75
другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой
информации. Исходя из смысла
приведенных выше правовых норм и
разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение
управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права,
сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса
Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав,
осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами,
нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее
им вред или создающее для этого условия.
Определением Верховного суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г.
по делу № 78-КГ19-4 Нижник АС. к Мукосеевой-Арно С.Н., Кашину С.Ю.,
Варкки В.А. о признании недействительным договора купли-продажи
квартиры, заключенного между Мукосеевой-Арно С.Н. и Кашиным С.Ю.,
признании недействительным договора купли-продажи данной квартиры,
заключённого между Кашиным С.Ю. и Варкки В.А., применении последствий
недействительности сделок путём возвращения квартиры в собственность
Мукосеевой-Арно С.Н., апелляционное определение судебной коллегии по
гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 18 июня 2018 г.
отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной
инстанции, так как Судебная коллегия по гражданским делам Верховного
Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что допущенные судом
апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального
права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их
устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и
законных интересов заявителя.
Отказывая в удовлетворении требований истца, Тракторозаводской
районный суд города Волгограда, в своем решение от 28 июня 2019 г. по делу
№ 2-1127/2019 по иску Завьяловой Е.А. к Ревякиной Т.А. и Калягиной Е.И. о
восстановлении срока исковой давности; признании недействительным
договора купли-продажи дачного земельного участка «Н», заключенный
76
между Ревякиной Т.А. и Калягиной Е.И., в части отчуждения «Н» доли этого
земельного участка; признать за ней в порядке наследования по закону после
смерти «ФИО1» право собственности на «Н» долю этого земельного участка;
прекратить право собственности Калягиной Е.И. на «Н» долю этого
земельного участка; истребовать из незаконного владения Калягиной Е.И. «Н»
долю этого земельного участка, счел, что добросовестность приобретателя
спорного земельного участка не оспаривается: она приобрела имущество по
возмездной сделке, предприняла все возможные и разумные меры, проявила
должную степень внимательности и предусмотрительности, при этом,
имущество приобретено у лица, имевшей право на его отчуждение. На момент
совершения сделки притязаний третьих лиц на земельный участок не имелось.
Руководствуясь ст. 387 ГПК РФ, Президиум Верховного суда Республики
Крым по делу № 2-3443/2018 постановил отказать в удовлетворении исковых
требований Крыленко Е.Ю., который обратился в суд с иском к Мартыненко
Е.А., Залесову М.А., Гулакову С.В., Костиной Е.В., Терещуку Н.Н. о
признании недействительными договоров купли-продажи квартиры №
<адрес>, прекращении права собственности Терещука Н.Н. и Костиной Е.В.
на указанную квартиру, выселении их из жилого помещения, восстановлении
записи о праве собственности истца на 1/6 долю в спорной квартире.
Отказывая в удовлетворении исковых требований Крыленко Е.Ю., суд первой
инстанции, с выводом которого согласилась судебная коллегия по
гражданским делам Верховного Суда Республики Крым, исходил из того, что
при обращении с иском Крыленко Е.Ю. избран ненадлежащий способ защиты
нарушенного права, поскольку Гулаков С.В., Терещук Н.Н. и Костина Е.В.
являются добросовестными приобретателями, однако истребовать у них
имущество истец не просил. Кроме того, истцом пропущен срок исковой
давности для обращения в суд, поскольку о наличии оспариваемых договоров
он узнал с «дата» по «дата» г.
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. №
10 "Об изменении и дополнении некоторых постановлений Пленума
77
Верховного Суда Российской Федерации" (в ред. постановлений Пленума
Верховного Суда РФ от 20 января 2003г. № 2, от 5 марта 2004г. № 1, от 17
марта 2004г. № 2 указано: в связи с необходимостью приведения некоторых
постановлений Пленума Верховного Суда РФ в соответствие с действующим
законодательством необходимо внести изменения, дополнения и
редакционные уточнения в постановлении Пленума от 29 сентября 1994 г. №
7 "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей": абзац
первый п. 8 дополнить предложением следующего содержания: "При
определении размера компенсации вреда должны учитываться требования
разумности и справедливости".
Изучение судебных актов, упомянутых в параграфах 3.1. и 3.2., которые
были постановлены со ссылкой на принципы добросовестности и
справедливости, позволяет сделать следующие выводы:
1. Важнейшая роль в развитии частного права принадлежит судебной
системе. Исследование принципа добросовестности и справедливости в
гражданском праве России невозможно проводить без анализа применения
(употребления) этих принципов в современной судебной практике по
гражданским делам.
2. Федеральные Арбитражные суды, следуя позициям Конституционного
Суда РФ, Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, стремятся
при постановлении судебных актов по конкретным делам изначально
формулировать общие правовые положения (ratio decidendi – обязательная
часть судебного решения), которые является основанием для любого решения,
без которого такое решение не может быть вынесено. На такие решения другие
суды могут опираться при разрешении иных дел, провозглашая собственные
правовые позиции о содержании принципов добросовестности и
справедливости при постановлении судебных актов по конкретным делам.
3. Для судов очевидно, что требования, которые предъявляются к
участникам гражданского оборота, должны рассматриваться сквозь призму
добросовестности и справедливости, где нововведения в Гражданский кодекс
78
РФ от 1 марта 2013 года, окончательно стабилизировали и узаконили эти
принципы.
4. Постановления судов воочию показали функциональную связь между
принципами добросовестности, справедливости и другими принципами
гражданского права, и предметом доказывания по конкретному делу.
5. Суды показали, что принципы эффективно работают только в общей
системе принципов, синергетически взаимодействуя друг с другом, где
каждый из них не может быть полностью самодостаточным или
превалирующим над другими принципами.
6. Практика судов как критерий истины показала, что принципы
добросовестности и справедливости являясь основой публичного порядка, с
нововведениями в Гражданский кодекс РФ от 1 марта 2013 года, усилив свои
позиции в гражданском праве, стали отождествлять сам гражданский
правопорядок. Такое положение дел укрепило и позиции принципов
добросовестности и справедливости в судебной практике.
7. Анализ упомянутых судебных постановлений показывает, что
принципы добросовестности и справедливости, играя важную роль при
вынесении судебного решения, до 1 марта 2013 года, в связи с отсутствием
единообразной практики применения судами общей юрисдикции принципов
добросовестности и справедливости, не давали возможности сформировать
единство судебной практики в этом вопросе. Прошедшая упоминаемая
модернизация гражданского законодательства обнадёживает судебную
практику в отношении единообразия принимаемых судебных постановлений,
в основе которых лежат принципы добросовестности и справедливости.
В этом параграфе работы требовалось изучить реализацию принципов
добросовестности и справедливости в судебных постановлениях.
В процессе изучения были сделаны следующие выводы.
Принцип добросовестности участников гражданского процесса занимает
одну из важных ролей для признания судами объективных определений.
Зачастую в период судебного процесса на практике обнаруживаются факты,
79
которые указывают на недобросовестность и ответчика, и самого истца. На
основе сложившейся практики арбитражных судов и судов общей
юрисдикции, в постановлении Пленума Верховного суда Российской
Федерации были даны разъяснения, среди которых уделяется значительное
место вопросу добросовестного поведения всех участников гражданского
процесса.
На первый взгляд наблюдается следующее - принцип диспозитивности
является основой правоприменительной практики, где субъектам правовых
отношений предоставляется достаточно широкая возможность действовать по
своему усмотрению, однако мы можем отметить, что все же определение
пределов осуществления прав субъектов права является объективной
потребностью в правовом урегулировании отношений, для нормального
функционирования общества, а с другой стороны, для защиты свободы
личности.
3.2. Основные направления совершенствования гражданского
законодательства с точки зрения принципа добросовестности и
справедливости
Кодификация (упорядочивание) и совершенствование гражданского
законодательства должны осуществляться таким образом, чтобы они в полной
мере учитывали современные особенности предмета гражданско-правового
регулирования: отношения рыночной экономики, отношения собственности в
статике и динамике.
Основные направления развития гражданского законодательства должны
также соответствовать принципам, на которых основана система
гражданского права, одни из которых принципы добросовестности и
справедливости.
В Концепции развития гражданского законодательства, подготовленной
на основании Указа Президента Российской Федерации от 18 июля 2008 г. №
80
1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации»
85
ставились цели, которые должны были быть некой причиной
совершенствования законодательства и способствовать: развитию основных
принципов гражданского законодательства, отвечающих более высокому и
новому уровню в формировании рыночных отношений; отображению опыта в
применении и толковании судами; сплочению положений правил
регулирования соответствующих отношений в праве Европейского союза с
Гражданским кодексом; применению в законодательстве положительного
передового опыта совершенствования гражданских кодексов европейских
стран; сохранению единства в регулировании гражданских правоотношений в
государствах – участниках Содружества Независимых Государств (СНГ),
являющейся международной организацией призванной регулировать
отношения сотрудничества между государствами; обеспечению устойчивости
и стабильности гражданского законодательства Российской Федерации.
В целях реализации указанной Концепции последние несколько лет
Российское гражданское законодательство подверглось реформированию,
близкое к революционным преобразованиям.
Так в результате проведенной работы в целях совершенствования
гражданского законодательства Федеральным законом Российской Федерации
от 05 мая 2014 г. № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой
Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими
силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации»
86
подверглась обновлению и совершенствованию глава 4 Гражданского кодекса
Российской Федерации.
85
Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации
(Одобрена Советом при Президенте Российской Федерации по кодификации и
совершенствованию гражданского законодательства 07октября 2015 г.)//Вестник Высшего
арбитражного суда Российской Федерации. 2015.№11. С.12
86
Федеральный закон от 05.05.2014 № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части
первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу
отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» //Российская газета
- Федеральный выпуск. 03 июля 2016 г. №6373
81
И, несомненно, важным в укреплении позиции добросовестного
приобретателя послужило принятие Постановления Пленума Верховного
Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ№ 10/22 от 29 апреля
2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при
разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других
вещных прав».
87
Данным постановлением признается, что право
собственности на объект приобретения имеет добросовестный приобретатель.
Такой подход соответствует нуждам оборота и его стабильности, а также
современной зарубежной практике. Однако из-за отсутствия точного
толкования, о том является ли добросовестное приобретение первоначальным
или производным способом приобретения права, считается целесообразным,
по мнению сложившегося в литературе, дополнить статью 218 Гражданского
кодекса Российской Федерации положением о приобретении добросовестным
приобретателем права собственности при наличии, предусмотренных статьей
302 Гражданского кодекса Российской Федерации, оснований для отклонения
иска собственника.
88
В пункте 2.1 Концепции совершенствования общих положений
Гражданского кодекса Российской Федерации целесообразным считается
подвергнуть ревизии нормы, которые содержат ссылки на добросовестность,
исключив эти ссылки. Однако, по сложившемуся мнению, необходимость
исключать из актов корпоративного законодательства применение требований
к органам управления действовать в отношении организаций разумно и
добросовестно отсутствует.
Следует также отметить, что в современном гражданском
законодательстве не придается должного значения принципу
87
Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума
Высшего Арбитражного Суда Российской федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О
некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных
с защитой права собственности и других вещных прав» (с изменениями и дополнениями от
23 июня 2015) //Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации, июль 2015 г. № 7
88
Тархов В.А., Рыбаков В.А. Собственность и право собственности. М.: Юрист. 2017.
С. 184.
82
добросовестности, разумности и справедливости. Пункт 3 статьи 10
Гражданского кодекса Российской Федерации указывает на то, что в случаях,
когда закон ставит в зависимость от того, осуществлялись ли гражданские
права разумно и добросовестно, то при защите гражданских прав, разумность
действий и добросовестность участников гражданских правоотношений
предполагаются, иначе говоря, устанавливается презумпция
добросовестности и разумности.
Этот недостаток очевиден, так как указанная норма создает видимость
того, что случаи зависимости защиты гражданских прав от добросовестности
их осуществления должны быть прямо перечислены в законе.
На самом же деле все наоборот. Законодательство осуществляется только
в отношении добросовестных субъектов, если исключение не будет сделано в
самом законодательстве. Кроме того, названная статья не содержит
исчерпывающего определения о необходимости добросовестности и на других
стадиях динамики прав, и обязанностей.
Что же касается расширения использования сферы предпринимательской
деятельности, то здесь необходимо в целях совершенствования общих
положений Гражданского кодекса Российской Федерации дополнить,
перечень принципов гражданского законодательства, указав, что он не
являются закрытым.
В данном случае, они могут быть прямо выражены или предполагаться в
правовых позициях в силу Конституционного Суда Российской Федерации и
Федерального закона Российской Федерации.
Примером этого, служит принцип надлежащего исполнения
обязательств, который прямо не сформулирован в Гражданском кодексе
Российской Федерации. В пункте 1 статьи 401 Гражданского кодекса
Российской Федерации лишь указывается, что в случае если лицо приняло все
83
меры для надлежащего исполнения обязательства, то он признается
невиновным.
89
Свобода (предпринимательской) экономической деятельности является
основополагающим принципом гражданского права, закрепленного в
Конституции Российской Федерации, в качестве гарантии.
90
Конкретика
данного принципа раскрывается в статье 34 Конституции Российской
Федерации, согласно которой «Каждый имеет право на свободное
использование своих способностей и имущества для предпринимательской и
иной, не запрещенной законом экономической деятельности»
91
.
Что же касается прав и свобод человека и гражданина, то, в гражданском
законодательстве и Конституции Российской Федерации, также выявляется
присутствие противоречий в формулировках. В силу Конституции Российской
Федерации допускается возможность ограничения прав и свобод гражданина
федеральным законом в целях защиты основ конституционного строя,
нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц,
обеспечения безопасности и обороны государства. В Гражданском кодексе
Российской Федерации указывается, что права граждан ограничиваются на
сновании федерального закона. Проводя анализ этих норм, напрашивается
вывод о том, что объем гражданских прав субъектов, с точки зрения
Гражданского Кодекса, может быть ограничен и другими нормативными
правовыми актами.
Поэтому предполагается необходимым исключить положение, о том, что
нормы гражданского права, которые содержаться в других законах, должны
соответствовать Гражданскому Кодексу. Все действующие на территории
89
Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая: Федеральный закон от
30 ноября 1994 г. №51-ФЗ (ред. 18 июля 2019 г.) // Собрание законодательства Российской
Федерации.2019. № 32. Ст. 3301
90
Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12
декабря 1993) (с учетом поправок, внесенных Законами Российской Федерации о поправках
к Конституции Российской Федерации от 30 декабря 2008 г. № 6-ФКЗ, от 30 декабря 2008
г. № 7-ФКЗ, от 05 февраля2014 г. № 2-ФКЗ, от 21 июля 2014 г. № 11-ФКЗ)// Собрание
законодательства Российской Федерации от 04 августа 2014 № 31.Ст. 4398
91
Там же
84
России федеральные законы, равны юридически, потому не может быть
законов первичных или вторичных.
Правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации о том,
что статья 76 Конституции Российской Федерации не определяет иерархию
актов внутри одного их вида, в данном случае – федеральных законов. На
основании указанной статьи ни один федеральный закон не обладает по
отношению к другому федеральному закону большей юридической силой.
92
Необходимо более четко определить место в системе актов, содержащих
нормы гражданского права, акты министерств, и иных федеральных органов
исполнительной власти, в частности определить степень их обязательности
для договора. В статье 3 Гражданского кодекса Российской Федерации
указывает, что федеральные органы исполнительной власти и министерства
могут издавать акты, содержащие нормы гражданского права, в случаях и в
пределах законами и иными правовыми актами.
Следует расширить рамки обычая (под которым понимаются правила,
сложившиеся в результате их длительного применения ввиду практической
целесообразности и получившие признание в актах законодательства или
решениях судов), а не сводить его только к обычаю делового оборота.
Поэтому в литературе предлагается использовать термин «правовой
обычай», являющийся источником права, неоднократно и достаточно широко
применяемое правило поведения, отражающее правовое содержание
общественных правоотношений. Разновидностью правового обычая
являются: торговые обычаи, обычаи делового оборота и иные обычаи.
В связи с отсутствием в гражданском законодательстве определения
злоупотребление правом в пределах принципа справедливости необходимо
92
Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12
декабря 1993) (с учетом поправок, внесенных Законами Российской Федерации о поправках
к Конституции Российской Федерации от 30 декабря 2008 г. № 6-ФКЗ, от 30 декабря 2008
г. № 7-ФКЗ, от 05 февраля 2014 г. № 2-ФКЗ, от 21 июля 2014 г. № 11-ФКЗ)// Собрание
законодательства Российской Федерации от 04 августа 2014 № 31.Ст. 4398.