
46
включающего правомочие по распоряжению соответствующим имуществом,
либо иное лицо в случаях, предусмотренных законом. Такой подход
отмечается и в новой редакции ст. 335 ГК РФ, предусматривающей, что право
передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи; лицо, имеющее иное
вещное право, может передавать вещь в залог лишь в случаях,
предусмотренных Кодексом (п. 2).
Вместе с тем в дополнение к названным традиционным
законоположениям в указанную статью включены особые правила,
призванные урегулировать ситуацию, когда в роли залогодателя выступает не
собственник имущества и не лицо, им управомоченное
. Ранее подобные
договоры залога признавались недействительными сделками. Теперь же
судьба таких договоров не столь однозначна. Если залогодержатель не знал и
не должен был знать, что вещь передана в залог лицом, которое не являлось ее
собственником или не было надлежащим образом управомочено
распоряжаться этой вещью (добросовестный залогодержатель), залог
сохраняет силу, а собственник вещи несет обязанности залогодателя.
Однако законоположение о добросовестном залогодержателе не
подлежит применению в случае, когда вещь, переданная в залог, была ранее
утеряна собственником или тем лицом, которому собственник передал ее во
владение, либо была похищена, либо выбыла из их владения иным путем
помимо их воли
.
Что касается фигуры добросовестного приобретателя заложенного
имущества, то она не могла не вызывать определенных опасений. Опасения по
поводу приведенной новеллы были вызваны двумя обстоятельствами.
Во-первых, положение о таком основании прекращения залога, как
добросовестное приобретение предмета залога, «пробило брешь» в жестком и
Нетишинская Л.Ф. Новые положения Гражданского кодекса Российской
Федерации о залоге / Л. Ф. Нетишинская // Политематический сетевой электронный
научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. — 2014. — № 98.
— С. 1383-1392.
Витрянский В. Новое в правовом регулировании залога / В. Витрянский //
Хозяйство и право. — 2014. — № 10 (453). — С. 3-19.