53
17 марта 2005 года нотариусом выдано свидетельство о праве на
наследство в виде двухкомнатной квартиры N 27 по адресу: Согласно данному
свидетельству, на Б.А. возложена обязанность исполнения условий по
вышеуказанному договору ренты с пожизненным содержанием и иждивением.
Право собственности на спорную квартиру было зарегистрировано на Б.А. в
Управлении Росреестра о г. Москве 25 апреля 2005 года.
Также судом установлено, что 27 мая 2005 года между Б.А. и Л. (в
настоящее время С.) заключен договор дарения квартиры N 27 по адресу:,
согласно которому Б.А. подарила Л. (С.) указанную квартиру.
Согласно условиям договора, на заключение которого было дано согласие
Б.В., Л. (С.) принимает на себя полностью все обязанности по пожизненному
содержанию с иждивением Б.В. и проживанию его в спорной квартире в
рамках договора ренты с пожизненным содержанием и иждивением. Б.А.
несет субсидиарную ответственность по исполнению Л. ее обязательств по
пожизненному содержанию с иждивением и проживанию Б.В. в спорной
квартире.
Обсуждая доводы в обоснование заявленных требований, судом были
выслушаны объяснения истца Б.В., согласно которым при жизни П. исполнял
свои обязательства по договору, однако после перехода обязанностей по его
содержанию к ответчикам, исполнение условий договора ренты было
прекращено. Ответчик С. препятствует истцу в проживании на спорной
площади, обязательства по договору ренты по его содержанию не выполняет.
Из объяснений ответчика Б.А. следует, что брак с истцом расторгнут, в
силу своего возраста и состояния здоровья она не имеет возможности
осуществлять уход за бывшим мужем Б.В. и исполнять условия договора
ренты, исковые требования истца признает.
Ответчик С., возражая против удовлетворения исковых требований,
указала, что препятствий для проживания истца в спорной квартире не чинила,
условия договора исполняла. Для истца всегда были приготовлены лекарства и
приготовлен обед в спорной квартире, однако истец уклоняется от получения
54
содержания по договору ренты. Истец в спорной квартире никогда не
проживал и намерения там проживать не имел.
Оценив собранные по делу доказательства - объяснения сторон, а также
показания допрошенного свидетеля С. - супруга С., суд пришел к выводу о
том, что имеются основания для расторжения договора ренты с пожизненным
содержанием и иждивением от 31 марта 1998 года.
В обоснование указанного вывода суд обоснованно учел, что в
соответствии с п. 1 ст. 586, п. 1 ст. 1175 ГК РФ, после смерти плательщика
ренты П. к его наследнику Б.А. вместе с правом собственности на указанное
недвижимое имущество перешла и обязанность по предоставлению
получателю ренты пожизненного содержания с иждивением. Б.А., вступив в
наследство после смерти П., приняла на себя обязанности плательщика ренты.
Исходя из условий договора дарения, заключенного между Б.А. и С. (Л.) в
совокупности с требованиями ст. 586 ГК РФ суд правомерно принял во
внимание, что к С. перешли обязанности плательщика ренты. Подписывая
договор дарения, С. согласилась с условиями договора, в том числе с
обязанностью обеспечивать Б.В. жилищем путем сохранения права
пожизненного безвозмездного проживания в спорной квартире, питанием и
одеждой, осуществлять уход в связи с состоянием здоровья, приобретать
лекарства, оказывать различные бытовые услуги.
Вместе с тем, как установлено судом, ответчиком С. чинились
препятствия в проживании и пользовании Б.В. спорным имуществом, что
подтверждается исследованными материалами об отказе в возбуждении
уголовного дела по факту обращения 07 сентября 2011 года Б.В. в ОВД района
Фили-Давыдково города Москвы с заявлением о принятии мер к Л., которая
препятствует его проживанию в данной квартире.
Доводы ответчика С. и ее представителя о том, что Б.В. никогда не
проживал в спорной квартире, а также о том, что истец добровольно
фактически отказался принимать исполнение по договору ренты от С., суд во
внимание не принял, учитывая, что проживание в квартире является правом
55
истца, которое было ограничено в результате действий ответчика, а
доказательств тому, что С. надлежащим образом исполняла условия
вышеуказанного договора по осуществлению ухода за истцом, при
рассмотрении дела не представлено.
Не представлено таких доказательств стороной С. (Л.) и при рассмотрении
дела в суде апелляционной инстанции.
Также судом были исследованы, но не приняты в качестве доказательств в
обоснование возражений по иску квитанции о переводе истцу денежных
средств, датированные после обращения Б.В. в суд с иском, и чеки и
фотографии, которые не могут свидетельствовать о надлежащем исполнении
обязательств по договору ренты по обеспечению истца жилым помещением,
лекарствами и питанием.
Ссылки представителя ответчика С. на то, что истец, давая согласие на
заключение договора дарения, хотел скрыть другую сделку - договор мены, в
связи с чем между Б.В. и С. не возникло отношений по договору ренты,
признаны несостоятельными, поскольку в силу ст. 586 ГК РФ к ответчику Л.
при заключении договора дарения перешли обязательства плательщика ренты.
Таким образом, на основе надлежаще установленных фактических
обстоятельств и норм права, суд пришел к выводу, с которым соглашается
судебная коллегия, об удовлетворении исковых требований Б.В. о
расторжении договора ренты с пожизненным содержанием и иждивением.
В связи с расторжением договора, в соответствии с требованиями ст. 605
ГК РФ, суд обоснованно постановил о возврате в собственность Б.В. спорной
квартиры.
Исковые требования Б.В. об исключении из наследственной массы
умершего П. спорной квартиры, аннулировании свидетельства о праве на
наследство по закону, выданного Б.А., признании недействительным договора
дарения квартиры, заключенного между Б.А. и Л. от 27 мая 2005 года, суд
отклонил, указав, что истцом требования о расторжении договора ренты в
связи с неисполнением условий плательщика ренты П. не заявлялись, на
56
момент смерти П. являлся собственником спорного жилого помещения, в
связи с чем данная квартира в силу ст. 1112 ГК РФ входит в состав наследства.
Свидетельство о праве на наследство по закону после смерти П. выдано
ответчику Б.А. в соответствии с требованиями действующего
законодательства.
Поскольку на момент заключения договора дарения Б.А. имела право на
отчуждение спорного имущества, суд не нашел оснований для признания
договора дарения, заключенного между Б.В. и Л., недействительным.
Требования истца о снятии Л. (С.) с регистрационного учета судом
оставлены без удовлетворения со ссылкой на Правила регистрации и снятия
граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту
пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации,
утвержденных постановлением Правительства РФ от 17 июля 1995 года N 713.
Истец решение суда не обжалует, в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ
апелляционная инстанция проверяет решение по доводам апелляционной
жалобы ответчика С. (Л.), которые признает несостоятельными по следующим
основаниям.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те
обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований
и возражений.
Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость,
достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и
взаимную связь доказательств в их совокупности, по своему внутреннему
убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и
непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что при согласии истца
на перемену лиц в обязательстве по спорному договору Б.В. не намеревался
получать исполнение по договору, желая скрыть другую сделку - договор
мены; на момент заключения договора ренты истец не проживал в спорной
квартире и не проживает в настоящее время; препятствий в проживании в
57
жилом помещении С. (Л.) истцу не чинила, не влекут отмену решения,
поскольку сводятся к несогласию с выводами суда и переоценке
представленных доказательств, которым судом первой инстанции была дана
оценка по правилам ст. ст. 12, 67 ГПК РФ по своему внутреннему убеждению,
основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном
исследовании имеющихся в деле доказательств. Оснований для иной оценки
судебная коллегия не усматривает, доказательств, подтверждающих
изложенные в ходе рассмотрения судом первой инстанции и судебной
коллегии возражения, ответчиком С. (Л.) не представлено.
Ссылки в жалобе на нарушение истцом порядка расторжения договора,
предусмотренного ст. ст. 450, 452 ГК РФ, признаются судебной коллегией
необоснованными, поскольку опровергаются материалами дела, содержащими
сведения о направлении им уведомления о расторжении договора, а также
почтовое извещение на имя Л. (л.д. 25 - 29).
Иные доводы апелляционной жалобы не влияют на правильность
принятого судом решения, направлены на иное толкование норм
материального права, в связи с чем не могут служить основанием к отмене
решения суда.
Таким образом, судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции
правильно определил обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела,
представленным сторонами доказательствам дал надлежащую оценку, спор
разрешил в соответствии с материальным и процессуальным законом, в связи
с чем судебная коллегия не находит оснований к отмене постановленного
судом решения.
Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, по
делу не установлено.
Руководствуясь ст. ст. 327 - 329 ГПК РФ, судебная коллегия определила
Решение Дорогомиловского районного суда города Москвы от 17 января 2013
года оставить без изменения, апелляционную жалобу С. (Л.) в лице
представителя Г.И. - без удовлетворения.
58
Таким образом, исковые требования о расторжении договора ренты с
пожизненным содержанием и иждивением, возвращении в собственность
квартиры, признании недействительным договора дарения удовлетворены
правомерно, поскольку ответчиком существенно нарушены условия договора,
истцу чинились препятствия в проживании и пользовании спорным
имуществом.
Во исполнение Поручения Президента РФ N Пр-2159 от 09.09.2014
1
был
подготовлен проект Федерального закона "О внесении изменений в часть
вторую Гражданского кодекса Российской Федерации в части
совершенствования правового регулирования рентных отношений"
2
, который
предполагает ряд изменений в сфере правового регулирования рентных
отношений. Преимущественное количество предлагаемых изменений касаются
порядка исчисления размера ренты, уплачиваемой плательщиком получателю
ренты, поскольку именно данная категория вопросов на протяжении
длительного времени вызывает споры между субъектами рентных отношений.
Итак, среди предлагаемых изменений полагаем возможным выделить
следующие:
Изменение N 1. Исключается положение об обязательной
государственной регистрации договора ренты, а также устанавливается
порядок регистрации прав получателя ренты, которые представляют собой
обременение права собственности плательщика ренты. Указанное изменение
продиктовано, прежде всего, вступившим с 1 марта 2013 г. в законную силу
Федеральным законом
3
, который отменил обязательную государственную
регистрацию целого ряда договоров. Таким образом, указанное предлагаемое
нововведение является не более чем приведением второй части Гражданского
1
Поручение N Пр-2159 от 09.09.2014 // Электронный ресурс. URL:
http://kremlin.ru/acts/assignments/orders/46594 (дата обращения: 01.05.2016).
2
Электронный ресурс. http://regulation.gov.ru/projects/List/AdvancedSearch#npa=48170
3
Федеральный закон от 30.12.2012 N 302-ФЗ (в ред. от 04.03.2013) "О внесении изменений
в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" // Собрание
законодательства РФ. 31.12.2012. N 53 (ч. 1). Ст. 7627.
59
кодекса РФ
1
в соответствие с положениями части первой ГК РФ
2
.
Изменение N 2. В качестве обоснования установления минимального
размера платы за передачу отчуждаемого под выплату ренты имущества
разработчики оперировали средним размером первоначального взноса по
ипотечным программам в кредитных организациях. Представляется, что
установление минимального размера платы за отчуждение объекта договора
ренты преследует социально направленные цели, что способствует защите
интересов получателя ренты. Между тем изложенная редакция не лишена
изъяна, поскольку изложена в императивной форме, следовательно, вопреки
основополагающему принципу гражданского права - свобода договора,
стороны будут вынуждены подчиняться данной императивной норме.
Полагаем, что наиболее удачной была бы предложенная формулировка в том
случае, если она имела бы диспозитивную направленность, которая может
быть реализована путем добавления следующего положения: "Если иное не
предусмотрено соглашением сторон...".
Изменение N 3. Предлагаемое нововведение увеличивает минимальный
размер пожизненной ренты, устанавливаемый договорами пожизненной
ренты, в два раза, что, безусловно, является отражением на практике принципа
социальной ответственности. Таким образом, минимальный размер
пожизненной ренты в договорах пожизненной ренты, где отчуждение
имущества происходит на бесплатной основе, будет составлять 18 904
(восемнадцать тысяч девятьсот четыре) рубля 00 коп. исходя из расчета
существующей величины прожиточного минимума
3
.
Однако существует несколько спорных вопросов:
1. По тексту пояснительной записки не приводится, почему минимальный
1
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 N 14-ФЗ //
Собрание законодательства РФ. 29.01.1996. N 5. Ст. 410.
2
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 N 51-ФЗ (в ред.
от 31.01.2016) // Собрание законодательства РФ. 05.12.1994. N 32. Ст. 3301.
3
Постановление Правительства РФ от 10.03.2016 N 178 "Об установлении величины
прожиточного минимума на душу населения и по основным социально-демографическим
группам населения в целом по Российской Федерации за IV квартал 2015 г." // Собрание
законодательства РФ. 21.03.2016. N 12. Ст. 1659.
60
размер ренты был увеличен именно в два раза, а не более, в связи с чем
остается только угадывать мотивы указанных лиц.
2. Не учтено, будут ли указанные положения иметь обратную силу, как
это было установлено статьей 6 Федерального закона от 30.11.2011 N 363-ФЗ
1
.
3. Минимальный размер величины пожизненной ренты установлен только
применительно к договорам, где отчуждение происходит бесплатно, в то время
как для договоров ренты, где отчуждение происходит на возмездной основе,
минимальный размер ежемесячной ренты не установлен.
Изменение N 4. Предлагаемое нововведение устанавливает ограниченный
перечень лиц, которые могут выступать на стороне плательщика ренты, а
именно: физические лица и некоммерческие организации. В обоснование
указанных изменений разработчики указывают на отсутствие на
государственном уровне возможности обеспечить необходимый контроль за
деятельностью коммерческих организаций в сфере рентных отношений.
Между тем представляется, что ограничение субъектного состава в социально
важных сделках не может быть продиктовано исключительно отсутствием
механизма, позволяющего осуществлять государственный контроль. Кроме
того, коммерческие организации наоборот обладают более значительными
экономическими ресурсами по сравнению с некоммерческими, что могло бы
способствовать увеличению размера ежемесячных рентных платежей,
осуществляемых в пользу получателя ренты.
Подытоживая, необходимо отметить, что:
1) договор ренты удовлетворяет не только гражданско-правовые интересы
частных лиц, но и призван выполнять социальную функцию государства,
которая реализуется в защите наиболее слабо защищенных слоев населения и
обеспечении минимальных условий для выживания в существующих реалиях;
2) предлагаемые разработчиками нововведения в структуру правового
регулирования рентных отношений направлены на усиление социальной роли
1
Федеральный закон от 30.11.2011 N 363-ФЗ "О внесении изменений в отдельные
законодательные акты Российской Федерации" // Собрание законодательства РФ.
05.12.2011. N 49 (ч. 1). Ст. 7041.
61
договора ренты, что имеет позитивную направленность как для субъектов
гражданских правоотношений, так и для обществ в целом. Между тем нельзя
забывать, что договор ренты - это прежде всего правовая категория
гражданского законодательства, в основе которой должны лежать
основополагающие принципы гражданского права, изложенные в статье 1 ГК
РФ.
2.3 Особенности обременения залогом других видов имущества
Специфические качества некоторых разновидностей имущества
предопределяют особый порядок их залога. Гражданский кодекс выделяет
следующие особенные случаи: залог товаров в обороте, залог вещей в
ломбарде, залог обязательственных прав и залог прав по договору банковского
счета, залог прав участников юридических лиц, залог ценных бумаг и залог
исключительных прав. К залогу отдельных видов имущества общие правила о
залоге применяются в субсидиарном порядке (п. 4 ст. 334 ГК РФ).
1. Главная черта залога товаров в обороте заключается в том, что в этом
случае в залог передается масса принадлежащих залогодателю вещей, которые
являются предметом осуществляемых им в настоящее время
производственных или торговых операций (материалы для переработки,
готовая продукция, предметы продажи в торговом заведении и т.п.) и
объединены под общим именем товаров в обороте.
Условием непрерывности коммерческой деятельности залогодателя
выступает свободное движение благ, на обращении которых построен его
бизнес. Никакая их часть не должна выпадать из процесса производства и
торговли даже на время. Большинство общих правил о залоге для такого
предпринимателя неприемлемы, ведь они предусматривают ограничения на
использование, распоряжение и отчуждение заложенным имуществом (ст. 346
ГК); устанавливают необходимость получить согласие залогодержателя на то,
чтобы заменить заложенную вещь другой равноценной (п. 1 ст. 345 ГК);
62
гарантируют сохранение на имуществе залога при смене его собственника (ст.
353 ГК) и т.д. Применение этих норм для залога товаров в обороте,
задействованных в производственном или торговом цикле коммерческой
деятельности залогодателя, сделало бы эту деятельность медленной,
неэффективной или же невозможной. Тем не менее товары в обороте обладают
меновой стоимостью, а значит, их залог мог бы помочь удовлетворению
потребностей предпринимателя в кредите. Интерес залогодателя заключается
в том, чтобы передать в залог не конкретные вещи, обладающие определенной
стоимостью, а именно определенную стоимость в виде вещей, состав и
натуральная форма которых меняется в ходе их оборота. Для этого законом
формулируются следующие правила их залога.
Предмет залога индивидуализируется в первую очередь путем указания на
родовые признаки соответствующих товаров: например, материалы
деревообработки, молочная продукция, определенные товары широкого
потребления и т.п. Так как в собственности залогодателя в тот или иной
момент может находиться неограниченное число вещей, обладающих такими
признаками, а в залог планируется передать лишь часть, закон предлагает
использовать дополнительный критерий их местонахождения (абз. 2 п. 1 ст.
357 ГК): в таком-то цехе, на таком-то складе, в таком-то магазине, по такому-
то адресу.
В соответствии с правилом п. 1 ст. 357 ГК РФ заложенные товары в
обороте всегда остаются во владении залогодателя: обратное привело бы к их
исключению из процесса производства и торговли. По тем же соображениям в
отступление от общих правил о залоге залогодателю предоставлено право
свободно изменять состав и натуральную форму заложенного имущества, ведь
именно в этом и состоит его коммерческая деятельность, поддерживать
которую призваны нормы о залоге товаров в обороте. Залогодатель вправе
перерабатывать заложенные материалы и свободно торговать переданными в
залог вещами (п. 1 ст. 357 ГК).
Предусмотренным законом исключением из правила о следовании права