55
декларация, а conditio sine qua non эффективности всякой цивилизованной
правовой системы.
В качестве наиболее важных функциональных аспектов гражданско-
правовой справедливости могут быть названы:
— обеспечение полноценной реализации, в том числе через свободу
волеизъявления, гражданской правосубъектности, без которой невозможны
достижение справедливо принадлежащих каждой личности неотъемлемых
прав и правового статуса, реализация справедливо полагающейся каждому
возможности самореализации и гармоничного развития в обществе; лица, по
какому-либо предусмотренному законом основанию не обладающие теми
или иными элементами этой правосубъектности (в частности, не обладающие
в полном объеме гражданской дееспособностью), должны быть обеспечены
эффективными механизмами восполнения этого недостатка;
— обеспечение подлинного, а не декларированного равенства
участников гражданских правоотношений;
— признание значимости фактически сложившихся
аффилированности друг с другом отдельных участников гражданского
оборота и зависимых состояний одних по отношению к другим (примерами
могут служить корпоративные, семейные отношения; отношения
иждивенчества); фактически имеющей место особенной значимости для
отдельных субъектов оборота отдельных имуществ, личных состояний,
социальных взаимосвязей;
— признание оправданных приоритетов, не нарушающих общего
равенства субъектов (например, права преимущественного приобретения
имущества; пролонгации действующего договора в предусмотренных
правопорядком случаях);
— признание обусловленности несения обременений, бремени
содержания, иных расходов, обязанностей, связанных с введением в оборот
какого-либо имущества, фактической возможностью эксплуатации и
использования полезных свойств этого имущества, а в установленных
56
правопорядком случаях — ограниченности этих обязанностей реальной
стоимостью имущества, с пребыванием которого в хозяйственной сфере
обязанного лица эти обязанности связаны (например, исполнение долгов
наследодателя, исполнение учрежденных им легатов и возложений только в
переделах фактической стоимости унаследованного имущества);
— пропорциональность взаимосвязанных между собой тягот и
преимуществ (например, доходов и расходов в контексте деятельности в
рамках юридического лица или договора о какой-либо совместной
деятельности размерам вкладов в имущество юридического лица, общее
имущество) или равенство тягот и преимуществ субъектов, не имеющих по
отношению друг к другу оправданных приоритетов (равенство
наследственных долей при наследовании по закону; равнопропорциональное
приращение наследственных долей);
— обеспечение надлежащего исполнения обязательств, в том числе
встречного исполнения;
— обеспечение гарантий недопустимости причинения вреда и
неосновательного обогащения;
— восстановление нарушенных состояний, в том числе в форме
компенсации причиненного нарушением вреда; обеспечение в
предусмотренных правопорядком случаях полноты возмещения убытков;
— корректировка по мере оправданности и необходимости размеров
возмещения вреда; индексация выплачиваемых сумм с учетом размеров
прожиточного минимума, инфляции, стоимости жизни;
— защита более слабых и менее защищенных участников
гражданского оборота; ожидание более высокого уровня ответственности
поведения от субъектов более масштабной и более высокорисковой
деятельности;
— оправданное распределение рисков;
— использование оправданных мер мотивации участников
правопорядка к повышенно добросовестному поведению, выполнению
57
социально значимых функций, постоянному проявлению добрых нравов и
законопослушания, а также оправданных компенсаций, иных мер
восстановления и утрат, понесенных потерь в связи со следованием такой
модели поведения.
2.3. Соблюдение принципа добросовестности и справедливости в
наследственных правоотношениях
Требования справедливости и добросовестности в регулировании
вопроса о наследовании, о его справедливых "пределах" всегда волновали
российских законодателей. Гражданский кодекс Российской Федерации не
только определяет круг лиц, которые могут призываться к наследованию, но
и принципиально устанавливает тех, кто устраняется от наследования в силу
определенных обстоятельств, когда их призвание к наследованию не
соответствовало бы нормам морали и нравственности.
Согласно ст. 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации
правонарушение наследника в отношении наследодателя влечет наказание в
виде лишения его права наследования. Круг недостойных наследников
условно можно разделить на две категории лиц: не имеющих права
наследовать и отстраненных от права наследования судом. Завещатель может
лишить права наследования одного, нескольких или всех наследников по
закону. Лишение права наследования может быть произведено прямым или
косвенным способом, т.е. прямо указать, кого именно из наследников
наследодатель лишает наследства или умолчать о ком-либо из наследников,
распределяя в завещании принадлежащее ему имущество между другими
наследниками. В первом варианте, лишается права на наследство не только
сам наследник (при всех обстоятельствах за исключением случаев,
предусмотренных ст. 1149 ГК), но и его наследники по праву представления.
Во втором случае, наследник, лишенный наследства по завещанию путем
58
умолчания, может наследовать по закону имущество, оставшееся не
завещанным.
Законодательством РФ предусмотрено составление завещания, в
котором завещатель лишает права на наследство кого-либо из наследников,
при этом, не завещая имущество никому. Смысл такого завещания
заключается в том, что другие наследники не могут отказаться от наследства
в пользу наследника, лишенного такого права. При отсутствии других
наследников, право наследования переходит к государству.
Единственным законодательным ограничением права завещателя
лишить наследников их права на наследство, является норма об обязательной
доле (ст. 1149 ГК РФ).
Следуя принципу справедливости, гражданское законодательство
России наказывает недостойного наследника лишением его права
наследования, т.е. за правонарушением неотвратимо следует наказание.
Но во всех ли случаях при всей справедливости, наказание, как
окончательная мера соответствует принципу гуманности?
Многим законодательствам европейских государств и стран СНГ
известно такое понятие как "прощение" недостойного наследника.
Российское наследственное право исключает эту возможность, поскольку
указание недостойного наследника в завещании в качестве лица,
получающего какое-либо имущество или часть наследства, не влечет
восстановления его в качестве наследника по закону. Поэтому в случае
отказа кого-либо из наследников по закону, недостойный наследник ни при
каких обстоятельствах к наследованию по закону не будет призван, он будет
иметь право только на завещанное ему имущество.
Однако, жизненные ситуации, с которыми сталкивается нотариус,
настолько многогранны, что не позволяют согласиться со столь
категоричным подходом законодателя к ограничению права наследодателя
"простить" недостойного наследника. Например, "прощение" единственного
наследника по закону осужденного по приговору суда за преступление
59
совершенное в отношении наследодателя, тем не менее, не позволит
"прощеному" наследнику наследовать ту часть имущества, которую
наследодатель, по какой-то причине не указал в своем завещании (забыл
указать, либо имущество им было приобретено после составления
завещания). Наследником к этой части имущества будет призвано
государство, несмотря на то, что "прощеный" наследник ухаживал и
достойно содержал наследодателя до конца его жизни.
Так же не соответствует принципу справедливости и добросовестности
норма ГК РФ об обязательной доле.
В западной литературе многие правоведы приводят серьезные доводы,
против всяких ограничений свободы завещаний, руководствуясь понятиями
справедливости и экономической необходимости.
Обязательная доля, основанная на идее семейной собственности, теряет
всякий смысл, когда взрослые дети отделяются от родителей, основывают
самостоятельное хозяйство и часто живут богаче, чем отец с матерью. О
какой справедливости может идти речь, в случае оспаривания обязательной
доли состоятельным сыном-пенсионером у лица, которому имущество
завещано отцом за заботы, которых, не оказывал родной сын.
С экономической точки зрения, обязательное наследование законными
наследниками части имущества, вопреки воле завещателя, наносит
непоправимый вред семейному бизнесу при разногласии наследников,
который может существовать только при единстве воли и без угрозы раздела.
Кроме того, выделение обязательной доли не позволит владельцу семейного
бизнеса распределить его между детьми, учитывая их способности (одному
завещать фирму, другому землю, третьему выделить деньги для занятия
творчеством и т.д.). Конечно, существует и другая крайность, когда в угоду
своим капризам, или лица, подчинившего себе волю наследодателя, остаются
без куска хлеба ближайшие родственники. В этом случае, воля завещателя
должна быть разумно ограничена. Выход из этой ситуации правоведы видят
в обязательном возложении на наследника, которому завещатель оставил все
60
свое имущество обязанности по воспитанию несовершеннолетних, а также
выделение средств на достойное обеспечение детей и других родственников,
находившихся при жизни на попечении завещателя, до тех пор, пока они в
нем будут нуждаться.
Сегодня, когда наше общество стремится соответствовать
международным демократическим нормам, принципам справедливости и
добросовестности, необходимо изменить подход к вопросу о лишении
недостойных наследников права наследования, включив их в круг
наследников по закону, в тех случаях, когда они "прощены" наследодателем.
Также необходимо пересмотреть в сторону смягчения слишком
категоричную позицию российского законодателя в отношении ограничения
воли завещателя обязательной долей и права "прощенных" наследников
наследовать по закону не завещанную часть имущества.
61
ГЛАВА 3. ПРОБЛЕМЫ ПРИМЕНЕНИЯ НА ПРАКТИКЕ ПРИНЦИПОВ
ДОБРОСОВЕСТНОСТИ И СПРАВЕДЛИВОСТИ
3.1. Проблемы применения на практике принципа добросовестности
Среди важнейших новшеств Гражданского кодекса РФ, которые были
введены Федеральным Законом от 30.12.2012.г. № 302-Ф3 , наиболее важным
и существенным стало законодательное закрепление принципа
добросовестности и связанное с этим действием последовательное
проведение его в реальность в качестве критерия определения
злоупотребления правом. Суть данного принципа можно выразить
следующим образом: при установлении, осуществлении и защите
гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники
гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не
вправе извлекать преимущества из своего незаконного или
недобросовестного поведения.
Что же необходимо понимать под добросовестностью? Существует
мнение, что применение принципа добросовестности должно быть основано
на объективных стандартах. Это утверждение относится их субъективной
добросовестности, т.е «не знал и не должен был знать». Прежде всего,
следует задаться вопросом, в каком контексте необходимо толковать понятие
добросовестности. Обзор разных взглядов на трактовку понятия
добросовестности стал весьма существенным. Так среди всех возможных
подходов к трактовке данного определения, можно выделить следующие: а)
лингвистическое (общесоциальное) понимание, где принцип
добросовестности опирается, прежде всего, на саму грамматическую
интерпретацию и морально-этические начала; б) формально-юридическое
понимание, где принцип добросовестности основан, прежде всего, на
законодательстве, правовой доктрине и правоприменительной практике.
Установив принцип добросовестности в Гражданском кодексе РФ, но при
62
этом, не давая точного толкования, законодатель, по всей видимости,
отсылает к представлениям о соответствующей морально-этической норме, т.
е к тому самому объективному пониманию добросовестности.
Как бы то ни было, точный смысл понятия «добросовестность», как и
прежде, в юридически-правовых текстах не проясняется, именно по этой
причине толкование данного понятия, а также его применение в качестве
принципа гражданского права порождает ряд трудностей. Для более полной
характеристики рассматриваемого вопроса были изучены различные точки
зрения относительно определения добросовестности.
Усиленное внимания к проблеме выявила Е.Е. Богданова
52
, которая
называет добросовестность, как некую систему представлений о
нравственности поведения сторон при приобретении, осуществлении и
защите субъективных гражданских прав, а также при исполнении
обязанностей, которая сложилась в обществе и была непосредственно
признана законом, обычаями или судебной практикой.
Точка зрения В.А. Белова
53
обусловлена тем, что он под
добросовестностью полагает понимать « некое совершение действий в
отношении субъективного права так, чтобы при этом никому не причинялся
вред, не создавались угрозы его причинения, а если осуществление своих
правомочий невозможно без содействия третьих лиц - так, чтобы
необходимость в помощи, затраты и усилия, необходимые для ее оказания,
были не велики».
С.А. Краснова
54
полагает, что добросовестность даёт представление
именно субъективной стороне поведения участников гражданских
правоотношений, наличие которой позволяет субъекту свободно
52
Богданова Е.Е. Добросовестность участников договорных отношений и проблемы
защиты их субъективных гражданских прав: автореферат дис. ... доктора юридических
наук : 12.00.03 / Богданова Елена Евгеньевна; [Место защиты: Рос. акад. гос. службы при
Президенте РФ]. - Москва, 2010. - 63 с.
53
Белов В.А. Добросовестность, разумность, справедливость как принципы гражданского
права // Законодательство. - М., 1998. - № 8. - С. 49.
54
Краснова С.А. Определение понятия «добросовестность» в российском гражданском
праве // Журнал российского права. - 2018. - № 3. - С. 62.
63
осуществлять свои права и требовать исполнения обязанностей, а ее
отсутствие, т.е недобросовестность создает непременно неблагоприятные
материально-правовые последствия, включая и применение мер
юридической ответственности к недобросовестному поведению лица, т.е
правонарушителю. По утверждению ряда исследователей, добросовестность
с одной стороны, проявляется как принцип, то есть выделяется в качестве
общего требования к поведению. С другой стороны, добросовестность
используется во многих нормах Гражданского Кодекса РФ в рамках критерия
поведения лица, установленного законодателем в конкретном, специальном
правоотношении. Перечисленные исследования внесли серьезный вклад в
разработку понятия принципа добросовестности, однако по-прежнему данная
проблематика остается актуальной.
Ведь именно сейчас, в настоящее время термин «добросовестность»
встречается неоднократно, например, как в Гражданском, Налогом Кодексе
РФ, так и в других нормативно-правовых актах. Однако данное понятие,
получив при этом широкое распространение, не было раскрыто и закреплено
ни в одном нормативно-правовом акте. Привлекает внимание в аспекте
проблематики нашего исследования категория добросовестности
налогоплательщика. Данное определение добросовестности непосредственно
в сфере налоговых отношений возникло совсем недавно. Его столь имеющее
большое значение до сих пор полностью не раскрыто в каких-либо
нормативно-правовых актах. Добросовестность налогоплательщика
представляет собой отсутствие вины в совершении противоправного деяния.
Закрепление одного из важнейших принципов в Налоговом кодексе, как
добросовестности субъекта, аналогично применяемого в гражданском праве
(«не знал и/или не имел возможности узнать»), должно стать одним из
главных условий предоставления им ряда дополнительных правовых
гарантий непосредственно для самого налогоплательщика. Как правило,
проблема добросовестности налогоплательщика существует не только в
Российской Федерации, но и в некоторых других странах, потому как именно
64
добросовестность налогоплательщика считается главным показателем
налоговой стабильности любого государства. В большинстве случаев,
понятие «добросовестность налогоплательщика» можно наблюдать в
различных судебных решениях, при этом суды разных уровней
устанавливают свои индивидуальные критерии для того чтобы признать
налогоплательщика в добросовестности или же недобросовестности своих
действий (бездействий), в результате чего и различно дают трактовку одним
и тем же действиям налогоплательщиков. Вследствие чего, понятия
«недобросовестность» и «необоснованная налоговая выгода» обрели некое
положение в виде категорий-аксиом, т.е. категорий, которые на основании
прямых неоднократных повторений принимаются без какого-либо
доказывания. Данные категории - являются основой рассуждения судов,
которые при этом не имеют силы закона. В результате многих обстоятельств,
налогоплательщик не нарушая закон, признается виновным, потому что он
непосредственно в данном случае является, по сути дела недобросовестен по
правовым позициям суда.
Исходя из тезиса, что добросовестный - это честно, старательно и
тщательно выполняющий свои обязанности, стоит посмотреть, применимо ли
такое понятие в налоговом праве? Ведь налоговые правоотношения, как
правило - это отношения непосредственно между самим
налогоплательщиком и государством, которые основаны, прежде всего, на
мерах принуждения. А понятие добросовестности главным образом, скорее,
из категории нравственно-этических, моральных ценностей. Следовательно,
и у разных субъектов правоотношений морально-нравственные критерии
обоснованности устойчивости своего поведения значительно различаются.
Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, каждый
налогоплательщик считается добросовестным, пока не будет доказано иное в
установленном законном порядке в период проведения контрольно-
надзорных мероприятий.
Отвечая на вопрос о том, какие действия (бездействия)