38
ГЛАВА 2. КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОТМЫВАНИЯ
ПРЕСТУПНЫХ ДОХОДОВ
2.1 Состояние, структура и динамика отмывания преступных доходов
Для криминологического анализа наиболее распространенным источником
информации, с помощью которого можно судить об объеме преступности, являются
данные статистических отчетов.
Представляется, что более репрезентивным криминологическим исследо-
ванием будет то, которое основывается на результатах анализа статистической
выборки, охватывающей наибольший промежуток времени. Однако, несмотря на то,
что ст. 174 УК РФ действует с 1997 г., целесообразно рассматривать показатели
исследуемого нами феномена с момента вступления в силу Федерального закона от
7 августа 2001 г. № 121-ФЗ. Принятие его связано с существенными изменениями в
части криминализации отмывания доходов, ст. 174 УК РФ изложена в новой
редакции, УК РФ дополнен ст. 174.1, заменено общее требование о незаконности
предикатного деяния на указание о преступном происхождении доходов. В этой
связи нами взят шестилетний промежуток времени, с 2012 по 2017 г., отвечающий с
точки зрения криминологии требованию репрезентативности .
По отношению к общему количеству зарегистрированных за рассматриваемый
период преступлений в сфере экономической деятельности доля фактов отмывания
преступных доходов (квалифицируемого по ст. 174, 174.1 УК РФ) составляет: в 2012 г.
от 142947 - 0,8%; в 2013 г. от 120369 - 0,5%, в 2014 г. от 58759 - 3,4%, в 2015 г. от
86322 - 8,6%, в 2016 г. от 107089 - 7%, в 2017 г. от 97793-9,2%
320
.
Несмотря на незначительный удельный вес, в настоящее время отмывание
преступных доходов является одним из опасных и вместе с тем распространенных
видов преступлений в сфере экономической деятельности, а статьи об ответственности
за его совершение стали наиболее часто применяться из всего блока новых норм
главы 22 УК РФ.
Для отражения динамики исследуемого нами общественно опасного явления все
39
же требуется привести более детализированные статистические сведения.
Из приведенной таблицы 1 видно, что показатели динамики отмывания
преступных доходов выглядят следующим образом.
В 2012 г. снижение преступлений, предусмотренных ст. 174 УК РФ, к
предыдущему году составило -21,5%, в 2013 г. - -56,8%, в 2014 г. - -44,5%, в 2015 г.
произошел прирост до 93,4%, в 2016 г. прирост - 20,4%, в 2017 г. снижение - -42,2%.
В 2013 г. прирост преступлений, предусмотренных ст. 174.1 УК РФ, к
предыдущему году составил 65,0%, в 2014 г. - 1192,4%, в 2015 г. - 306,6%, в 2016 г. -
5,6%, в 2017 г. - 18,3%.
Так, например, в 2015 г. из общего количества выявленных преступлений
органами внутренних дел выявлено - 76,3%, органами госнаркоконтроля — 16,9%,
другими — около 7%. Из числа выявленных в крупном размере на долю МВД
России приходится более 90%, ФСКН России — около 5%, других
правоохранительных органов — более 2% (см.: Обзор результатов работы МВД,
ГУВД, УВД субъектов Российской Федерации по противодействию легализации
(отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финасированию
терроризма в 2015 г., подготовленный ДЭБ МВД России).
Объем показателей также связан с тем, что уголовные дела возбуждаются по
ст. 174.1 УК РФ в отношении лиц, фактически не преследующих цели отмывания
преступных доходов (согласно проведенному автором исследованию, к данной
категории относится 1/3 дел, судопроизводство по которым окончено
обвинительным приговором). Причем, такая ситуация складывается даже в г.
Москве, следственная и судебная практика которой берется за образец во всех
регионах страны.
При сравнении объема преступлений, квалифицируемых по ст. 174 УК РФ, на
начало и конец отчетного периода наблюдается значительное его снижение. Это
связано в первую очередь с тем, что данный вид отмывания совершается в
обстоятельствах меньшей очевидности, поэтому преимущественно выявляются
преступления, предусмотренные ст. 174.1 УК РФ.
Анализ следственной практики показывает, что порядок выявления эко-
40
номических преступлений существенно отличается от алгоритма установления
фактов общеуголовных преступлений. Почти аналогичная ситуация складывается
между выявлением преступлений, предусмотренных ст. 174 и 174.1 УК РФ.
Следует учитывать что, как отмечает СВ. Зуев, выявление любых фактов отмывания
представляется достаточно сложным и трудоемким процессом. Однако для второго
характерно то, что оно может быть выявлено в результате обращений граждан в
правоохранительные органы с заявлением о совершенном в отношении них
преступлении, являющимся основным по отношению к отмыванию
47
.
Поскольку отмывание имущества, приобретенного другими лицами пре-
ступным путем, совершается, как правило, в условиях неочевидности, его вы-
явление происходит в процессе раскрытия и расследования основного преступления,
т.е. ст. 174 УК РФ вменяется дополнительно. В некоторых случаях источником является
информация контрольных, надзорных, фискальных и иных органов. Также уголовные
дела возбуждаются по первичным материалам различных проверок, в результате
анализа смежных преступлений, связанных с отмыванием. И, наконец, выявление
отмывания происходит в процессе проведения оперативно-розыскных мероприятий
подразделениями БЭП и БОП органов внутренних дел. Отчасти это связано со
спецификой отмывания, завершающего цикл теневого оборота имущества.
Таким образом, показатели отмывания доходов, приобретенных другими лицами
преступным путем, напрямую связаны с уровнем активности правоохранительных
органов.
Так, в 2012 г. количество преступлений, предусмотренных ст. 174 УК РФ,
уголовные дела о которых прекращены по реабилитирующим основаниям, за
отсутствием события или состава, составило 162; в 2013 г. - 139; в 2014 г. - 44; в 2015
г. - 75; в 2016 г. - 82; в 2017 г. - 42.
48
.
Сравнивая распределение статистических показателей преступлений,
предусмотренных ст. 174, 174.1 УК РФ, можно сделать вывод об их противоре-
47
См.: Зуев СВ. Осуществление оперативно-розыскной деятельности при выявлении фактов
легализации доходов, полученных преступным путем // Российский следователь. 2006. № 5. С. 32.
48
См.: Форма статистической отчетности «О зарегистрированных, раскрытых и нераскрытых
преступлениях» - Форма «1 (450)» / Экспресс-информация за 2012-2017 гг. М.: ГИ-АЦ МВД
России.
41
чивости.
Несмотря на то, что до недавнего времени у преступников не было особой
«нужды» в отмывании доходов, сейчас в силу усиления борьбы с этим явлением
ситуация меняется. Спрос на данные криминальные услуги растет, соответственно
должно расти и количество преступлений, предусмотренных ст. 174 УК РФ.
Оценивая изложенное, представляется, что более точно тенденции борьбы с
отмыванием отражают показатели преступлений, предусмотренных ст. 174 УК РФ.
Поэтому считаем возможным утверждать, что в настоящее время фактически
наблюдается ослабление борьбы с отмыванием.
Представляя детальный разбор статистических данных, нельзя не привести
весьма оптимистические с виду показатели раскрываемости. Так, в 2012 г.
раскрываемость преступлений, ответственность за которые предусмотрена ст. 174
УК РФ, составила 94,5%, ст. 174.1 УК РФ - 94,6%; в 2013 г. - 93,3 %, 96,5 %; в 2014
г. - 85,4 %, 98,3%; в 2015 г. - 91,5%, 98,6%; в 2016 г. - 94,9%, 97,6%; в 2017 г. -
87,0%, 98,3% соответственно
49
.
Несмотря на все предложения отказаться от данного показателя оценки
деятельности правоохранительных органов, он сохраняется и является, по сути,
основным или главным критерием. Справедливость этого подтверждается тем, что
«...такое понятие, как раскрываемость преступлений, присутствует и в работе
полиции всех стран с устоявшейся системой правосудия».
Высокая раскрываемость отмывания, а также продолжающаяся ее ста-
бильность должна являться одним из основных превентивных юридических
факторов. В данном случае формально можно отметить положительные результаты
деятельности правоохранительных органов, так как на фоне иных составов
преступлений в сфере экономической деятельности, показатели раскрываемости
отмывания достаточно высоки.
Несмотря на высокую раскрываемость, есть и некоторое неблагополучие в
работе правоохранительных органов. Их сотрудники, преследуя цели исполнения
49
См.: Форма статистической отчетности «Единый отчет о преступности» — Форма «1-Г» / Сведения
за 2002-2007 гг. М.: ГИАЦ МВД России.
42
требований своих руководителей о поддержании рассматриваемого показателя на
высоком уровне и будучи весьма ограниченными в силах, средствах и
возможностях, зачастую не могут раскрыть преступления полностью, установив
всех фигурантов. В результате чего нередко проявляется уже ставшая классической
в современных условиях избирательность в части применения уголовного закона,
следовательно неблагоприятная криминогенная обстановка усугубляется. В связи с
этим высокая раскрываемость, неотвратимость ответственности вопреки правилам
не влияют на динамику исследуемого социально-правового явления.
Процесс отмывания преступных доходов представляет собой довольно
сложную схему последовательных действий, затрагивающих многие сферы. В этой
связи, говоря о качественных характеристиках исследуемого феномена, следует
обратить внимание на то, что по официальной статистике в основном отмывание
совершается в кредитно-финансовой системе, на потребительском рынке и во
внешнеэкономической деятельности.
Так, в период с 2012 по 2017 г. в указанных сферах выявлено и зарегист-
рировано следующее количество фактов отмывания доходов, ответственность за
совершение которого установлена ст. 174 УК РФ
50
.
Анализируя представленные на диаграмме 1 данные, можно сделать вывод о
том, что на протяжении рассматриваемого периода наименее защищенной остается
кредитно-финансовая система. Криминализация финансово-кредитной сферы является
наиболее опасной для общества, поскольку порождает криминализацию всех
остальных звеньев экономики.
Судя по данным этой диаграммы, отмывание на потребительском рынке занимает
второе место, во внешнеэкономической деятельности - третье. Это можно объяснить
тем, что сфера потребительского рынка традиционно является криминогенной, строго
контролируемой криминальными структурами, жестко квотирующими долю продаж,
устанавливающими монопольные цены и взимающими «дань» как в виде доли от
участия в капитале, так и в виде прямых платежей за право осуществлять торговую
деятельность. Кроме того, в отличие от внешнеторговой, инвестиционной и иной
50
Форма «5» / Сведения за 2012-2017 гг. М.: ГИАЦ МВД России).
43
деятельности, включая производственную кооперацию, в области международного
обмена товарами, информацией, работами, услугами, результатами интеллектуальной
деятельности, в том числе исключительными правами на них, совершение отмывания
преступных доходов на потребительском рынке представляется менее сложным
процессом.
Появление новых мировых тенденций, таких, как глобализация, увеличение
количества трансграничных операций, возникновение новых финансовых
инструментов, развитие высоких технологий повлияло на снижение возможности
контролирующих и правоохранительных органов эффективно противодействовать
отмыванию преступных доходов. Данные обстоятельства немедленно спровоцировали
увеличение их объемов, в том числе и с использованием финансовой системы
иностранных государств.
Тем не менее, можно утверждать о некотором искажении официальных
статистических данных. Так, сфера внешнеэкономической деятельности используется
не только для быстрого криминального накопления капиталов, но и является самым
эффективным средством их незаконного вывоза через преступную систему экспорта
энергетических и сырьевых ресурсов. В этом процессе отмывания преступных доходов
задействованы весьма состоятельные субъекты экономической деятельности, которые
могут обеспечить себе «защиту» от вмешательства правоохранительных органов в
их преступные деяния.
Из числа изученных уголовных дел отмывание преступных доходов было
совершено в сфере потребительского рынка в 30,1% случаев; в финансово-
кредитной системе - 16,7%; во внешнеэкономической деятельности - 9,8%; в
топливно-энергетическом комплексе - 7,4%; в сфере строительства - 4,9%; в
лесопромышленном комплексе - 3,9%; в агропромышленном комплексе - 2,9%; в
сфере оборота цветных металлов - 2%; на иные сферы экономической деятельности
приходится 22,3%
334
.
Как показали результаты исследования, несмотря на то, что отмывание
является одной из криминальных форм поведения в экономической деятельности,
оно также тесно связано с общеуголовной преступностью.
44
Среди проанализированных автором уголовных дел доходы от преступления,
предусмотренного ст. 158 УК РФ, стали предметом отмывания в 15,2% случаев, ст.
159 УК РФ - 34,1%, ст. 160 УК РФ - 21,6%, ст. 171 УК РФ -11,9%, ст. 176 УК РФ -
6,9%, на иные составы приходится 10,3%
336
.
В то же время пока не находят должного внимания со стороны правоох-
ранительных органов такие базовые преступления, как изготовление или сбыт
поддельных денег или ценных бумаг, получение взятки, фиктивное банкротство,
торговля оружием, хотя они зачастую связаны с организованной преступной
деятельностью в наиболее опасных ее формах.
В связи с тем, что руководство МВД России неоднократно обращало внимание
на необходимость ухода от практики привлечения к уголовной ответственности лиц,
совершивших малозначительные отмывания, в настоящее время наблюдается
сокращение случаев регистрации отмывания, где источниками доходов выступают
кражи, грабежи и разбои.
В качестве иллюстрации соотношения отмывания с основными преступлениями
приведем статистику наиболее часто встречающихся.
Несмотря на наличие взаимообусловленности между отмыванием доходов и
предшествующими ему преступлениями, прямой корреляции между ними нет,
поскольку источником доходов может быть почти любое корыстное преступление.
В ходе изучения уголовных дел установлено, что сопутствующим отмыванию
является преступление, предусмотренное ст. 327 УК РФ. На наш взгляд, это вполне
логично, поскольку составляющие предмет последнего часто выступают в качестве
средства совершения отмывания криминальных доходов.
Весьма интересными представляются сведения о выявленных фактах отмывания,
совершенных организованными группами и преступными сообществами. В 2012 г.
количество преступлений данной категории, квалифицированных по ст. 174 УК РФ,
уголовные дела о которых окончены расследованием в отчетном периоде, составило
364, в том числе направлено в суд 353. В 2013 г. количество преступлений,
квалифицированных по ст. 174, 174.1 УК РФ, уголовные дела и материалы о
которых окончены расследованием либо разрешены в отчетном периоде, составило
45
253, в том числе направлено в суд 246, из них совершены в составе организованной
группы или преступного сообщества -237. В 2014 г. - 223/222/179; в 2015 г. -
701/701/511, в 2016 г. - 1090/1060/811, в 2017 г. - 1147/1131/905 соответственно.
Данная статистика неслучайна, поскольку механизм функционирования
организованной преступности основывается, в том числе, и на отмывании пре-
ступных доходов. Помимо этого, сама специфика отмывания такова, что
предполагает наличие определенной группы лиц, противоправная деятельность ко-
торой направлена на его совершение. Поэтому в некоторых случаях еще одним
сопутствующим отмыванию доходов деянием выступает организация преступного
сообщества.
Между тем официальные статистические сведения не совсем сходятся с
результатами проведенного автором выборочного анализа уголовных дел, что еще
раз подтверждает крайнюю их противоречивость. Так, установлено, что борьба с
групповым отмыванием преступных доходов ведется весьма слабо, поскольку за его
совершение привлечение к уголовной ответственности было лишь в 25,2% от
общего количества случаев. При этом группа состояла из двух человек в 78,9%
случаев, трех - 14,7%, четырех и более - 6,4%.
Останавливаясь на виктимологическом аспекте исследуемого явления,
необходимо указать, что оно причиняет ущерб не только государственным эко-
номическим интересам, но и затрагивает также интересы хозяйствующих субъектов
и граждан. Значительная часть этих преступлений совершается в крупном размере.
Своеобразная «цена» отмывания преступных доходов выражается в таком его
качественно-количественном показателе, как социальные последствия, одним из
которых является причиненный материальный ущерб. О масштабе вреда, ухудшении
общественных отношений можно судить по суммам материального ущерба,
причиненного преступлениями, предусмотренными ст. 174 УК РФ.
В то же время по выявленным фактам отмывания доходов, ответственность за
совершение которых установлена ст. 174 УК РФ, в кредитно-финансовой системе и
на потребительском рынке наложен арест, изъято имущество в 2012 г. на сумму 265148
тыс. рублей, в 2013 г. - 973842 тыс. рублей, в 2014 г. - 145801 тыс. рублей, в 2015 г. -
46
280935 тыс. рублей
51
.
Криминологическая характеристика отмывания преступных доходов была бы
неполной без рассмотрения характерных особенностей данного явления в части его
территориального распределения. Поэтому, останавливаясь на «географии»
исследуемой преступности, приведем в качестве примера региональные показатели
2015 г.
Так, в 2015 г. 67% выявленных преступлений, предусмотренных ст. 174, 174.1 УК
РФ, приходится на органы внутренних дел субъектов РФ Центрального, Северо-
Западного, и Приволжского федеральных округов, из них 54% - на ЦФО. Результаты
деятельности большинства МВД, ГУВД и УВД субъектов РФ, входящих в состав
Уральского и Дальневосточного федеральных округов, не существенны (в 2016 г.
данная тенденция сохранилась), а Южного и Сибирского федеральных округов не
соответствуют потенциалу.
«География» отмывания преступных доходов в объеме, интенсивности,
структуре, динамике, характере напрямую зависит от уровня социально-
экономического развития отдельных регионов нашей страны. Из числа зареги-
стрированных преступлений, предусмотренных ст. 174 УК РФ, в 2002 г. в городах
или поселках городского типа совершено 1034, на сельскую местность приходится
95; в 2013 г. -443/45; в 2014 г. -231/40; в 2015 г. -412/112; в 2016 г. -567/64; 2017 г.-
319/46
52
.
Отличительной чертой «географии» является то, что наибольшая их часть
совершается на территории того субъекта, где совершено базовое преступление.
Поэтому объем отмывания в конкретном регионе взаимообусловлен
предшествующими преступлениями, показатели которых также коррелируют с
характеристикой региона по масштабу территории, численности населения,
географическому расположению, экономическому благополучию и степени за-
щищенности основных направлений хозяйственной деятельности.
51
Форма «5» / Сведения за 2012-2015 гг. М.: ГИАЦ МВД России).
52
См.: Обзор результатов работы МВД, ГУВД, УВД субъектов Российской Федерации по
противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и
финасированию терроризма в 2016 г., подготовленный ДЭБ МВД России.
47
Так, в г. Москве сосредоточено основное товарно-денежное обращение,
порядка 70% объектов финансово-кредитной сферы экономики государства,
В 2015 г. общее количество преступлений, связанных с отмыванием денежных
средств, выявленных правоохранителями Дальневосточного федерального округа,
составило 303, при этом 82 преступления совершены в крупных и особо крупных
размерах. Приведенные статистические данные были освещены 26 января 2016 г. в ходе
проведения в Хабаровске начальником отделения Оперативно-розыскного бюро по
экономическим и налоговым преступлениям Главного управления МВД РФ по
Дальневосточному федеральному округу Р, Щербаковым брифинга, связанного с
вопросами борьбы с отмыванием преступных доходов.
По информации сотрудников УБЭП ГУВД по г. Москве, почти каждый второй
факт отмывания от всех по Центральному Федеральному округу и каждый шестой от
всех по России выявляется в столице. Сегодня результаты работы подразделений БЭП
по г. Москве сопоставимы с отдельными федеральными округами, причем столичные
подразделения выигрывают в этом сравнении со значительным перевесом.
В ходе выборочного анализа уголовных дел установлено, что, например, для
Псковской области характерно совершение отмывания, где источником доходов
является незаконная порубка деревьев и кустарников; в Приморском крае,
Астраханской области, Республике Бурятия источником доходов стали факты
контрабанды; для Северо-Кавказских республик (РСО-Алания, Ингушетия)
характерными предметами отмывания явились нефтепродукты. Между тем источники
доходов постоянно изменяются. Так, например, в 2011 г. в Краснодарском крае в
основном выявлялись факты отмывания, связанные с продажей угнанных автомашин и
похищенных ценных бумаг (векселей), а 2012 г. характеризовался отмыванием
денежных средств путем сбыта сельхозпродукции и ГСМ, произведенных в результате
незаконной предпринимательской деятельности.
Таким образом, результаты проведенного автором исследования свиде-
тельствую о крайне неравномерном территориальном распределении выявленных
фактов отмывания по регионам, что связано, во-первых, с существенным различием
в подходе к разрешению проблемы борьбы с отмыванием, с отсутствием