47
Глава 2. Уголовно-правовая характеристика коррупционных
преступлений
2.1. Уголовная ответственность в системе противодействия коррупции
Правоприменители и ученые небезосновательно указывают на
недостаточно эффективную борьбу с коррупцией. Причину этого, зачастую,
видят в несовершенстве уголовного закона.
Представляется, что при этом не учитывается то, что многие базовые
уголовно-правовые институты и категории формировались в других
социальных условиях и нацелены на решение иных общественных задач. Это
относится прежде всего к пониманию коррупции и возможности уголовного
закона реагировать на данную угрозу, содержания государственной политики
в области борьбы с коррупцией, основных элементов преступления -
общественной опасности и виновности, а также концептуальных основ
субъекта уголовной ответственности за преступления коррупционной
направленности.
Коррупция представляет опасность для миропорядка тем, что,
представляя собой многоплановое, подвергающееся постоянной
модификации социальное явление, является повседневной нормой поведения
больших групп людей, не принимающих образ жизни современной
цивилизации.
Опасность коррупции для современного миропорядка выходит далеко
за рамки общественной опасности преступления, которое представляет
собой, говоря словами классиков, всегда единичное, направленное против
общества покушение, субъектом которого является отдельный,
изолированный индивид
34
. Реакция государства на совершенное
преступление может быть только одна - его выявление, уголовное
преследование виновного, в том числе с применением тайных методов, и
наложение уголовного наказания.
34
Гегель Г.В.Ф. Философия права. М., 1990. С. 257; Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 323.
48
Вместе с тем, вытеснение коррупции из общественной жизни
осуществляется преимущественно не уголовно-правовыми средствами, т.к. в
современных условиях с учетом распространенности и масштабов коррупции
нормативно закрепленная система антикоррупционных запретов,
ограничений и обязанностей априори не может оптимально охватить все
виды коррупционного поведения. Поэтому в разрешении таких коллизий
особое значение имеют организационные, пропагандистские меры, а также
этика и морально-нравственные механизмы.
В соответствии с законодательством в Российской Федерации
воздействие государства на коррупцию осуществляется путем механизма
противодействия, который представляет собой систему из трех основных
взаимоувязанных и в то же время относительно самостоятельных элементов:
а) предупреждение (профилактика) коррупции,
б) уголовное преследование лиц, совершивших коррупционные
преступления (борьба),
в) минимизация и (или) ликвидация последствий коррупционных
правонарушений.
Современные механизмы противодействия коррупции основаны уже не
только на нормативно закрепленных требованиях о недопущении и
своевременном урегулировании коллизий и наказании за их несоблюдение,
но прежде всего на раскрытии информации о потенциальных случаях личной
заинтересованности и повышении роли этики и нравственности при выборе
предпочтений между частным интересом и служебным долгом. Все свои
действия по реализации должностных функций служащий должен сверять с
этическими нормами. Этические нормы формируют стандарты поведения
индивида в определенных обстоятельствах личной заинтересованности,
определяют рамки реализации субъектом предоставленных ему законом прав
и обеспечивают баланс личных и публичных интересов применительно к
конкретному жизненному случаю.
49
Но именно уголовный закон призван определять модель запрещаемого
поведения. Нарушение такого запрета влечет применение не только мер
юридической ответственности (уголовной, гражданско-правовой,
дисциплинарной, конституционной, финансовой), но использование всех
имеющихся у социума средств, адекватных масштабам угрозы.
Недопущению преступного поведения посвящены все применяемые
государством административные (дисциплинарные) меры.
В литературе, как правило, место уголовного закона в системе мер
противодействия коррупции обычно сводят к применению лишь норм
Особенной части уголовного законодательства к лицам, совершившим
конкретные преступления.
Это важное направление в борьбе с коррупционной преступностью.
Однако, оно не исчерпывает возможности уголовного закона в профилактике
коррупции и минимизации ее проявлений. Речь идет в широком плане, во-
первых, об общепредупредительной функции уголовного закона и, во-
вторых, об использовании ряда институтов Общей части, например таких,
как института деятельного раскаяния.
Комплекс вопросов воздействия государства на коррупционную
преступность обычно рассматривают в рамках уголовной политики, под
которой в литературе в общем виде понимаются долговременные
направления деятельности государства по влиянию на преступность
средствами уголовного наказания и иными мерами уголовно-правового
воздействия
35
. Причем в подавляющем большинстве работ по этой теме
основным, а зачастую и единственным, элементом государственной
политики в области воздействия на коррупцию называется уголовный закон.
35
Беляев Н.А. Уголовно-правовая политика и пути ее реализации. Л., 1986. С. 19;
Концепция судебной реформы в РСФСР, утвержденная Постановлением Верховного
Совета РСФСР от 24 октября 1991 г. N 1801-1 // Ведомости Верховного Совета РСФСР.
1991. N 44. Ст. 1435; Концепция уголовного законодательства Российской Федерации //
Государство и право. 1992. N 8. С. 39 - 46; Александров А.И. Уголовная политика и
уголовный процесс в российской государственности. СПб., 2003; Лопашенко Н.А. Основы
уголовно-правового воздействия: уголовное право, уголовный закон, уголовно-правовая
политика. СПб., 2004. С. 268; Епифанова Е.В. Концепция уголовно-правовой политики //
Право и политика. 2007. N 10; Колоколов Н.А. Уголовная политика: загадочная
очевидность. М.: Юрлитинформ, 2014.
50
В соответствии с ч. 3 ст. 80 Конституции основные направления
внутренней и внешней политики определяет Президент Российской
Федерации. Эти направления представляются в его ежегодных посланиях
Федеральному Собранию Российской Федерации, в бюджетных посланиях
Правительству, а также в решениях Совета безопасности, иных тематических
концептуальных документах и в его публичных выступлениях.
Реализация основных направлений внутренней и внешней политики по
Конституции Российской Федерации возложена на Правительство
Российской Федерации.
Поэтому формирование состава Правительства, в том числе выбор
кандидатуры и назначение на должность Председателя Правительства
Российской Федерации, определение направлений деятельности
Правительства и контроль за ней также относятся к формам, в которых
выражается направление государственной политики в сфере
противодействия коррупции. Сюда же следует отнести и конституционную
функцию главы государства по формированию им системы и структуры
федеральных органов исполнительной власти, назначение судей, прокуроров
и руководителей федеральных органов исполнительной власти.
В соответствии со ст. 32 Федерального конституционного закона "О
Правительстве Российской Федерации" Президент руководит деятельностью
федеральных органов исполнительной власти, ведающих вопросами
обороны, безопасности, внутренних дел, юстиции, иностранных дел,
предотвращения чрезвычайных ситуаций и ликвидации последствий
стихийных бедствий, и назначает их руководителей.
В связи с этим влияние на состояние борьбы с коррупцией, например,
бюджетного послания или определение кандидатуры на пост главы
Следственного комитета гораздо более значимо, чем те или иные изменения
и дополнения, вносимые в уголовное законодательство.
Научное сообщество и другие элементы политической системы
российского общества также влияют на формирование системы мер
государственной политики в области противодействия коррупции, на их
51
реализацию. Однако следует отметить, что ученые правоведы инициируют
предложения нормативного свойства, зачастую не полностью учитывая
реальное положение дел в соответствующих сферах общественной жизни, в
частности объективную неготовность ни правоприменителей, ни общества в
целом к восприятию таких новелл.
В этом смысле примечательно, что в подготовленной в 2013 г. под
эгидой Общественной палаты Российской Федерации группой ученых
Концепции уголовно-правовой политики Российской Федерации
необходимость кадрового обеспечения лишь упоминается, в то время как
содержание научно-методического обеспечения раскрывается достаточно
полно
36
. Хотя для того, чтобы закон заработал, необходимо его обнародовать,
довести до сведения населения, провести необходимые организационные
мероприятия, подготовить кадры и создать иные условия для его реализации,
наработать и обобщить правоприменительную практику, теоретически ее
осмыслить и дать соответствующие рекомендации. Это все осуществимо
лишь при надлежащем кадровом обеспечении.
Необходимо также учитывать, что за последние годы в сфере
противодействия коррупции сформирована объемная система правовых мер
созданы организационные структуры. Поэтому любые нормативные
предложения по совершенствованию воздействия государства на коррупцию
должны основываться на адекватном восприятии характера современного
общества и коррупции, реальном влиянии этих инициатив на общественные
процессы, на возможности правоприменителей их реализовать, а также на
учете имеющихся правовых инструментов.
В соответствии со ст. 14 УК России преступлением признается
виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное Уголовным
кодексом под угрозой наказания.
Нормативное определение общественной опасности содержалось лишь
в УК РСФСР 1926 г., в ст. 6 которого указывалось, что "общественно
опасным признается всякое действие или бездействие, направленное против
36
Концепция уголовно-правовой политики Российской Федерации. Электронное
периодическое издание «Официальный сайт Общественной палаты Российской
Федерации»
52
Советского строя или нарушающее правопорядок, установленный Рабоче-
Крестьянской властью на переходный к коммунистическому строю период
времени"
37
.
Наряду с этим в ст. 16 УК РСФСР 1926 г. указывалось, что если то или
иное общественно опасное действие прямо не предусмотрено Кодексом, то
основание и пределы ответственности за него определяются применительно к
тем статьям Кодекса, которые предусматривают наиболее сходные по роду
преступления. Таким образом, общественная опасность действия выступала
основанием уголовной ответственности, а преступление рассматривалось как
частный случай общественно опасных действий
38
.
В период действия УК РСФСР 1926 г. общественная опасность,
включающая в себя и виновность, понималась как материальный признак, а
противоправность и наказуемость считались формальными. В литературе
того времени общественная опасность и преступление рассматривались
преимущественно с классовых позиций. А.А. Пионтковский в своей работе,
вышедшей в 1929 г., подчеркивал, что объективным свойством каждого
преступления в системе советского права является его социальная опасность
в связи с тем, что оно посягает на общественные отношения,
обеспечивающие классовое господство пролетариата
39
.
Изменения в социуме нашли свое нормативное отражение в ст. 7 УК
РСФСР 1960 г., где в числе свойств преступления указываются не только
общественная опасность, но и противоправность. Виновность в качестве
самостоятельного признака в определении преступления не названа в связи с
тем, что входит в систему общественной опасности наряду с вредностью
деяния
40
.
После вступления в силу УК России, закрепившего виновность наряду
с общественной опасностью, запрещенностью и наказуемостью в качестве
37
Собрание узаконений и распоряжений РКП РСФСР. М., 1926. N 80. Ст. 600.
38
Кибальник А.Г., Михайлов В.И., Пархоменко С.В., Поликарпова И.В. Обстоятельства,
исключающие преступность деяния // Уголовное право: Общая часть. Преступление.
Академический курс в 10 томах. М.: Юрлитинформ, 2016. Т. 10. С. 107.
39
Чельцов-Бебутов М.А. Преступление и наказание в истории и в советском праве.
Харьков: Юриздат НКЮ УССР, 1925. С. 84 - 85; Пионтковский А.А. Советское уголовное
право: В 2 т. М.; Л.: Госюриздат, 1929. Т. 1. С. 61, 265 - 266; Герцензон А.А. Уголовное
право: Общая часть. М.: РИО ВЮА, 1948. С. 253 - 254.
40
Кузнецова Н.Ф. Избранные труды. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. С. 428.
53
самостоятельных свойств преступного деяния, многие авторы по-прежнему
считают, что субъективное отношение деятеля является структурным
элементом общественной опасности
41
. Сторонники такого подхода
рассматривают общественную опасность как интегральную оценку вреда,
причиняемого в конкретной обстановке, и психического отношения деятеля к
осуществляемому им вредоносному деянию.
Однако действующий уголовный закон России, в отличие от
законодательства прошлых лет, не дает оснований для понимания
общественной опасности как объективно-субъективной категории, т.к.
виновность, отражающая субъективное отношение деятеля к совершаемому
им деянию, наряду с общественной опасностью, противоправностью и
наказуемостью выступает в качестве отдельного самостоятельного свойства
преступления.
Указание в уголовном законе на время, место, способ и иные
объективные элементы (обстоятельства, факторы) отражает такое свойство
преступления, как противоправность.
Содержание общественной опасности и ее структура в трех Уголовных
кодексах РСФСР и в УК России постоянно трансформировались адекватно
объективным явлениям преступности и уголовно-политическим воззрениям
на преступление в тот или иной промежуток времени. Однако в теории
общественная опасность по-прежнему фактически рассматривается в рамках
подходов, выработанных в 20 - 30 годах прошлого века.
В современных условиях интересы различных социальных групп
зачастую не совпадают. Далеко не все деяния, указанные в Особенной части
УК РФ, с позиции всех членов социума являются опасными для всего
общества. В то же время о том, что эти действия всегда причиняют вред
определенной совокупности отношений, согласие имеется. Преступлением
причинение вреда признается только применительно к конкретным
обстоятельствам: месту, времени, статусам причинителя вреда и
41
Курс уголовного права: В 5 т. М., 2002. Т. 1. С. 125 - 135; Комментарий к Уголовному
кодексу Российской Федерации / Под ред. В.Т. Томина, В.В. Сверчкова. М.: Юрайт, 2011.
С. 71.
54
пострадавшего и т.д. Эти обстоятельства указываются в нормах Особенной
части УК РФ и образуют противоправность деяния.
Исходя из этого, нормативно преступление должно определяться как
виновно совершаемое деяние, которое причиняет вред объекту охраны
уголовного закона или создает реальную угрозу такого вреда и запрещено
Уголовным кодексом под угрозой наказания. Такой подход к пониманию
преступления отражает усложнение социальной жизни усиливающуюся
дифференциацию интересов различных социальных групп.
Осознание противоправности в числе признаков умышленной вины в
российском уголовном законе и, как правило, в доктрине не называется.
Вместе с тем в условиях присущей современной России множественности
интересов и их дифференциации лицу сложно, а в отдельных случаях и
невозможно оценить опасность конкретного вредоносного деяния для
общества в целом. Тем более что оценка того или иного вредоносного деяния
в качестве общественно опасного или общественно полезного (допустимого)
не всегда совпадает с мнением других людей. В таких случаях субъект
определят свое поведение не из значимости его последствий для социума
вообще, а исходя из дозволенности или запрещенности соответствующего
деяния законом. Кроме того, составы целого ряда преступлений, в том числе
и коррупционной направленности (ст. ст. 260, 285, 293 и др. УК России)
сконструированы таким образом, что причинение вреда может быть
преступлением только в случае нарушения запрета (правил, норм).
В этой связи существенно возрастает значение осознания
противоправности совершаемого коррупционного деяния, и поэтому
содержание умысла и неосторожности должно включать осознание не только
вредности для охраняемых уголовным законом интересов совершаемых
действий, но и противоправности этих действий.
Теория российского и советского уголовного права традиционно в
качестве участника уголовно-правовых отношений признавала физическое
лицо. При разработке нового уголовного закона российские законодатели не
поддержали основывающееся на опыте Голландии, Франции, Китая и
55
некоторых других государств предложение о включении в него положений
об ответственности организаций.
Между тем учеными ведется дискуссия о полезности или ненужности
отнесения организаций в число субъектов уголовной ответственности
42
.
Сторонники введения в России уголовной ответственности юридических лиц
фактически ведут речь о механическом переносе ряда положений КоАП об
ответственности организаций в УК и, как следствие этого, рассмотрение этой
категории дел в рамках уголовного процесса.
В таком случае ключевым становится вопрос о том, кто будет
расследовать такие дела. Если эта функция будет дана существующим
органам предварительного следствия, то в итоге сформируется орган,
монопольно решающий судьбы конкретных людей и их бизнеса.
Мнения сторонников включения в УК положений об уголовной
ответственности юридических лиц о том, что это само по себе автоматически
даст возможность проводить оперативно-розыскные мероприятия по делам в
отношении организаций, применять к ним во всех случаях наказание в виде
приостановления деятельности или даже ликвидации, необоснованные.
Практика нормативного определения сферы применения оперативно-
розыскных мер, определения видов и размеров наказаний за те или иные
преступления, административные правонарушения и дисциплинарные
проступки и решения многих иных проблем правового регулирования
показывает, что решаются они применительно к конкретным потребностям
общественного развития.
Вместе с тем перенесение в УК ряда положений КоАП об
ответственности организаций приведет к серьезным проблемам
правоприменительной практики и самым серьезным образом долгосрочно и
негативно повлияет на состояние правопорядка, имеются серьезные
теоретические и практические основания заявлять о том, что уголовная
ответственность юридических лиц в России уже есть.
42
Власов И.С. О введении в России института уголовной ответственности юридических
лиц // Журнал российского права. 2015. № 11. С. 82 - 89.
56
Дело в том, что российское карательное законодательство или
законодательство, относящееся к "уголовной сфере", включает: во-первых,
УК, где описаны общественно-опасные деяния, именуемые преступлениями,
и УПК, где установлены процедуры признания физического лица, виновно
совершившего такое деяние, преступником и назначения уголовного
наказания; и, во-вторых, КоАП, содержащий описание вредных деяний,
именуемых правонарушениями, и устанавливающий процедуру признания
физического и (или) юридического лица, виновно совершившего такое
деяние, правонарушителем, и назначения наказания, также
предусмотренного КоАП. Это наглядно демонстрирует решение
Европейского суда по правам человека по делу "Менешева (Menesheva)
против Российской Федерации"
43
.
КоАП по сути порождаемых им правоотношений также является
"источником уголовной ответственности". Указанное утверждение не
противоречит положениям ч. 1 ст. 1 УК во взаимосвязи со ст. 19 УК:
единственным "источником уголовной ответственности" УК может
рассматриваться только по отношению к физическим лицам.
Дела об административных правонарушениях, как и дела о
преступлениях, рассматриваются судьями; общественная опасность
правонарушений зачастую не ниже, чем преступлений; отдельные виды
санкций, предусмотренных в УК, совпадают с тем, что имеются в КоАП;
лицам, совершим преступления, и лицам, совершившим правонарушения,
обеспечены соответствующие гарантии: участие защитника и последующий
судебный контроль.
Никакой принципиальной сущностной разницы между деяниями,
предусмотренными УК и КоАП, субъектами, рассматривающими
соответствующие дела, гарантиями, санкциями за совершение преступлений
и административных правонарушений, не имеется.
43
Постановление ЕСПЧ от 09.03.2006 "Дело "Менешева (Menesheva) против Российской
Федерации" (жалоба № 59261/00) // СПС "КонсультантПлюс" (дата обращения:
10. 11.2018).