54
полагающиеся на легитимирующие факты, могут нести риск, что отчуждатель
вещи окажется неуправомоченным
1
.
5. В пользу презумпции субъективной добросовестности относится идея о
невозможности доказывания негативных фактов. Традиционным взглядом в
отечественной процессуальной теории считается, что доказывание негативных
фактов не представляется возможным
2
. Следовательно, приобретатель вещи не
имеет возможности доказать незнание или отсутствие возможности знания о
факте неуправомоченности отчуждателя.
6. В последние несколько лет можно наблюдать тенденцию, что практика
переходит от защиты прежнего собственника к защите приобретателя,
распространяя общие положения о презумпции добросовестности на
отношения по приобретению вещей. Стоит поддержать сложившуюся
тенденцию, поскольку она вполне согласуется с подходами к защите
приобретателей в европейских правопорядках, а также служит установлению
стабильности гражданского оборота.
Также необходимо отметить, что с 1 января 2020 вступили в силу
поправки в порядок регистрации недвижимости, утвержденные Федеральным
законом от 02.08.2019 № 299-ФЗ
3
.
Закон направлен на защиту прав добросовестных приобретателей жилья.
В частности, в законе закреплено правило о выплате денежной
компенсации добросовестным приобретателям жилья, у которых оно было
истребовано на основании судебного акта.
Компенсация будет исчисляться или исходя из суммы реального ущерба,
или из кадастровой стоимости недвижимости.
1
Самойлов Е. Ю. Добросовестность как предпосылка защиты приобретателя в гражданском
обороте // Вестник гражданского права, 2009. № 3. С. 72.
2
См. например: Нефедьев Е. А. Учебник русского гражданского судопроизводства. М., 1909.
С. 180 – 181; Энгельман И.Е. Курс русского гражданского производства // Гражданский
процесс: Хрестоматия: учеб. пособие. М., 2005. C. 399.
3
Федеральный закон от 02.08.2019 N 299-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон
«О государственной регистрации недвижимости» // «Собрание законодательства РФ»,
05.08.2019, N 31, ст. 4458.
55
Право требовать компенсации правообладатель сможет в судебном
порядке, если в течение полугода ему не был возмещен ущерб причинителем
вреда.
При выплате компенсации к Российской Федерации переходит право
(требование), которое добросовестный приобретатель имеет к лицу,
ответственному за причинение ему убытков в связи с истребованием от него
жилого помещения.
Закон вступил в силу с 1 января 2020. При этом в течение 3-х лет после
вступления закона в силу, граждане, которые лишились жилья, смогут
потребовать компенсацию.
В ГК РФ появился термин - кого следует считать «добросовестным»
приобретателем квартиры: установлено, что это тот, кто купил или получил
жилье, полагаясь на данные Единого госреестра недвижимости (ЕГРН).
Также введено ограничение на истребование квартир у честного новосела
госорганами (муниципальными образованиями, субъектами РФ, Российской
Федерацией). Такое бывает, если выясняется, что жилье было когда-то
незаконно приватизировано или зарегистрировано в реестре - к примеру, на
основании подложных документов или из-за мошеннических действий самих
чиновников. Теперь суд должен будет отказывать в подобных исках, если
прошло более трех лет с момента государственной регистрации права
собственности первого добросовестного приобретателя.
Изменения в ГК РФ вступили в силу с 1 января 2020 года, одновременно
с введением нового порядка выплаты компенсаций из казны РФ
добросовестным приобретателям недвижимости за утрату права собственности.
Если квартира оказалась с «криминальным» прошлым и позже была изъята в
пользу законного собственника, неудачливый владелец может потребовать у
виновника ситуации компенсировать ущерб. В случаях же, когда в течение
полугода со дня предъявления исполнительного документа сумму не взыскали
или взыскали лишь часть - можно требовать компенсации в сумме реального
ущерба или кадастровой стоимости жилья из казны РФ.
56
Как сообщили в минэкономразвития, исполнение судебных актов
производится в течение трех месяцев со дня поступления документов. Те, у
кого жилье было изъято в собственность государства до вступления поправок в
силу, могут обратиться с требованием компенсации из казны в течение трех лет
- до 2023 года.
Получить компенсацию из казны можно было и раньше, но вызывали
вопросы ее размер и условия выплаты.
Таким образом, по российскому праву (п. 2 ст. 223 ГК РФ) и
формирующейся практике ВС РФ на истца по виндикации возложено бремя
доказывания его права собственности, элементом которого является отсутствие
возмездного и добросовестного приобретения его имущества.
Благодаря публичным реестрам это доказывание не является чрезмерным
в спорах о правах на недвижимость, но оказывается почти невыполнимым в
спорах о правах на движимые вещи, права на которые не учитываются в
реестре. В таком же направлении развиваются законодательство и судебная
практика многих европейских государств: в законе презюмируется право
собственности владельца, а судебная практика идет по пути возложения на
истца бремя опровержения права собственности ответчика, включая
приобретение им титула по добросовестности.
До настоящего времени в российской судебной практике ответчик,
опасаясь удовлетворения виндикационного иска, нередко сам приступает к
доказыванию приобретения по добросовестности, избавляя истца от непростого
бремени доказывания. С учетом изменившейся позиции ВС РФ ответчик имеет
право занять позицию, что он или его правопредшественник приобрели вещь по
добросовестности, а доказывать обратное должен истец.
2.2. Практические вопросы реализации принципов добросовестности и
справедливости в обязательственном праве
При рассмотрении принципа справедливости в обязательственных
57
отношениях, мы пришли к следующим умозаключениям. Статьей,
оперирующей категорией «справедливость», является статья 65.2 «Права и
обязанности участников корпорации» ГК РФ
1
. В пункте 3 данной статьи
содержится норма, согласно которой суд может отказать в возвращении доли
участия [в корпорации], если это приведет к несправедливому лишению иных
лиц их прав участия или повлечет крайне негативные социальные и другие,
публично значимые, последствия. В этом случае лицу, утратившему помимо
своей воли права участия в корпорации, лицами, виновными в утрате доли
участия, выплачивается справедливая компенсация, определенная судом.
Анализируя данную норму, для начала следует отметить, что она
регулирует корпоративные отношения, которые являются фидуциарными.
Корпоративные правоотношения, построенные на началах доверия и равенства
участников корпорации, обязывают к соответствующему их регулированию.
Ибо известно, что предмет регулирования обуславливает метод регулирования.
Вместе с этим отметим, что в приведенной норме статьи 65.2 ГК РФ
категория «справедливость» употребляется дважды. Более того, цели и
основания воспроизведения данной категории в анализируемой норме
совершенно разнятся. Так, в первом случае (контекст: «…суд может отказать в
возвращении доли участия, если это приведет к несправедливому лишению
иных лиц их прав …») целью употребления категории «справедливость», по
нашему мнению, является установление ориентира для суда в принятии
решения об отказе в защите права. Суд может отказать в защите права, если
установит, что правовые последствия будут являться несправедливыми для
иных лиц, то есть нарушат права и законные интересы третьих лиц.
Справедливость в данном случае будет выступать своего рода мерилом на
импровизированных весах суда, на одной чаше которых будет лежать защита
нарушенных прав, а на другой – нарушение прав третьих лиц
2
.
1
Книга Е.В. Модель справедливого поведения в договорных отношениях // Цивилистика:
право и процесс. 2019. № 4 (8). С. 43.
2
Козлитина О.Н. Справедливость как качественная характеристика механизма реализации
судебной власти // Мировая наука. 2019. № 11 (32). С. 164.
58
Совершенно оправданным видится законодательный прием,
обусловливающий допустимость защиты корпоративных прав участника (либо
бывшего участника) корпорации в зависимости от нарушения прав третьих лиц,
не являющихся участниками корпорации, поскольку природа нарушения прав
участника (либо бывшего участника) корпорации происходит от участия в
корпорации. И если защита прав участника будет затрагивать права и законные
интересы лиц, не находящихся в какой-либо связи с данной корпорацией, то это
будет выглядеть социально неоправданно. Совсем иной вид приобретает эта
норма, если представить, что третьи лица каким-либо образом способствовали к
лишению прав участия в корпорации. И, как следствие этого, защита прав
участника (либо бывшего участника) корпорации путем нарушения прав
третьих лиц, способствующих нарушению его прав, будет выглядеть социально
оправданной, следовательно, – справедливой.
Второе употребление категории «справедливость» в статье 65.2 ГК РФ,
очевидно, происходит с целью определения размера компенсации нарушенного
корпоративного права участника (либо бывшего участника) корпорации.
Развивая нашу мысль, можно представить, что защита прав участника
(либо бывшего участника) корпорации приведет к нарушению прав третьих
лиц, которые никоим образом не способствовали нарушению прав такого
участника. Однако судом было установлено лицо, которое виновно в
нарушении прав участника. В данном случае норма статьи 65.2 ГК РФ
предписывает взыскание справедливой компенсации с такого виновного лица в
пользу участника (либо бывшего участника) корпорации
1
.
Взыскание компенсации по своей правовой природе одновременно
является и непоименованным способом защиты нарушенного права (в статье 12
ГК РФ) для участника, и мерой гражданско-правовой ответственности для
лица, виновного в нарушении корпоративных прав участника, которая в науке
гражданского права не получила должного исследования. Однако законодатель
1
Ульянищев В.Г., Бадаева Н.В. — «Принцип добросовестности» и идея «справедливости» в
гражданском праве // Юридические исследования. – 2018. – № 9. С. 35. DOI: 10.25136/2409-
7136.2018.9.27240 URL: https://nbpublish.com/library_read_article.php?id=27240.
59
указывает, что ее размер должен определяться судом на основе конкретного
критерия - «справедливости». Следовательно, в данном случае
«справедливость» выступает мерой, определенной денежной суммы. По-
нашему же, мнению, нравственно-социальная категория «справедливость» не
совсем подходит для такого ее использования. Для определения денежной
компенсации в рамках сугубо экономических отношений, каковыми являются
корпоративные отношения, представляется более целесообразным
использовать критерий «экономической обоснованности». То есть, какую
стоимость участник корпорации потерял, столько ему и должны
компенсировать, но только уже в виде денежной суммы.
Двоякие впечатления вызывает норма статьи 308.3 «Защита прав
кредитора по обязательству» ГК РФ, в которой наличествует категория
«справедливость». С одной стороны, данная норма содержит классический
астрент, хорошо известный французскому гражданскому праву, с другой
стороны, - использование уплаты денежной суммы для стимулирования
должника к исполнению обязательства, по нашему мнению, не может являться
панацеей для надлежащего исполнения обязательств различной природы. Так,
совершенно оправданным и справедливым представляется использовать
астрент в коммерческих правоотношениях, и спорным - в потребительских.
Что касается цели использования категории «справедливость» в статье
308.3 ГК РФ, то она, как и в статье 65.2 ГК РФ, выступает в роли одного из
критериев определения гражданско-правовой ответственности, выражающейся
в денежной сумме, за нарушения надлежащего исполнения обязательства
должником. Однако в статье 308.3 в отличие от статьи 65.2, добавляется еще
один оценочный критерий «соразмерность», который, видимо, должен
способствовать определению суммы астрента
1
.
Интересным примечанием является то, что в статье 308.3
«справедливость» впервые в ГК РФ была названа принципом.
1
Майборода Т. Ю. Понятие справедливости в гражданском праве // Новый юридический
вестник. — 2019. — №5. С. 16. — URL https://moluch.ru/th/9/archive/137/4395/ (дата
обращения: 31.01.2020).
60
По общей формуле доказывания, изложенной в процессуальном
законодательстве, каждое лицо должно доказать то, что оно утверждает.
Обязанность доказывания возмещения убытков (факт и размер) лежит на лице,
которому эти убытки были причинены. Вместе с этим в соответствии со статьей
393 «Обязанность должника возместить убытки» ГК РФ в случае, если размер
убытков не может быть установлен, то их размер определяется судом с учетом
всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности
ответственности допущенному нарушению обязательства. И в данной статье
очевидно, что категория «справедливость» используется с целью определения
некой денежной суммы, однако природа этой суммы – не штраф и не
ответственность, а убытки точность которых невозможно определить прямыми
доказательствами.
Следующей нормой, имеющей в своем содержании справедливость,
является норма, находящаяся в статье 451 «Изменение и расторжение договора
в связи с существенным изменением обстоятельств» ГК РФ. Так, в данной
статье сказано, что при расторжении договора вследствие существенно
изменившихся обстоятельств суд по требованию любой из сторон определяет
последствия расторжения договора, исходя из необходимости справедливого
распределения между сторонами расходов, понесенных ими в связи с
исполнением этого договора. Целью использования «справедливости» в данном
случае, по нашему мнению, является воплощение равного распределения
понесенных затрат. В данной норме справедливость выступает в роли
определителя равенства в правах, обязанностях и ответственности лиц,
находящихся в договорных отношениях. Стоит поддержать законодателя в
выборе такого приема, поскольку категория «равенство», если бы она была
употреблена в данной норме, воспринималась бы правоприменителем как
некий экономический эквивалент. Вместе с этим уместность использования
категории «справедливость» оправдывается тем, что она приводит к анализу
восстановления во всех правах, обязанностях и ответственности, в том числе,
не сопряженных с имущественной сферой каждой из сторон.
Норма статьи 1101 «Способ и размер компенсации морального вреда»
61
повсеместно подвергается научной критике
1
. Большая часть данной критики
направлена на «затрудненность» определения размера компенсации морального
вреда. Так, в пункте 2 статьи 1101 указано, что при определении размера
компенсации вреда должны учитываться требования разумности и
справедливости. Уточняющих и разъясняющих критериев определения
компенсации морального вреда не дает и посвященное данной проблематике
постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые
вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»
2
.
Вместе с этим совершенно непонятно, почему законодатель не
использует еще один очевидный критерий для определения размера
компенсации морального вреда – «соразмерность». По нашему мнению,
справедливости и разумности, как критериев определения размера компенсации
морального вреда, не совсем достаточно, поскольку, факт причинения
морального вреда суд может оценить и справедливо, и разумно. А вот
соотнести характер причиненных нравственных и физических страданий с
денежной суммой компенсации, исходя из буквального толкования данной
нормы, суду не представляется возможным. Конечно же, цель использования
«справедливости» в данной норме оправдана, однако, по нашему мнению, ее,
наряду с разумностью, совершенно, недостаточно.
Аналогичная цель использования категории «справедливость»
наблюдается и в статье 1252 «Защита исключительных прав» ГК РФ. В данной
норме «справедливость» выступает в роли критерия определения денежной
суммы (компенсации), только не за причиненные нравственные и физические
страдания, а за нарушение исключительных прав на результаты
интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации. Так же, как и
в норме о компенсации морального вреда, по нашему мнению, в данной норме
1
Перегудова Д.А. Принцип добросовестности в кондикционных обязательствах // Известия
Юго-Западного государственного университета. Серия: История и право. 2019. Т. 9. № 5. С.
45.
2
Постановление Пленума ВС РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения
законодательства о компенсации морального вреда» // «Российская газета» № 29 от
08.02.1995.
62
не хватает категории «соразмерность», которая бы способствовала
надлежащему определению денежной суммы для компенсации нарушенного
права.
Обобщая изложенное выше, можно сделать несколько умозаключений.
1. Категория «справедливость» в отношении обязательств в ГК РФ
употребляется с различными целями:
а) с целью справедливого применения основ гражданского
законодательства при урегулировании конкретных общественных отношений
посредством обращения к аналогии права;
б) с целью установления ориентира для суда в принятии решения об
отказе в защите права;
в) с целью определения размера компенсации нарушенного права;
г) с целью определения равенства в правах, обязанностях и
ответственности лиц, находящихся в правовых отношениях.
2. Законодатель не причисляет «справедливость» к основам – принципам
гражданского законодательства (статья 1 ГК РФ), вместе с этим в статье 308.3
ГК РФ законодатель именует «справедливость» принципом. В связи с этим
остается без ответа вопрос о том: была ли это «законодательная описка» или
справедливость действительно является принципом гражданского
законодательства.
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25
«О применении судами некоторых положений раздела I Гражданского кодекса
РФ»
1
дано определение добросовестности с применением объективного
критерия, куда отнесены любые активные действия лица, учитывающие права и
законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в
получении необходимой информации. Существенно то, что, согласно пункту 1
Постановления, суд вправе самостоятельно признавать недобросовестным
поведение участника гражданского спора, даже если об этом не просила
противоположная сторона, а также выносить на обсуждение обстоятельства,
1
Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2015. № 8.
63
которые, по мнению суда, могут указывать на недобросовестность стороны по
делу.
Подобное определение позволяет заключить, что практика обоснованно
размежевала недобросовестное поведение и злоупотребление правом. Хочется в
связи с этим надеяться, что, как следствие, в суды придет понимание
необходимости разграничивать добросовестность во всех ее предметных
аспектах. Именно это может стать необходимой предпосылкой для постановки
в практике вопроса о том, что представляет собой добросовестность
субъективная.
Нет сомнений в том, что любой правопорядок, ориентированный на
стабильные рыночные отношения, заинтересован в том, чтобы взаимные
отношения сторон были основаны на информированности в части того, что
составляет основу их взаимодействия. Выбор вариантов правового решения
подобной заинтересованности не велик. Первое – считать необходимость
информированности содержанием других более общих понятий –
добросовестности, осмотрительности, разумности, справедливости. Тем более,
что тенденция к отказу в судебной защите при недобросовестном поведении
проявляется все отчетливее, являясь стимулом для честного поведения
контрагентов. Второе – ввести для сторон нормативно позитивную обязанность
информирования обо всем том, что влияет на достижение каждой из них той
цели, ради которой они установили имущественное правоотношение. Пример
именно такой обязанности сегодня заключен в нормы обязательственного
права. Ее включение в пункт 3 статьи 307 ГК РФ в совокупности со статьей
307. 1 ГК РФ позволяет однозначно утверждать, что данная обязанность в
качестве общей распространяется не только на нормы обязательственного
права, но и на нормы корпоративного и реституционного права
1
.
Для целей стабильности гражданского оборота, его эффективности и
универсальности законодатель использовал оба пути, так как не все правовые
1
Архипова А. Г. Обязанность предоставить информацию по ст. 307 ГК РФ // Вестник
экономического правосудия Российской Федерации. 2017. № 2. С. 65.