоров, в частности, предусматривающих обязанность
должника произвести оплату товаров, работ или услуг либо уплатить
полученные на условиях возврата денежные средства, на просроченную
уплатой сумму подлежат начислению проценты на основании статьи 395
Кодекса. Законом либо соглашением сторон может быть предусмотрена
обязанность должника уплачивать неустойку (пени) при просрочке исполнения
денежного обязательства. В подобных случаях суду следует исходить из того,
что кредитор вправе предъявить требование о применении одной из этих мер,
1
Новоселова Л.А., Рожкова М.А. Интеллектуальная собственность: некоторые аспекты
правового регулирования: монография. М.: Норма, ИНФРА-М, 2014. 128 с.
2
Яковлев В.Ф. Россия: экономика, гражданское право (вопросы теории и практики). М.,
2000. С. 102. В качестве исключения из общего правила ученый называет штрафную
неустойку (ст. 394 ГК РФ), которая взыскивается сверх и независимо от убытков.
65
не доказывая факта и размера убытков, понесенных им при неисполнении
денежного обязательства, если иное прямо не предусмотрено законом или
договором". Между тем двойственный характер всякого ненадлежащего
исполнения денежного обязательства
1
, требующий одновременно, во-первых,
применения мер ответственности (за нарушение условия договора) и, во-
вторых, взимания платы за внедоговорное пользование чужим капиталом, не
позволяет согласиться с изложенной позицией.
Вместе с тем другими учеными высказывается мнение о том, что в
гражданском праве не существует такого принципа, как недопустимость
применения двух мер ответственности за одно правонарушение
2
. В отличие от
уголовного права, в котором заложен принцип недопустимости двух наказаний
за одно правонарушение, основополагающей для гражданского права должна
быть нацеленность на полное восстановление нарушенных прав и интересов
пострадавшего кредитора, что иногда достигается только путем применения
одновременно нескольких мер гражданско-правовой ответственности.
В связи со сказанным бесспорный интерес представляют заключения
Д.Н. Кархалева, который придерживается позиции допустимости
одновременного применения нескольких мер защиты или мер ответственности.
На основании проведенного анализа ученым сформулированы шесть формул
(комбинаций) соотношения мер защиты и мер ответственности в гражданском
праве, наличие которых в законодательстве или судебной практике объясняется
им стремлением к наиболее полной защите нарушенных прав и
восстановлению правового положения лица, права которого нарушены. За одно
и то же нарушение, по мнению Д.Н. Кархалева, могут быть применены:
1
см. об этом подробнее: Рожкова М.А. О взыскании процентов по денежным обязательствам
// Практика применения общих положений об обязательствах: Сб. ст. / Рук. авт. кол. и отв.
ред. М.А. Рожкова. М., 2011
2
См., например: Гонгало Б.М. Учение об обеспечении обязательств. Вопросы теории и
практики. М., 2004. Той же позиции придерживается В.А. Белов (см.: Белов В.А. Практика
применения Гражданского кодекса РФ части первой / Под общ. ред. В.А. Белова. М., 2008. С.
897).
66
"1) одна мера ответственности + одна мера ответственности - простая
модель соотношения двух мер ответственности. Например, по статье 394 ГК
возможно одновременно взыскание неустойки и возмещения убытков;
2) одна мера защиты + одна мера защиты - простая модель соотношения
двух (или более) мер защиты (признание оспоримой сделки недействительной
и применение последствий ее недействительности);
3) одна мера ответственности + одна мера защиты - простая смешанная
модель соотношения меры защиты и меры ответственности. К лицу может
быть применено принуждение к исполнению обязанности и взыскание
неустойки;
4) одна мера ответственности + две (и более) меры защиты - сложная
смешанная модель с приоритетом мер защиты. Например, часть имущества,
которым лицо незаконно владеет, возвращается с помощью виндикации, а
другая часть взыскивается в качестве неосновательного обогащения, а также
возмещаются возникшие при этом убытки;
5) две (и более) меры ответственности + одна мера защиты - сложная
смешанная модель с приоритетом мер ответственности. По статье 396 ГК к
нарушителю может быть применено взыскание неустойки, возмещение
убытков и принуждение к исполнению обязанности в натуре (если не исполнил
обязательство);
6) две (и более) меры ответственности + две (и более) меры защиты -
транссложная смешанная модель соотношения нескольких мер
ответственности и мер защиты. Например, если обнародовано произведение с
изменениями, не согласованными с автором, и под чужим именем, то он может
потребовать признания авторского права, публикации сведений о допущенном
нарушении, а также взыскания возникших убытков и морального вреда"
1
.
С учетом изложенного выше следует признать, что эффективная и
полноценная защита интеллектуальной собственности не только допускает, но
1
Кархалев Д.Н. Гражданско-правовые меры защиты и меры ответственности: Учеб. пособие.
Уфа, 2004. С. 110 - 111.
67
в большинстве случаев и требует применения к нарушителю одновременно
нескольких мер защиты и (или) ответственности. Более того, например, в п. 15
Постановления N 5/29 прямо указывается на то, что применение гражданско-
правовой ответственности за нарушение исключительного права на результат
интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации не
исключает возможности применения мер административно-правовой или
уголовной ответственности за эти нарушения.
Важнейшим средством правовой защиты нарушенного или оспоренного
права признается иск
1
. Для того чтобы эффективно решать задачу защиты прав,
при подготовке искового заявления необходимо не только исходить из
особенностей спорного материально-правового отношения, но и соблюдать
предписания процессуального законодательства, определяющие правила
предъявления иска.
Иски по защите интеллектуальных прав (интеллектуальной
собственности) обладают особенностями, выделяющими их из остальных
исков: предмет требования по таким искам связан с неовеществленным
объектом - результатом интеллектуальной деятельности или средством
индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг или предприятий.
В ГК РФ заложена по сути целая система способов, применение которых
признается законодателем эффективным для целей защиты интеллектуальных
прав. В ГК РФ содержатся конкретные способы защиты личных
неимущественных прав автора, большинство из которых следуют из ст. 12 ГК
РФ: признание права, восстановление положения, существовавшего до
нарушения права, пресечение действий, нарушающих право или создающих
угрозу его нарушения, компенсация морального вреда, публикация решения
суда о допущенном нарушении
2
(п. 1 ст. 1251 ГК РФ). Защита чести,
1
Рожкова М.А. Средства и способы правовой защиты сторон коммерческого спора. М., 2006.
2
В п. 2 ст. 1251 ГК РФ содержится перечень случаев, на которые распространяются правила
п. 1 ст. 1251 ГК РФ (например, лицу, организовавшему создание сложного объекта,
предоставлена возможность защищать право на указание своего имени или наименования
при использовании этого объекта по нормам о защите личных неимущественных прав).
68
достоинства и деловой репутации автора осуществляется в соответствии с
правилами ст. 152 ГК РФ (п. 3 ст. 1251 ГК РФ).
Так, общество с ограниченной ответственностью "Маша и Медведь"
обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском к индивидуальному
предпринимателю Сусоровой Галине Владимировне о взыскании по 10 000
компенсации за каждое из нарушений исключительных имущественных прав на
средства индивидуализации: товарные знаки по свидетельствам Российской
Федерации N 505856 (словесное обозначение "Маша"), N 505857 (словесное
обозначение "Медведь") и N 505916 (словесное обозначение "Маша и
Медведь"), по 10 000 рублей компенсации за каждое из нарушений
исключительных авторских прав на произведения изобразительного искусства
(рисунки "Маша" и "Медведь" из приложения N 1 к лицензионному договору
от 08.06.2010 N ЛД-1/2010).
К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего
самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено
общество с ограниченной ответственностью Студия "Анимаккорд".
Решением Арбитражного суда Пермского края от 26.10.2015,
оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного
апелляционного суда от 26.01.2016, исковые требования удовлетворены в
полном объеме.
Не согласившись с принятыми судами первой и апелляционной
инстанций судебными актами, ответчик обратился в Суд по интеллектуальным
правам с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное
применение норм материального и процессуального права, просит указанные
судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в
удовлетворении исковых требований.
В обоснование жалобы заявитель указывает, что лицензионный договор
от 08.06.2010 N ЛД-1/2010 не является договором об отчуждении
исключительных прав, при этом, поскольку заключение лицензионного
договора не влечет за собой переход исключительного права к лицензиату по
69
смыслу абзаца 2 пункта 1 статьи 1233 Гражданского кодекса Российской
Федерации, по мнению ответчика, истец не обладает исключительными
авторскими правами на произведения изобразительного искусства - рисунки
"Маша", "Медведь".
Кроме того, по мнению предпринимателя, истцом не указано, каким
именно способом данные произведения использованы ответчиком. Полагает,
что рисунки на спорном товаре и в приложении N 1 к лицензионному договору
от 08.06.2010 N ЛД-1/2010 не идентичны, соответственно, рисунок на ранце не
является экземпляром произведений - рисунков "Маша" и "Медведь".
Вместе с тем кассационная жалоба мотивирована тем, что приобретенный
у ответчика ранец не включен в перечень товаров, для которых предоставлена
правовая охрана товарным знакам по свидетельствам Российской Федерации N
505856, 505857 и 505916.
Кроме того, ответчик указывает, что картинка на ранце должна
рассматриваться в целом и не может являться тремя товарными знаками,
отсутствует сходство между товарными знаками "Маша", "Медведь" и
рисунком на ранце. Полагает, что вывод суда об использовании ответчиком
товарных знаков истца без разрешения не соответствует обстоятельствам дела и
представленным доказательствам, основан на неправильном толковании норм
ГК РФ.
Вместе с тем предприниматель в кассационной жалобе ссылается на
абзац третий пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, который, по его мнению, подлежал
применению при рассмотрении настоящего спора, поскольку смягчает
ответственность нарушителя. В связи с этим полагает, что размер компенсации
подлежал уменьшению.
Также предприниматель указывает, что вменяемый ему факт реализации
контрафактной продукции не может быть признан подтвержденным
документально, поскольку представленные истцом в дело доказательства
получены с нарушением установленных законом норм, в том числе их
получение истцом противоречит положениям Закона Российской Федерации от
70
11.03.1992 N 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в
Российской Федерации", представленная в материалы дела видеозапись не
доказывает, что съемка проводилась именно в помещении ответчика; оригинал
товарного чека в материалах дела отсутствует; копия товарного чека не
соответствует требованиям закона; истец не ходатайствовал о приобщении к
материалам дела спорного товара. Таким образом, в материалах дела нет
доказательств, достаточных для установления нарушения прав истца.
Кроме того, в обоснование доводов кассационной жалобы
предприниматель указал, что истцом допущено злоупотребление правом,
выразившееся в регистрации товарных знаков не с целью индивидуализации
товаров, а лишь с целью запрещения третьим лицам использовать
соответствующие обозначения. При этом предприниматель указывает, что он
не был предупрежден правообладателем о возможном нарушении
исключительных прав истца и о необходимости прекращения реализации
спорного товара.
Указанное, по мнению предпринимателя, свидетельствует о
направленности действий компании на обогащение, а не на пресечение
нарушения.
Как указывает предприниматель, при реализации спорного товара он
исходил из принципов надлежащего исполнения обязательств и
добросовестности, при этом продажа спорного товара не предполагает
специальной проверки на предмет нарушения производителем, не являющимся
продавцом, интеллектуальных прав третьих лиц, а за соблюдением указанных
прав отвечают производители этого товара.
Кроме того, ответчик указывает на безусловные основания для отмены
обжалуемых судебных актов, а именно - рассмотрение судебного дела в
отсутствие авторов рисованных персонажей мультипликационного сериала
"Маша и Медведь", указанных в титрах сериала.
Истец отзыв на кассационную жалобу не представил, в связи с чем Суд
по интеллектуальным правам в соответствии с частью 1 статьи 286
71
Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный
проверяет законность обжалуемых судебных актов, исходя из доводов,
содержащихся в кассационной жалобе.
Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и
времени рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание не явились,
что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса
Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их
отсутствие.
Суд по интеллектуальным правам, изучив материалы дела, обсудив
доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 284 и 286
Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность
применения арбитражными судами первой и апелляционной инстанции норм
материального и процессуального права, а также соответствие выводов,
содержащихся в обжалуемых решении и постановлении, установленным по
делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, не
находит правовых оснований для отмены или изменения обжалуемых судебных
актов арбитражных судов первой и апелляционной инстанции в силу
следующих обстоятельств.
Как усматривается из материалов дела и установлено судами, 18.04.2014
в торговом отделе, находящемся в помещении торгово-сервисного центра
"Агат", расположенном по адресу: г. Пермь, ул. Тургенева, д. 21, истцом был
приобретен у предпринимателя товар - ранец, на котором имеются
изображения, размещенные с нарушением исключительных прав истца на
названные объекты интеллектуальной собственности.
Покупка, произведенная в целях самозащиты гражданских прав,
подтверждена товарным чеком от 18.04.2014 на сумму 700 рублей, выданным
от имени предпринимателя и содержащим его реквизиты (ИНН 590601189680,
ОГРНИП 304590636300622.).
Спорный товар и товарный чек от 18.04.2014 представлялись на
обозрение суда.
72
Вместе с тем судом первой инстанции было установлено, что общество
"Маша и Медведь" является правообладателем исключительного права на
следующие товарные знаки: изображение "Маша" по свидетельству Российской
Федерации N 505856, дата регистрации 07.02.2014, срок действия регистрации
истекает 14.09.2022; изображение "Медведь" по свидетельству Российской
Федерации N 505857, дата регистрации 07.02.2014, срок действия регистрации
истекает 14.09.2022; изображение "Маша и Медведь" по свидетельству N
505916, дата регистрации 07.02.2014, срок действия регистрации истекает
05.05.2022.
Правовая охрана указанным товарным знакам предоставлена в
отношении ряда товаров и услуг, в том числе, товаров 18-го класса
Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее
- МКТУ).
Кроме того общество обладает на основании лицензионного договора от
08.06.2010 N ЛД-1/2010 исключительными правами на произведения
изобразительного искусства - рисунки "Маша" и "Медведь".
Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования, исходил из
обоснованности заявленных требований, доказанности факта нарушения
ответчиком исключительных прав истца.
Суд апелляционной инстанции, оставляя в силе решение суда первой
инстанции, подтвердил правильность содержащихся в нем выводов.
суд первой инстанции установил, что произведения изобразительного
искусства - рисунки "Маша" и "Медведь" являются как объектами авторского
права, так и товарными знаками, и пришел к обоснованному выводу о
незаконности распространения ответчиком товаров, содержащих спорные
изображения.
В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о
правомерности использования предпринимателем спорных объектов
исключительных прав.