55
необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия
отсутствия необходимого согласия на совершение сделки,
чем ее недействительность.
Таким образом, «ГК РФ допускает высокую вариативность
квалификационных последствий совершения несанкционированной третьим
лицом (органом) сделки»
50
.
Напомним, что ранее такого рода сделки признавались ничтожными
на основании статьи 168 ГК РФ (до введения в действие статьи 173.1 ГК РФ).
Как было указано в «Концепции развития гражданского
законодательства Российской Федерации», одобренной решением Совета
при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского
законодательства от 07.10.2009г.: «...Изменение законодательства должно быть
направлено на сокращение легальных возможностей признавать сделки
недействительными во всех случаях, когда недействительность сделки как
гражданско-правовая санкция является неоправданной и явно несоразмерной
характеру и последствиям допущенных при совершении сделки нарушений»
51
.
Далее, уже в Пояснительной записке «К проекту Федерального закона
«О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую
Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные
законодательные акты Российской Федерации» (далее- Пояснительная записка)
указывалось, что для гражданского оборота являются важными нормы ГК,
посвященные вопросам согласия на совершение сделки. Последствием
отсутствия согласия на сделку (в т.ч. недействительность акта о согласии)
должна быть недействительность соответствующей сделки (статья 173.1).
Как было указано в Пояснительной записке: «Невозможно установить априори,
к какой разновидности недействительных сделок должны относиться сделки
без согласия».
50
Поваров Ю.С. Заявление участника о выходе из общества с ограниченной ответственностью: вопросы
нотариального удостоверения // Власть Закона. 2015. N 4. С. 97
51
Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации // Вестник ВАС РФ. 2009. N 11
56
Далее указывается, что разработчики исходили из того, что по общему
правилу такие сделки должны быть оспоримыми- так как согласие
устанавливается в интересах стороны сделки. Если же согласие установлено
в интересах третьего лица - данная сделка должна считаться ничтожной.
При этом указывается, что несправедливо требовать от третьего лица, чтобы
оно в каждом случае оспаривало любую сделку, нарушающую его интересы,
так как это непропорционально ограничивает интересы третьего лица
52
.
Вышеуказанные положения из Пояснительной записки дублируются
в комментариях к статье 173.1 ГК РФ, при чем указывают на то обстоятельство,
что «Причины и цели закрепления законом необходимости получения согласия
на совершение сделки различны, вторжение в интересы третьего лица подобной
сделкой также различны и его интересы могут быть лучшим образом
защищены или обеспечены не признанием подобной сделки недействительной,
а совершенно иными мерами»
53
.
Поэтому законом могут быть предусмотрены случаи, когда отсутствие
необходимого в силу закона согласия может повлечь иные последствия,
чем недействительность.
Как видим, отсутствие необходимо в силу закона согласия может
приводить к различным юридическим последствиям:
Во-первых, недействительность сделки в силу признания ее таковой
судом (оспоримая сделка). Такое последствие выступает в качестве общего
правила.
Во-вторых, недействительность независимо от признания ее таковой
судом (ничтожная сделка). Применительно к данному положению существует
несколько точек зрения, так как в норме указано: «если из закона не следует,
что она ничтожна» (п. 1 ст. 173.1 ГК РФ). В связи с этим возникает вопрос:
52
Рассказова Е.А. Категория "согласие" в гражданском законодательстве РФ//В сборнике: правовая система и
вызовы современности материалы XIV Международной научной конференции студентов, аспирантов и
молодых ученых в рамках II Международного юридического молодежного форума. 2017. С. 173
53
Соловьева Т.В. согласие на совершение сделки с супружеским имуществом//В сборнике: Актуальные вопросы
развития юридической науки и практики в современных условиях сборник статей по материалам
международной научно-практической конференции. 2017. С. 433
57
в норме должно быть прямо указано, что сделка ничтожна, или это должно
устанавливаться в каждом случае исходя из системного толкования норм
и принципов права.
Так, Ю.С. Поваров считает, что только: «В силу специального указания
закона сделка может являться ничтожной»
54
. И приводит примеры, где в норме
прямо указывается, что в случае отсутствия необходимого в силу закона
согласия, последствие- ничтожность такой сделки. Так, в качестве примера
автор указывает на сделки, влекущие установление контроля
над хозяйственным обществом, имеющим стратегическое значение,
перечисленные в ст. 7 Федерального закона от 29.04.2008 N 57-ФЗ "О порядке
осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие
стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности
государства"
55
, которые в том случае, если они совершены
без предварительного согласования с Правительственной комиссией
по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в Российской
Федерации, то ничтожны в силу указания в пункте 1 ст. 15 Закона № 57-ФЗ.
Напротив, в статье Л.А. Чеговадзе и С.Н. Касаткиной указывается:
«Вывод о форме недействительности сделки (ничтожности или оспоримости)
в каждом конкретном случае должен быть сделан посредством системного
толкования норм и принципов гражданского права, поскольку без этого
содержание ст. 173.1 ГК РФ не позволяет установить, когда подобную сделку
поражает ничтожность, а когда оспоримость»
56
.
Такого же мнения придерживается С.Ю. Чашкова. Так, автор указывает:
«В данной норме вместо более категоричных формулировок "закон
устанавливает", "закон предусматривает" использована иная формулировка:
"из закона следует". Теперь основной задачей правоприменителя при решении
54
Поваров Ю.С. Институт согласия на совершение сделки: новеллы гражданского законодательства // Право и
экономика. 2013. N 10. С. 7
55
Федеральный закон "О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества,
имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства" от 29.04.2008
N 57-ФЗ[Электронный ресурс]// СПС "КонсультантПлюс" Режим доступа: http://www.consultant.ru
56
Чеговадзе Л.А. О состоянии согласия при совершении сделок // Юрист. 2015. N 18. С. 19
58
вопроса о недействительности сделки станет выявление, поиск "духа" (смысла)
закона». При этом автор предлагает решать вопрос о том, следует ли
признавать данную сделку оспоримой либо ничтожной исходя из следующего.
Так, Ю.С. Чашкова указывает, что сделку следует признавать ничтожной если:
1. нет необходимого в силу закона согласия (соответственно это значит,
что сделка не соответствует требованиям закона);
2. сделка нарушает права третьего лица (другими словами согласие
на такую сделку установлено в интересах третьего лица).
При этом, что примечательно, автор, указывая на второе условие,
при котором сделка должна признаваться ничтожной, а не оспоримой,
ссылается соответственно на п. 2 ст. 168 ГК РФ: «Сделка, нарушающая
требования закона или иного правового акта и при этом посягающая
на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих
лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или
должны применяться другие последствия нарушения, не связанные
с недействительностью сделки» (в редакции Федерального закона от 07.05.1013
N 100-ФЗ).
По нашему мнению, сделка должна признаваться ничтожной, если:
а) такое последствие прямо указано в законе (например, ст. 391 ГК РФ);
б) согласие установлено в интересах третьего лица;
в) сделка нарушает публичные интересы.
Думается, такой «компромиссный» вариант (имеем в виду мнения
Ю.С. Поварова) является самым приемлемым. Что касается прямого указания
закона о последствии в виде ничтожности, то представляется, что здесь
комментарии излишние - такая сделка подлежит признанию ничтожной.
Что касается других случаев, считаем необходимым придерживаться
логики рассуждения Ю.С. Чашковой, так как ее вариант: во-первых,
согласуется с указанием в Пояснительной записки относительно того,
что сделки, где согласие установлено в интересах третьего лица должны
59
признаваться ничтожными, во-вторых, такой вариант соответствует
положениям п. 2 ст. 168 ГК РФ
57
.
Иной более широкий подход к п. 1 ст. 173.1 ГК РФ, по нашему мнению,
приведет к разному толкованию нормы правоприменителями. Однако,
существование разной практики на территории Российской Федерации
неприемлемо, так как Гражданский кодекс один, а значит и применяться
он должен на всей территории РФ одинаково.
В-третьих, из закона также может следовать, что сделка не влечет
правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие,
при отсутствии такого согласия.
Как мы видим из «закона может следовать» не только ничтожность
сделки, но и последствие в виде отсутствия правовых последствий для лица,
управомоченного дать согласие. При этом, законодатель расположил
последствие в виде ничтожности и рассматриваемое нами последствие через
союз «или». Таким образом, в каждом конкретном случае будет стоять выбор
того или иного последствия.
Так, Ю.С. Поваров определяет такое последствие как «нейтрализация
юридического эффекта сделки в отношении третьего лица». При этом автор
указывает, что данное последствие есть частный случай иных последствий,
не связанных с недействительностью сделки (абз. 2 п. 1 ст. 173.1 ГК РФ)
58
.
В статье Л.А. Чеговадзе и С.Н. Касаткиной говорится о том, что в таком
случае речь идет о согласии для сделки, которая может повлечь юридические
последствия для лица, дающего согласие на такую сделку. «Иными словами,
защита прав уполномоченного субъекта обеспечивается посредством
возражения об отсутствии правовых последствий сделки, совершенной
без необходимого согласия. Юридические последствия, связанные
57
Чашкова С.Ю. Некоторые вопросы, возникающие при удостоверении российскими нотариусами соглашения
о разделе общего имущества супругов // Актуальные проблемы теории и практики нотариального,
гражданского, исполнительного процесса: их соотношение и взаимодействие /Под общей ред. С.Я. Фурсы. К.,
2013. С. 232
58
Поваров Ю.С. Институт согласия на совершение сделки: новеллы гражданского законодательства // Право и
экономика. 2013. N 10. С. 4
60
с недействительностью сделки, в данном случае также не наступают, поскольку
основания признавать ее ничтожной отсутствуют и правом оспаривания также
никто не наделяется» .
Однако, из рассуждений Л.А. Чеговадзе и С.Н. Касаткиной остается
непонятным: все ли сделки, в которых согласие установлено в интересах
третьего лица, не влекут правовых последствий для последнего. Если мы будем
исходить из позиции, предложенной авторами, то мы не сможем развести
случаи, когда сделка, установленная в интересах третьего лица, должна
признаваться ничтожной, а когда она не влечет правовых последствий.
Думается, что в законе должно быть прямо закреплено такое правовое
последствие, так как критериев для определения того, в каком случае сделка
не влечет правовых последствий для третьего лица, нет. Более того, ранее
мы пришли к выводу о том, что если согласие установлено в интересах третьего
лица, то последствием выступает ничтожность такой сделки. Таким образом,
данный критерий не подходит для рассматриваемого случая, иначе будет
путаница с определением последствий отсутствия согласия.
И, наконец, в-четвертых, законом или в предусмотренных им случаях
соглашением с лицом, согласие которого необходимо, могут быть установлены
иные последствия отсутствия необходимого согласия, чем недействительность
сделки.
Ситуации, когда такие правовые последствия установлены законом,
встречаются нередко.
Для примера, согласно п. 23 Постановления Пленума ВАС РФ
от 17.02.2011 N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства
о залоге": в случае, когда для распоряжения заложенным движимым
имуществом требовалось согласие залогодержателя (пункт 2 статьи 346
ГК РФ), сделка залогодателя по распоряжению предметом залога, совершенная
без согласия залогодержателя после заключения договора о залоге, не может
быть оспорена последним, поскольку в подпункте 3 пункта 2 статьи 351
Кодекса установлено иное последствие нарушения положений закона
61
о распоряжении залогодателем предметом залога, а именно - предъявление
требования о досрочном исполнении обязательства, обеспеченного залогом,
и об обращении взыскания на предмет залога
59
.
О.В. Гутников приводит в качестве примера также правила
о преимущественном праве приобретения в отношении отчуждения доли
в праве общей долевой собственности на имущество. Автор указывает,
что положения статьи 250 ГК РФ устанавливают иные правовые последствия
нежели признание сделки недействительной, а именно, согласно п. 3 ст. 250 ГК
РФ при продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой
другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев
требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей
покупателя. Однако, в пункте 91 Постановления Пленума Верховного Суда РФ
от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I
части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано:
«В случае нарушения предусмотренного законом преимущественного права
покупки какого-либо имущества статья 173.1 ГК РФ не подлежит
применению»
60
. Необходимо обратить внимание, что автор в данном случае
ошибается, так как в статье 250 ГК РФ речь идет не о согласии сособственника,
а об его извещении о продаже доли.
Что касается случаев, когда такие последствия в силу указания закона
могут быть установлены соглашением сторон, то представляется верным
мнение С.Ю. Чашковой, которая в свою очередь отмечает: «Что же касается
случаев, когда иные правовые последствия, чем недействительность сделки,
устанавливаются соглашением с лицом, согласие которого необходимо
получить на ее совершение, то сегодня таких случаев в действующем
59
Постановление Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 N 10"О некоторых вопросах применения законодательства о
залоге"//"Вестник ВАС РФ", N 4, апрель, 2011
60
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых
положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"//"Бюллетень Верховного
Суда РФ", N 8, август, 2015
62
законодательстве пока нет»
61
. Если мы обратимся к абз. 2 п. 1 ст. 173.1 ГК РФ,
то увидим, что такая возможность должна быть прямо установлена законом.
В заключение хотелось бы обратиться к положению статьи 35
Семейного Кодекса Российской Федерации. Так, статьей 35 СК РФ
установлено, что последствием отсутствия согласия на совершение сделки
одним из супругов является ее оспоримость. Хотелось бы обратить внимание,
что в данном случае необходимость согласия установлена в интересах третьего
лица (супруга, чье согласие требуется), и в таких случаях по общему правилу
должны наступать иные последствия, а именно ничтожность такой сделки,
однако, в силу прямого указания закона последствием выступает оспоримость.
Подводя итог, можно сказать следующее. Отсутствие необходимого
в силу закона согласия может приводить к различным юридическим
последствиям:
1) общее правило- недействительность сделки в силу признания
ее таковой судом (оспоримая сделка).
2) недействительность независимо от признания ее таковой судом
(ничтожная сделка), при условии, если:
а) такое последствие прямо указано в законе (ст. 391 ГК РФ);
б) согласие установлено в интересах третьего лица;
в) сделка нарушает публичные интересы.
3) в законе может быть указано, что сделка не влечет правовых
последствий для лица, управомоченного давать согласие.
61
Чашкова С.Ю. Некоторые вопросы, возникающие при удостоверении российскими нотариусами соглашения о
разделе общего имущества супругов // Актуальные проблемы теории и практики нотариального, гражданского,
исполнительного процесса: их соотношение и взаимодействие /Под общей ред. С.Я. Фурсы. К., 2013. С. 233
63
Вывод по главе 2
Форма согласия на совершение сделки может быть, как устная, так
и письменная (простая или нотариальная). В законе может быть установлены
требования к форме согласия для определенных сделок. Молчание не является
согласием (кроме случаев, предусмотренных в законе), если согласие не выдано
в разумный срок, то считается, что в выдаче согласия отказано. Однако,
последнее не мешает в последующем одобрить такую сделку. Что касается
публичного органа, то согласно разъяснению Верховного суда РФ, его согласие
должно быть выражено в письменной форме (в виде ненормативного правового
акта, письма и т.д.).
Значимым компонентом института согласия на совершение сделки
выступает срок выдачи согласия, при этом временной аспект дачи согласия
весьма многогранен. В поле зрения законодателя в том числе попадают
моменты времени, необходимого в силу закона согласования до или после
совершения сделки (так, п. п. 1 и 2 ст. 37 ГК РФ, п. 1 ст. 83 ФЗ от 26 декабря
1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" устанавливают необходимость
предварительного "санкционирования") сроков рассмотрения запроса о даче
согласия.
Отсутствие необходимого в силу закона согласия может приводить к
различным юридическим последствиям:
1) общее правило - недействительность сделки в силу признания ее
таковой судом (оспоримая сделка).
2) недействительность независимо от признания ее таковой судом
(ничтожная сделка), при условии, если:
а) такое последствие прямо указано в законе (ст. 391 ГК РФ);
б) согласие установлено в интересах третьего лица;
в) сделка нарушает публичные интересы.
3) в законе может быть указано, что сделка не влечет правовых
последствий для лица, управомоченного давать согласие.
64
Глава 3. Актуальные вопросы правового регулирования
согласия в гражданском праве Российской Федерации
3.1 Анализ судебной практики в сфере получения согласия на совершение
сделок
Проанализируем судебную практику по рассматриваемым вопросам.
Рассмотрим на конкретных примерах судебных решений, как суды
обосновывают вывод, согласно которому другая сторона сделки была
осведомлена или должна была знать об отсутствии необходимого в силу закона
согласия.
В Постановлении Пятого арбитражного апелляционного суда
от 20.10.2015 по делу № 05АП-8237/2015 было указано следующее:
«Из материалов дела следует, что Договор N 1 субаренды земельного участка
от 17.02.2014 подписан от имени ФГУП "Национальные рыбные ресурсы"
директором Сахалинского филиала ФГУП "Национальные рыбные ресурсы"
Морозова Константина Николаевича, действовавшего на основании
доверенности N 408/13 от 04.12.2013. При этом из представленной
доверенности от 04.12.2013 N 408/13, выданной истцом на имя управляющего
директора Предприятия по Сахалинской области Морозова К.Н., следует,
что последний вправе осуществлять передачу имущества только после
согласования с руководителем истца. Вместе с тем из материалов дела
не следует, что такое согласование было осуществлено. Поскольку в преамбуле
договора субаренды от 17.02.2014 указано, что Морозов К.Н. от имени истца
действует на основании доверенности N 408/13 от 04.12.2013, презюмируется,
что ответчик, заключая договор, был ознакомлен с текстом данной
доверенности. Ответчик, действуя добросовестно и разумно, должен был
проверить полномочия лица, заключающего от имени истца сделку. Таким
образом, данное обстоятельство свидетельствует о том, что ответчик знал
и должен был знать об ограничениях полномочий Морозова К.Н.»
.