при этом виде неосторожности лицо не осознаёт опасности деяния,
поскольку полагает, что последствия не наступят в силу определенных
обстоятельств, способных предотвратить такие последствия.
Так как нормы ответственности за неосторожные преступления
сконструированы по типу материальных составов, а также определяя
легкомыслие, законодатель не включил в интеллектуальный элемент
отношение субъекта к деянию, то вопрос не имеет значительного уголовно-
правового значения. Если последствия деяния отсутствовали, то такое деяние
является административным правонарушением, следовательно, оно находится
вне области уголовно-правового воздействия и не имеет значение, как лицо
оценивало своё поведение. При индивидуализации наказания будет иметь
значение только факт осознанности или неосознанности нарушения правил
предосторожности.
Так как лицо, действующее легкомысленно, как правило, осознаёт
нарушение правил, установленных для предотвращения вреда, и понимает
отрицательное значение последствий и надеется их предотвращение, то его
поведение принято считать более опасным в сравнении с небрежностью.
Легкомыслие сходно с умыслом по возможности виновным предвидеть
наступление общественно опасных последствий, но и отлично этим от
небрежности, данный признак является интеллектуальным элементом
легкомыслия. То есть виновный предвидит, конкретную, менее ясную,
возможность наступления последствий - это означает, что предвидение при
косвенном умысле (реальная возможность наступления последствий)
отличается от предвидения при легкомыслии (абстрактная возможность
наступления последствий).
Предвидение является абстрактным, если виновный, при ненадлежащем
напряжении психологических сил, не осознаёт действительного развития
причинной связи, то есть отвлечённо, несерьёзно подходит к оценке
конкретной обстановки и самонадеянно рассчитывает на обстоятельства,
неспособные предотвратить наступление вредных последствий.