Хлебушкин А.Г. Уголовная ответственность за финансирование экстремистской
36
деятельности (ст. 282.3 УК РФ) // Уголовное право. - 2015. №3. С. 80-85.
23
конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом,
подписанная 15 июня 2001 г. Данный документ (при всех его недостатках)
выгодно отличается от всех рассмотренных выше относительной ясностью
терминологического аппарата.
Сепаратизм означает какое - либо деяние, направленное на
нарушение территориальной целостности государства, в том числе на
отделение от него части его территории, или дезинтеграцию государства,
совершаемое насильственным путем, а равно планирование и подготовка
такого деяния, пособничество его совершению, подстрекательство к нему,
и преследуемые в уголовном порядке в соответствии с национальным
законодательством Сторон.
Наконец, экстремизм это какое - либо деяние, направленное на
насильственный захват власти или насильственное удержание власти, а
также на насильственное изменение конституционного строя государства, а
равно насильственное посягательство на общественную безопасность, в том
числе организация в вышеуказанных целях незаконных вооруженных
формирований или участие в них, и преследуемые в уголовном порядке в
соответствии с национальным законодательством.
Разумеется, нельзя признать удачным попытку разработчиков
Шанхайской конвенции определить явления (терроризм, сепаратизм и
экстремизм) через единичное деяние.
В то же время, им, в отличие от авторов вышеприведённых
федеральных законов, удалось чётко разграничить понятия терроризма и
экстремизма по целям, преследуемым субъектами этой деятельности: если
террористы стремятся к запугиванию населения и воздействию таким
образом на принятие государственных решений, то экстремисты — к тому,
чтобы насильственным путём самим занять место действующих органов
государственной власти.
36
Хлебушкин А.Г. Уголовная ответственность за финансирование экстремистской
38
деятельности (ст. 282.3 УК РФ) // Уголовное право. - 2015. №3. С. 80-85.
24
К экстремизму, по смыслу данной конвенции, не относится
совершение т.н. «преступлений ненависти» (hate crimes), тогда как в
российском уголовном законодательстве понятие преступлений
экстремистской направленности конструируется на основе мотива
групповой (неперсонифицированной) ненависти и вражды (см. примечание
2 к ст. 282.1 УК РФ).
37
9 июня 2017 г. в Астане была подписана Конвенция ШОС по
противодействию экстремизму, в ст. 2 которой пересмотрено
вышеприведённое определение экстремизма в сторону его существенного
расширения: согласно вновь принятому документу, экстремизм — это
идеология и практика, направленные на разрешение политических,
социальных, расовых, национальных и религиозных конфликтов путем
насильственных и иных антиконституционных действий, а экстремистский
акт — это не только деяния, предусмотренные п / п. 3 п. 1 ст. 1
Шанхайской конвенции о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и
экстремизмом от 15 июня 2001 года, но и организация вооруженного мятежа
и участие в нем в экстремистских целях; создание, руководство и участие в
экстремистской организации; разжигание политической, социальной,
расовой, национальной и религиозной вражды или розни; пропаганда
исключительности, превосходства либо неполноценности человека по
признаку его политической, социальной, расовой, национальной и
религиозной принадлежности; публичные призывы к осуществлению
указанных деяний; массовое изготовление, хранение и распространение
экстремистских материалов в целях пропаганды экстремизма.
38
9 июня 2017
г. в Астане была подписана Конвенция ШОС по противодействию
экстремизму, в ст. 2 которой пересмотрено вышеприведённое определение
экстремизма в сторону его существенного расширения: согласно вновь
37
Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996г. № 63-ФЗ // Собрание
законодательства РФ. – 1996. – №25. – Ст. 2954.
25
принятому документу, экстремизм — это идеология и практика,
направленные на разрешение политических, социальных, расовых,
национальных и религиозных конфликтов путем насильственных и иных
антиконституционных действий, а экстремистский акт — это не только
деяния, предусмотренные п / п. 3 п. 1 ст. 1 Шанхайской конвенции о борьбе
с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом от 15 июня 2001 года, но и
организация вооруженного мятежа и участие в нем в экстремистских целях;
создание, руководство и участие в экстремистской организации; разжигание
политической, социальной, расовой, национальной и религиозной вражды
или розни; пропаганда исключительности, превосходства либо
неполноценности человека по признаку его политической, социальной,
расовой, национальной и религиозной принадлежности; публичные
призывы к осуществлению указанных деяний; массовое изготовление,
хранение и распространение экстремистских материалов в целях
пропаганды экстремизма.
С одной стороны, широко распространена позиция, базирующаяся на
буквальном толковании ст. 1 Федерального закона «О противодействии
экстремистской деятельности» и предполагающая включение терроризма в
понятие экстремизма.
Так, С.Н. Фридинский (и не только он) характеризует
террористическую деятельность как «крайнюю форму проявления
экстремизма».
39
Такое определение решительно не может быть признано
удовлетворительным хотя бы по причине его тавтологичности: ведь сам
термин «экстремизм» происходит от латинского прилагательного extremus
— крайний; стало быть, деление экстремистских проявлений на «крайние» и
«умеренные» абсурдно.
40
Так, А. Маршавелски полагает: «Терроризм является формой
39
Фридинский С.Н. Некоторые проблемы противодействия экстремизму в РФ //
Прокурорская и следственная практика. 2006. № 1-2. С. 48-52.
40
Хлебушкин А.Г. Уголовная ответственность за финансирование экстремистской
деятельности (ст. 282.3 УК РФ) // Уголовное право. - 2015. №3. С. 80-85.
26
экстремизма как с точки зрения идеологии, которая обычно противостоит
господствующей идеологии (в случае негосударственного терроризма) или
идеологии оппозиции (в случае государственного терроризма), так и с точки
зрения методов, несущих исключительную опасность для широкого круга
лиц. В то же время, терроризм всегда является разновидностью
насильственного преступления, даже если насилие непосредственно не
было применено (например, заложенная бомба не взорвалась)».
41
По мнению А.А. Можеговой, «несмотря на то, что политический
мотив может быть свойствен преступлениям как экстремистской, так и
террористической направленности, объединять эти преступления как часть
и целое неправомерно.
Специальная цель (дестабилизация деятельности органов власти или
международных организаций либо воздействие на принятие ими решения),
свойственная террористическому акту, становится главным критерием
разграничения преступлений террористической направленности и
преступлений экстремистской направленности, совершённых по мотиву
политической ненависти и вражды.
Политический мотив при экстремизме не формируется в конкретную,
как при терроризме цель». Кроме того, полагает данный автор,
«преступления, относящиеся к терроризму, и преступления, образующие
экстремизм, различаются по характеру общественной опасности, поскольку
посягают на различные объекты.
Родовым объектом террористического акта и преступлений
террористической направленности являются общественная безопасность и
общественный порядок (раздел IX УК РФ), в то время как аналогичный
объект экстремистских преступлений и преступлений экстремистской
направленности может быть различным (личность, общественная
безопасность и общественный порядок, государственная власть), поскольку
41
Михайлов К.В. Понятие и признаки преступлений экстремистской направленности //
Юридическая теория и практика. 2006. №1. С. 47-50.
27
названные преступления помещены законодателем в различные главы
Уголовного кодекса РФ».
Если с первым разграничительным признаком (целью) отчасти можно
согласиться, то различие объектов — критерий крайне ненадёжный,
особенно если учесть нестабильность уголовной политики. Кроме того, и
сама А.А. Можегова признаёт, что общественная безопасность и
общественный порядок могут быть объектом не только террористических,
но и экстремистских преступлений.
Таким образом, имеется необходимость конкретизации и разведения
исследуемых понятий, что должно быть отражено в действующей
нормативно – правовой базе Российской Федерации, а также в нормах
международного права.
1.2. Современное состояние и вопросы правового регулирования
деятельности по противодействию экстремизму в Российской
Федерации на современном этапе
В настоящее время проблема терроризма и экстремизма остается одной
из самых серьезных для международного сообщества, а борьба с
экстремистскими и террористическими группировками входит в число самых
актуальных задач современного общества.
Масштабность проблемы распространения экстремизма в условиях
глобализации требует от законодателей цивилизованного мирового
сообщества предпринимать необходимые меры, направленные на
противодействие данному негативному социально-политическому явлению.
Для начала хотелось бы уделить внимание международному
законодательству в области противодействия экстремизму. Как отмечает
А.А. Каширкина: «Активизация усилий государств в борьбе с
международным экстремизмом в последние годы выразилась в принятии
ряда международно-правовых актов, направленных на противодействие
28
экстремизму, сепаратизму, международному терроризму в аспекте
совместного сотрудничества государств»
42
.
В Шанхайской конвенции о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и
экстремизмом
43
указано, что данные деяния, независимо от мотивов, не
могут быть оправданы, а личности, совершившие данные преступления,
должны привлекаться к уголовной ответственности.
С.В. Борисов в своей работе отмечает: «Страны-участницы
Шанхайской Конвенции от 15 июня 2001 года, в том числе Россия, признали
экстремизм одной из угроз международной безопасности и миру, развитию
дружественных отношений между государствами, а также осуществлению
основных прав и свобод человека»
24
.
А.Г. Никитин отмечает, что принцип сотрудничества государств-
участников СНГ в борьбе с насильственными проявлениями экстремизма
является свидетельством развития сотрудничества по вопросам
противодействия деятельности экстремистов.
44
Концепция представляет собой систему взглядов на основные формы
и направления сотрудничества в области борьбы с терроризмом и
экстремизмом в рамках СНГ и определяет цели, задачи и принципы
подобного сотрудничества. Автор пишет: «государства-участники СНГ
принимают Концепцию сотрудничества в борьбе с терроризмом и иными
насильственными проявлениями экстремизма в соответствии с принятыми
на себя международными обязательствами и национальным
законодательством в данной области»
45
Мы полагаем, что любые действия государств, направленные в
сторону противодействия преступлениям экстремисткой направленности
42
Каширкина А.А. Международно-правовое сотрудничество государств в борьбе с
экстремизмом // Журнал российского права. 2007. №12 (132). С. 75-76.
43
Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом
(Заключена в г. Шанхае 15.06.2001 г.) // СЗ РФ. 2003. №41. Ст. 3947.
44
Никитин А.Г. Вопросы противодействия экстремизму в законодательстве стран СНГ //
Журнал российского права. 2013. №12. С. 93- 115.
45
Борисов С.В. Преступления экстремистской направленности: проблемы
законодательства, теории и практики: Монография. М.,. 2010. С. 24.
29
должны подчиняться международному праву. Также существует
необходимость разработки международными организациями единой
дефиниции «экстремизм». Далее хотелось бы отметить зарубежное
законодательство в борьбе с экстремисткой деятельностью. А.В. Андреев в
своей статье отмечает, что преступления, содержащие в себе признаки
экстремизма, довольно популярны не только в России, но и в других
странах
46
Этот факт делает актуальным проведение сравнительно-правового
анализа зарубежного законодательства в области противодействия
экстремизму. Автор приводит в пример Великобританию, США, Украину и
Беларусь. Что касается, Великобритании, то автор пишет: «Первой
особенностью английского законодательства является отсутствие
специализированного законодательства в области противодействия
экстремизму»
47
. В Великобритании преступлениями экстремистского
характера считаются следующие: измена, разжигание расовой или
религиозной ненависти, поддержка запрещенных организаций,
финансирование террористической деятельности, а также все
вышеперечисленные деяния, совершенные в сети «Интернет»
48
. Что касается
законодательства по борьбе с экстремизмом в США, то в некоторых
публикациях Е.А. Терешина пишет: «Руководство Соединенных Штатов
Америки (США) рассматривает противодействие экстремизму и терроризму
как одну из приоритетных общегосударственных задач»
49
.
Также автор отмечает, что в США в качестве главных направлений в
сфере борьбы с экстремизмом выступают создание и принятие новых
нормативно-правовых документов, установление контакта между
46
Андреев А.В., Епифанов Б.В. Законодательство зарубежных государств об
ответственности за финансирование экстремизма // Вестник Санкт-Петербургского
университета МВД России. 2015. №4 (68). С. 100.
47
Андреев А.В., Епифанов Б.В. Указ. соч. С. 100-101.
48
Голованова Н.А. Экстремизм в Великобритании: способы противодействия // Журнал
российского права. 2014. №4 (208). С. 36.
49
Терешина Е.А. Опыт зарубежных государств в области противодействия молодежному
экстремизму // PolitBook. 2014. №3. С. 24.
30
федеральными органами, набор высококвалифицированного штата
сотрудников, специализирующихся в отрасли борьбы с экстремизмом. На
это обращается внимание зарубежными авторами. Фактом остается то, что
понятие «экстремизм» в Соединенных штатах Америки не употребляется.
Таким образом, «причастными к экстремизму могут считаться как
террористы, так и лица, пропагандирующие расовое, политическое,
национальное или религиозное насилие на почве ненависти. В США в
борьбе с исследуемой нами деятельностью, участвует весь государственный
аппарат. Министерство внутренней безопасности несет главную
ответственность в этой области».
А.В. Андреев в своей работе обращает внимание на законодательство
в борьбе с экстремизмом государств, которые расположены на территории
постсоветского пространства. Так, он, рассматривая законодательство
Украины в области исследуемой нами темы, отметил только статьи,
посвященные финансированию экстремисткой деятельности (ст. 110.2 УК
Украины)
50
. Статья 110.1 УК Украины «Экстремистская деятельность», в
которой говорилось о распространении экстремистских материалов, в том
числе также с использованием глобальной сети была исключена на
основании Закона №767-VII в 2014 году.
Белорусская концепция, касающаяся противодействия экстремизму,
также имеет определённое сходство с российской концепцией. В частности,
ст. 130 УК Республики Беларусь
51
и 282 УК РФ имеет значительное
сходство. В ст. 361.1 УК РБ предусматривается уголовная ответственность
за создание экстремистского формирования.
В соответствии со ст. 361.2 УК РБ преследуется финансирование
деятельности экстремистского формирования. Ст. 361.3 УК РБ установила
уголовное наказание до десяти лет лишения свободы за вербовку и обучение
50
Андреев А.В., Епифанов Б.В. Законодательство зарубежных государств об
ответственности за финансирование экстремизма // Вестник Санкт-Петербургского
университета МВД России. 2015. №4 (68). С. 105.
51
Уголовный кодекс Республики Беларусь от 09.07.1999 г. № 275-З // Национальный
реестр правовых актов Республики Беларусь. 1999. №76.
31
лиц для в вооруженных конфликтах и военных действиях. Как справедливо
отмечает А.Г. Никитин
52
, понятие экстремизма по белорусскому,
молдавскому, казахстанскому, киргизскому и таджикскому
законодательству является практически полным текстуальным
воспроизведением понятия экстремистской деятельности, которое
содержится в изначальной редакции уже упомянутого ранее Федерального
закона «О противодействии экстремистской деятельности».
В уголовном законодательстве Германии также присутствуют
несколько составов преступлений экстремистской направленности.
Н.И. Болычев в своей статье пишет: «К числу преступлений экстремистской
направленности относят распространение пропагандистских материалов
запрещенных организаций; использование символов запрещенных властями
партий, объединений иных антиконституционных организаций; нарушение
запрета на деятельность антиконституционных объединений»
53
.
Стоит отметить, что в Германии используется довольно интересный
способ борьбы с экстремизмом путем получения личной информации
неопределенного круга лиц из всевозможных баз данных для последующей
обработки. Однако, данный метод пока не очень эффективен в связи с
недостаточной разработкой компьютерной программы, разработанной
специально в этих целях. Таким образом, власти Германии пока
несвоевременно выявляют случаи проявления экстремизма в целом, в том
числе в сети «Интернет», несмотря на то, что диспозиции статей УК
Германии в сфере борьбы с экстремизмом выглядят довольно полными и
достаточными для противостояния этому явлению.
Следующая страна, в которой уделяется должное внимание борьбе с
экстремизмом – Франция. Н.И. Болычев пишет: «Действия экстремистского
характера выделены в ряд составов: пропаганда и возбуждение вражды,
52
Никитин А.Г. Вопросы противодействия экстремизму в законодательстве стран СНГ //
Журнал российского права. 2013. №12. С. 94.
53
Болычев Н.И. О зарубежном опыте правового регулирования противодействия
экстремизму в сети Интернет // Вестник ВИ МВД России. 2015. №3. С. 17.
32
создание экстремистских организаций; руководство экстремистскими
организациями, подготовка и подстрекательство к актам терроризма;
активная и пассивная причастность к финансированию экстремистской
деятельности; заключение сделки, направленной на привлечение ресурсов
для целей экстремизма»
54
В современном мире преступления экстремистского характера
совершаются также с помощью сети «Интернет». Соответственно, данный
факт является свидетельством того, что необходимо разрабатывать
законодательство в этой области.
55
Франция не является исключением. Так,
власти Франции в ноябре 2015 года приняли закон, разрешающий
блокировать экстремистские сайты во время досудебного производства.
Если по просьбе интернет-провайдеров в течение суток с сайта не была
удалена запрещенная информация, у них имеется право заблокировать
данный ресурс.
Проанализировав зарубежное законодательство, касающегося борьбы
с экстремизмом, можно сделать вывод, о том, что в последнее время все
государства уделяют должное внимание развитию, улучшению и
расширению законодательства по борьбе с экстремистской деятельностью.
Это обстоятельство связано с тем, что такое явление как экстремизм
стало активно распространяться по всему миру и соответственно,
становится проблемой мирового масштаба. На фоне развития данной
проблемы, многие государства разрабатывают новые законы и принимают
различного рода нормативно- правовые акты для противодействия
экстремистской деятельности. Однако, нормативно-правовые акты разных
государств отличаются друг от друга. Подобная ситуация создает некоторые
проблемы и вызывает трудности в борьбе с экстремизмом на мировой арене.
54
Болычев Н.И. О зарубежном опыте правовогорегулирования противодействия
экстремизму в сети Интернет // Вестник ВИ МВД России. 2015. №3. С. 17.
55
Майдыков А.А., Исаров О.Б. Национальные интересы – актуальные проблемы
противодействия использованию Интернета террористическими и экстремистскими
организациями // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2015. № 38. С.
44-51.