95
В то же время, следует заметить, что указанные нарушения правил
поведения сами по себе уголовную ответственность не влекут. Такое деяние
может быть квалифицировано как административное правонарушение.
Административная наказуемость, в силу ст. 20.2 КоАП РФ, предусмотрена для
случаев нарушения организатором публичного мероприятия установленного
порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия
или пикетирования, а также организации либо проведения публичного
мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о проведении
публичного мероприятия, повлекших причинение вреда здоровью человека или
имуществу, если эти действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого
деяния. По этой же административно-правовой норме наступает ответственность
за нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка
проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования,
повлекшее причинение вреда здоровью человека или имуществу, если эти
действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния.
Кроме того, по ст. 20.2.2 КоАП РФ наступает ответственность за
организацию не являющегося публичным мероприятием массового
одновременного пребывания и (или) передвижения граждан в общественных
местах, публичные призывы к массовому одновременному пребыванию и (или)
передвижению граждан в общественных местах либо участие в массовом
одновременном пребывании и (или) передвижении граждан в общественных
местах, если массовое одновременное пребывание и (или) передвижение граждан
в общественных местах повлекли нарушение общественного порядка или
санитарных норм и правил, нарушение функционирования и сохранности
объектов жизнеобеспечения или связи либо причинение вреда зеленым
насаждениям либо создали помехи движению пешеходов или транспортных
средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной
или социальной инфраструктуры, повлекшие причинение вреда здоровью
человека или имуществу, если эти действия не содержат уголовно наказуемого
деяния.
Как видно, административное законодательство исходит из того, что
Ильяшенко. – Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2014. – Т. II. – С. 101-105.
96
соответствующее правонарушение могут составлять лишь действия, не
образующие преступления.
В свою очередь, уголовный закон устанавливает наказуемость массовых
беспорядков лишь при условии, что они сопровождались насилием, погромами,
поджогами, уничтожением имущества, применением оружия, взрывных устройств
, взрывчатых, отравляющих либо иных веществ и предметов, представляющих
опасность для окружающих, а также оказанием вооруженного сопротивления
представителю власти. Показательно, что все перечисленные способы совершения
массовых беспорядков, взятые в отдельности, могут расцениваться как
самостоятельные преступления. Очевидно, что их совершение в ходе массовых
беспорядков производит синергетический эффект.
Итак, рассмотрим обозначенные способы совершения массовых
беспорядков.
Насилие, как известно, выступает одним из распространенных уголовно-
правовых признаков. При этом в науке уголовного права под насилием принято
понимать «преступное посягательство на личную безопасность человека в виде
умышленного неправомерного причинения физического или психического вреда
потерпевшему вопреки его воле путем энергетического (физического) или
информационного (психического) воздействия на организм (органы, ткани,
физиологические функции, психику) человека»
113
.
Традиционно насилие классифицируется на насилие физическое и
психическое. В тексте диспозиции ч. 1 ст. 212 УК РФ отсутствует указание о виде
насилия, что порождает вопрос о необходимости определения такового.
Анализ уголовно-правовой литературы показывает, что превалирующей
является точка зрения, согласно которой в ч. 1 ст. 212 УК РФ под насилием
понимается как физическое, так и психическое насилие
114
.
Вместе с тем, результаты проведенного нами исследования позволяют
высказать определенные возражения по данному поводу. Дело в том, что в
действующем российском законодательстве обычно признаком «насилие»
113
Шарапов Р.Д. Преступное насилие. – М.: Издательство «Юрлитинформ», 2012. – С. 122.
114
Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учебник / Под ред. А.И. Рарога. – 7- е
изд., перераб. и доп. – М.: Проспект, 2012. – С. 507.
97
обозначается соответствующее физическое воздействие
115
. В случаях же, когда
предусматривается возможность совершения преступления путем психического
насилия, как правило, используется формулировка «с угрозой применения
насилия». Кроме того, необходимо учитывать, что психическое насилие
характеризуется в целом меньшей степенью общественной опасности по
сравнению с физическим насилием.
На основании изложенного мы считаем, что способом совершения
массовых беспорядков является физическое насилие. При этом не исключается,
что физическое насилие может сопровождаться и насилием психическим. Тем не
менее, последнее не может выступать самостоятельным криминообразующим
признаком состава массовых беспорядков.
Следующий способ совершения массовых беспорядков образуют погромы.
Стоит отметить, что признак «погромы» не характерен для отечественного
уголовного права. Часть 1 ст. 212 УК РФ – это единственный случай
нормативного закрепления названного признака.
С точки зрения русского языка, под погромом необходимо понимать
«реакционно-шовинистическое выступление против какой-нибудь национальной
или иной группы населения, сопровождающееся разорением, грабежом
имущества и массовыми убийствами». Примечательно, что по толковому словарю
С.И. Ожегова это единственное значение слова «погром».
Однако, на наш взгляд, в современном обыденном понимании слово
«погром» скорее означает действие, результатом которого выступает
уничтожение имущества или его повреждение, беспорядок, хаос
116
.
Под поджогом понимается умышленное воспламенение чего-либо. Что
касается такого способа совершения массовых беспорядков как уничтожение
имущества, то он является достаточно изученным в теории уголовного права. Под
уничтожением имущества понимается «такое противоправное воздействие на
чужую вещь, в результате которого последняя разрушается (гибнет) либо не
поддается восстановлению и использованию по назначению, а равно не может
115
Шарапов Р.Д. Преступное насилие. – М.: Издательство «Юрлитинформ», 2012. – С. 488.
116
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. А.В.
Бриллиантова. – М.: Проспект, 2014. – С. 830.
98
быть найдена или иным путем выпадает из экономического оборота»
117
.
Следующий способ совершения массовых беспорядков образует
применение оружия, взрывных устройств, взрывчатых, отравляющих либо иных
веществ и предметов, представляющих опасность для окружающих.
Стоит отметить, что определения указанных предметов закреплены в
Федеральном законе «Об оружии», в Федеральном законе «О промышленной
безопасности опасных производственных объектов».
Разъяснения относительно понимания данных предметов предлагаются и в
постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о
хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов,
взрывчатых веществ и взрывных устройств»
118
.
Под применением оружия, взрывных устройств, взрывчатых, отравляющих
либо иных веществ и предметов, представляющих опасность для окружающих,
понимается использование их функциональных свойств
119
.
И, наконец, способом совершения массовых беспорядков выступает
оказание вооруженного сопротивления представителю власти. Под
сопротивлением в данном случае обычно понимают оказание противодействия
представителям власти, предпринимающим меры по пресечению массовых
беспорядков. При установлении признаков данного способа совершения массовых
беспорядков определенные сложности вызывает правильное определение
вооруженности сопротивления.
При толковании признака вооруженности зачастую используют разъяснения
, данные Пленумом Верховного Суда РФ применительно к составу бандитизма.
Высшая судебная инстанция указала, что вооруженность предполагает наличие
огнестрельного или холодного, в том числе метательного, оружия как заводского
изготовления, так и самодельного, различных взрывных устройств, а также
117
Безверхов А.Г., Шевченко И.Г. Уничтожение и повреждение имущества: вопросы истории,
теории, практики: Монография. – М.: Юрлитинформ, 2010. – С. 112.
118
Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о хищении,
вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных
устройств» от 12 марта 2002 г. № 5 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2002. – № 5. (в посл.
ред. постановления Пленума Верховного Суда РФ от 6 февраля 2007 г. № 7).
119
Багмет А.М., Бычков В.В. Уголовно-правовая характеристика массовых беспорядков:
монография–М.: Проспект, 2009.–С.44.
99
газового и пневматического оружия. Использование непригодного к целевому
применению оружия или его макетов не может рассматриваться в качестве
признака вооруженности.
В то же время, в уголовно-правовой науке предлагаются и иные варианты
трактовок признака вооруженности. Например, по мнению А.З. Ильясова,
вооруженное сопротивление представителю власти подразумевает применение
как оружия, так и предметов, используемых в качестве оружия
120
.
Однако, на наш взгляд, предложенное автором толкование является
расширительным. Буквальное толкование уголовного закона не позволяет отнести
к оружию предметы, используемые в качестве оружия. Исходя из смысла
Федерального закона «Об оружии», таковым признаются исключительно
определенные предметы.
Таким образом, вооруженное сопротивление представителю власти
подразумевает применение оружия в ходе оказания противодействия
представителю власти, предпринимающему меры по пресечению массовых
беспорядков.
В судебной практике подчеркивается необходимость установления
взаимосвязи массовых беспорядков с фактами применения насилия, погромов,
уничтожения имущества и т.д.
121
Данный аспект представляется весьма важным
для наличия состава массовых беспорядков. Как выше нами отмечалось,
перечисляемые способы совершения массовых беспорядков могут образовывать
признаки самостоятельных преступлений. Однако перед правоприменителем
стоит задача определения того, являются ли конкретные деяния способами
совершения массовых беспорядков, или же они являются деяниями,
независимыми от массовых беспорядков.
По нашему мнению, основным признаком, свидетельствующим о том, что
насилие, погром, поджог и т.д. выступали способами совершения массовых
беспорядков, служит факт участия лица, применившего насилие, учинившего
погром, поджог и т.д. в соответствующем публичном массовом мероприятии,
120
Ильясов А.З. Уголовно-правовые и криминологические проблемы массовых беспорядков:
Дис. … канд. юрид. наук. – Махачкала, 1999. – С. 70.
121
Кассационное определение Верховного Суда РФ от 23 марта 2005 г. № 42-О05-1 /
Справочная правовая система «Консультант Плюс».
100
обладающем признаками массовых беспорядков. А, кроме того, обязательно,
чтобы насилие, погром, поджог и т.д. были учинены в ходе массовых беспорядков
.
Следует отметить, что исполнение массовых беспорядков, как это прямо
указано в ст. 212 УК РФ, предполагает организацию таковых (ч. 1 ст. 212 УК РФ)
либо участие в массовых беспорядках (ч. 2 ст. 212 УК РФ). По сути, законодатель
разделяет обозначенные деяния как самостоятельные составы преступлений.
В теории уголовного права предлагаются следующие определения
организации массовых беспорядков. Так, по мнению И.Ю. Коноваловой,
организацию массовых беспорядков составляют «действия, направленные на
создание толпы, группы людей для совместного нарушения общественного
порядка и руководство этой толпой для применения насилия, учинения погромов,
поджогов, уничтожения имущества, применения огнестрельного оружия,
взрывчатых веществ и взрывных устройств, а также оказания сопротивления
представителю власти»
122
.
Э.А. Арипов приходит к выводу, что «под организацией массовых
беспорядков понимается деятельность лица или нескольких лиц, умышленно
вызвавших толпу на совершение погромов, разрушений, поджогов,
сопровождаемых уничтожением имущества, применением огнестрельного оружия
, взрывчатых веществ или взрывных устройств, а также действия по руководству
осуществления толпой указанных деяний и оказанием сопротивления
представителю власти. Помимо вовлечения толпы и руководства ею в ходе
массовых беспорядков под организацией массовых беспорядков следует понимать
также всякого рода организационную деятельность: созыв граждан в толпу тем
или иным путем; подстрекательство толпы к погромам, разрушениям и другим
подобным действиям путем распространения среди толпы провокационных
клеветнических измышлений; подготовку массовых беспорядков путем сговора с
другими лицами; разработку плана преступных действий участников массовых
беспорядков»
123
.
122
Коновалова И.Ю. Массовые беспорядки. Социально-психологический и уголовно-правовой
аспекты // Ученые записки Казанского государственного университета. – 2015. – № 10. – С. 240.
123
Арипов Э.А. Уголовная ответственность за массовые беспорядки (по материалам
Кыргызской Республики и Российской Федерации): Дис. … канд. юрид. наук. – М., 2008. – С.
101
Результаты проведенного нами исследования выступают предпосылкой для
одобрения предложенных разъяснений. Стоит отметить, что привести
исчерпывающий перечень действий, составляющих организацию массовых
беспорядков практически невозможно. Впрочем, мы считаем, что в этом и нет
необходимости. Важно лишь сформировать представление о содержании
организаторских действий, которое позволит следствию и суду правильно
установить признаки организации массовых беспорядков.
В юридической литературе выделяется два варианта проявления
организации массовых беспорядков: предварительная подготовительная
деятельность и непосредственное руководство толпой в процессе совершения
массовых беспорядков
124
.
С учетом изложенного организацию массовых беспорядков следует
охарактеризовать как деятельность, направленную на подготовку и проведение
массовых беспорядков. В этой деятельности необходимо выявить акты поведения
виновного, направленные на инициирование проведения публичного массового
мероприятия, на подстрекательство к нарушению правил поведения в ходе таких
мероприятий, учинению насилия, погромов, поджогов и т.д., на руководство
осуществлением таких действий.
Таким образом, организация массовых беспорядков подразумевает
осуществление действий, направленных на подготовку и проведение массовых
беспорядков. При этом для наличия признаков организации массовых
беспорядков достаточно выявить хотя бы одно из возможных проявлений
организаторства.
Новеллой отечественного уголовного законодательства является
закрепление в ч. 1 ст. 212 УК РФ ответственности за подготовку лица для
организации массовых беспорядков или участия в них.
Вполне очевидно, что такого рода действия, по сути, подразумевают
подготовительную деятельность. Эта деятельность может выражаться в обучении
лица приемам и способам организации и проведения массовых беспорядков, в том
130.
124
Новиков А.В. Преступления против общественного порядка, сопряженные с
посягательством на собственность: Дис. … канд. юрид. наук. – Саратов, 2009. – С. 111.
102
числе методике организации толпы и управления ею, различным провокациям,
обращением с оружием, взрывчатыми веществами, взрывными устройствами и
т.п.
Следующей разновидностью исполнительства в массовых беспорядках
является непосредственное участие лица в таком общественно опасном деянии.
Как утверждает И.Ю. Коновалова, «под участием в массовых беспорядках (ч. 2 ст.
212 УК РФ) следует понимать совершение лицом во время массовых беспорядков
действий, сопряженных с насилием, погромами, поджогами, уничтожением
имущества, применением огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или
взрывных устройств, а также оказанием вооруженного сопротивления
представителю власти. Совершение в ходе массовых беспорядков иных деяний,
не предусмотренных диспозицией ч. 1 ст. 212 УК РФ (убийств, изнасилований,
разбоев, грабежей, краж и др.), должно квалифицироваться по совокупности
преступлений»
125
.
Однако, например А.М. Багмет и В.В. Бычков, придерживаются иной точки
зрения, они полагают, что «если гражданин добровольно вошел в
бесчинствующую толпу и начал движение в ее составе, он уже совершил
преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 212 УК РФ»
126
.
Вместе с тем, на наш взгляд, с позицией данных авторов согласиться
сложно. Они утверждают, что пребывание гражданина в толпе и движение в ее
составе необходимо рассматривать как участие в массовых беспорядках. Однако
такие действия лица являются не более чем пребыванием на месте преступления,
поскольку не выполняется объективная сторона состава массовых беспорядков.
Анализ признаков объективной стороны данного состава преступления
позволяет утверждать, что участие в исследуемом преступлении означает наличие
следующей совокупности юридически значимых признаков: 1) виновный
выступает участником публичного массового мероприятия; 2) в составе толпы
нарушает правила поведения в ходе такого мероприятия; 3) применяет способы
совершения массовых беспорядков, закрепленные в ч. 1 ст. 212 УК РФ, то есть
125
Коновалова И.Ю. Массовые беспорядки. Социально-психологический и уголовно-правовой
аспекты // Ученые записки Казанского государственного университета. – 2013. – № 10. – С. 240.
126
Багмет А.М., Бычков В.В. Уголовно-правовая характеристика массовых беспорядков:
монография.–М.:Проспект, 2009.–С.69.
103
непосредственно использует насилие, уничтожает имущество, оказывает
вооруженное сопротивление представителю власти и т.д.
В ч. 3 ст. 212 УК РФ предусмотрена ответственность за призывы к
массовым беспорядкам, предусмотренным частью первой этой статьи, или к
участию в них, а равно призывы к насилию над гражданами. Как видно, в данной
уголовно-правовой норме имеется описание объективной стороны двух
преступлений: призывы к массовым беспорядкам и призывы к насилию над
гражданами.
Обзор высказанных в теории уголовного права точек зрения относительно
понимания указанных деяний показывает отсутствие серьезных противоречий в
этом вопросе. Так, И.Ю. Коновалова считает, что «призыв означает обращение в
любой форме (устной, письменной) к участникам массовых беспорядков для
возбуждения у них решимости участия в массовых беспорядках и совершения
действий, составляющих их объективную сторону»
127
.
По утверждению Э.А. Арипова, «призывы представляют собой обращения,
воззвания, лозунги, направленные на то, чтобы побудить, склонить, подстрекать
какие-то силы к определенным действиям»
128
.
Анализ материалов правоприменительной практики показывает, что случаи
квалификации содеянного по ч. 3 ст. 212 УК РФ являются довольно
распространенными. Наглядным примером призывов к массовым беспорядкам
может служить следующее дело.
У М., преследовавшего свои личные интересы – отбыть оставшийся срок
наказания в Следственном изоляторе, а не в исправительной колонии строгого
режима, возник преступный умысел на призывы лиц с отрицательной
направленностью поведения, содержащихся под стражей в Следственном
изоляторе, к активному неподчинению законным требованиям представителей
власти и к массовым беспорядкам, в виде создания шумовых эффектов,
уничтожения и повреждения имущества Следственного изолятора, с целью
127
Коновалова И.Ю. Массовые беспорядки. Социально-психологический и уголовно-правовой
аспекты // Ученые записки Казанского государственного университета. – 2012. – № 10. – С. 240.
128
Арипов Э.А. Уголовная ответственность за массовые беспорядки (по материалам
Кыргызской Республики и Российской Федерации): Дис. … канд. юрид. наук. – М., 2008. – С.
131.
104
принудить администрацию Следственного изолятора не конвоировать М. в
исправительную колонию строгого режима для отбытия оставшегося срока
наказания.
Реализуя свой преступный умысел, М. пользуясь авторитетом среди лиц с
отрицательной направленностью поведения, содержащихся в Следственном
изоляторе, заведомо зная, что последние находятся под его влиянием, в силу,
имеющегося у него авторитета, и беспрекословно исполнят любые его просьбы,
действуя умышленно, осознавая, что своими действиями совершает общественно
опасное преступное деяние, способное нарушить нормальную деятельность
Следственного изолятора, привести к нарушению правил внутреннего распорядка
Следственного изолятора, поставить под угрозу общественную безопасность, и
желая этого, написал письмо, адресованное лицам с отрицательной
направленностью поведения, содержащимся под стражей в Следственном
изоляторе, с призывами к активному неподчинению законным требованиям
должностных лиц Следственного изолятора, являющихся представителями власти
и к массовым беспорядкам и организовал его отправку по существующей в
Следственном изоляторе незаконной межкамерной связи.
Кроме этого, М., реализуя свой преступный умысел, направленный на
призывы к активному неподчинению законным требованиям представителей
власти и к массовым беспорядкам, собрал около себя лиц с отрицательной
направленностью поведения из числа заключенных под стражу и содержащихся в
той же камере – Ф. и Ц., зная, что последние, в силу обладаемого им авторитета,
беспрекословно исполнят его просьбы, действуя умышленно, осознавая
общественную опасность своих действий, способных нарушить нормальную
деятельность Следственного изолятора, выражающуюся в обеспечении
правопорядка и законности, безопасности подозреваемых, обвиняемых,
осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на его
территории, и, желая этого, обратился к ним с призывами, в случае его вывода из
камеры и не возвращения, посредством существующей незаконной межкамерной
связи – путем выкрикивания через форточку камеры, сообщить соседней камере
того же корпуса о начале действий, направленных на активное неподчинение
законным требованиям представителей власти, то есть должностных лиц