42
экономических кризисов, а также вследствие массового злоупотребления
должниками по оспариванию действительности уже заключенных договоров,
законодатель заинтересован в выработке гарантийных средств. Последние
должны защитить личность кредитора от тех происков, которые устраивают
недобросовестные должники. В качестве такового может послужить
соглашение, которое заключается сторонами касательно последствий,
возникающих из-за недействительности их договоров.
2.2. Ограничение свободы договора
В тех условиях, при которых провозглашены принципы рыночной
экономики, неизбежно происходит жесткая конкуренция. Она наблюдается
на товарных рынках и традиционно связана со старейшими принципами
гражданского права. Речь идёт не только о юридическом равенстве и
автономии воли, которая есть у частных субъектов. Прежде всего, значение
имеет принцип свободы договора.
Однако указанные принципиальные положения не гарантируют
равенства в фактическом положении. Это означает отсутствие
законодательно провозглашённого экономического равенства. Оно касается
лишь таких вопросов, как справедливое распределение между рыночными
субъектами их прав и обязанностей в рамках договора. Эти субъекты
получают равноценные в силу договора блага.
Вместе с тем из-за необходимости защищать слабую сторону в
договоре и для поддержки определенных публичных интересов в
законодательстве существуют некоторые ограничения. Они касаются
договаривающихся сторон и выражены через соответствующие запреты, а
также в комплексе обязанностей. При этом ключевым методом в гражданско-
правовом регулировании является диспозитивный (дозволительный) метод,
если рассматривать его направленность. Подобное преобладание создаёт
43
основу для недобросовестных участников в гражданском обороте
использовать в своих целях некоторые пробелы в законе. Они опираются на
многозначность его отдельных положений, что позволяет существовать
нескольким вариантами судебного толкования норм. Это приводит к
имущественным выгодам. Примечательно, что в качестве основного
инструмента для того, чтобы извлечь подобные выгоды, служит именно
гражданско-правовой договор, а равно определённые в нём условия.
В достаточно многих ситуациях у участников в гражданском обороте
есть убеждённость в использовании свободы договора в добросовестном
ключе. Руководствуясь свободой в заключении договоров и свободой
определении договорного содержания, отдельные хозяйствующие субъекты,
которые имеют доминирующее положение в рамках определённого
товарного рынка, занимаются порой дискриминационной политикой. Она
направлено против слабых контрагентов и выражается в принуждении таких
лиц к приобретению товаров при помощи определённой цепочки
посредников. Такие субъекты, по существу, навязывают невыгодные в
экономическом плане договорные условия.
Очевидно, что при выборе определённого вида договорной
конструкции чаще всего руководствуются теми последствиями, которые она
вызывает в плоскости налогового законодательства. В частности, способен
ли налогоплательщик при определённом договоре получить более льготный
режим своего налогообложения. Повлияет ли заключённый договора на
пониженную налоговую ставку или на возможность вычета некоторых
договорных расходов. Поэтому для недобросовестных субъектов договорные
инструменты превращаются в удобное средство, которое позволяет
эксплуатировать своего «слабого» контрагента. При помощи такого
инструмента можно вытеснять конкурентов с определённого сегмента рынка
и одновременно с этим уклоняться от налоговых платежей.
Актуализируют данный вопрос также поправки, внесённые в ст. 421 ГК
РФ. В частности, в 2015 г. было добавлено условие, при котором свобода
44
договора может трактоваться по аналогии закона, если это касается
непоименованных гражданско-правовых соглашений
1
. Исходя из этого,
требуется комплексная научная оценка как теоретического, так и
нормативного материала на фоне динамично меняющейся
правоприменительной практики в области трактовок принципа свободы
договора.
Свобода договора реализуется не в безграничном варианте. Иначе
такая свобода может стать своей противоположностью, превратившись в
господство определённых субъектов над своими конкурентами. Сами по себе
участники гражданского оборота в своём первоначальном статусе имеют
неравное экономическое положение. Это обусловлено теми различиями,
которые касаются их ресурсов (материальных, финансовых,
информационных, кадровых и др.). Поэтому вполне естественно, что у
экономически сильных субъектов есть стремление к упрочению
собственного положения в определенной сфере деятельности. Они начинают
диктовать своим контрагентам те условия, которые удобны им самим в части
договоров. Например, это достигается при заключении соглашений,
направленных на проведение общей ценовой политики, если она затрагивает
рынок определенного товара.
Указанные обстоятельства выступают факторами, которые неизбежны
в рамках условий, поддерживающих рыночную экономику. Поэтому
законодатель устанавливает определенные ограничения, обязательные к
соблюдению со стороны договаривающихся субъектов.
Например, сложившаяся модель по публичным договорам даёт
потребителю право заставить коммерческую организацию, занимающуюся
публичной деятельностью в области продажи товаров (а равно работ или
услуг), заключить с ним соответствующий договор. Это заложено в ст. 426
ГК РФ.
1
Федеральный закон от 08.03.2015 N 42-ФЗ "О внесении изменений в часть первую
Гражданского кодекса Российской Федерации" // Собрание законодательства Российской
Федерации. – 2015. - N 10. - ст. 1412.
45
Если сторона присоединилась к договору, составленного по
стандартной форме, она наделяется правом потребовать внести изменения
или вовсе расторгнуть такой договор. Но данное условие действует тогда,
когда такой договор имеет очевидные обременительные условия для
заинтересованной стороны в соответствии со ст. 428 ГК РФ.
Чтобы защитить конкуренцию в рамках товарного рынка, закон
признаёт в качестве недействительных те условия из договора коммерческой
концессии, по которым у правообладателя есть право на определение цены.
Такая цена распространяется на продажу товаров уже со стороны
пользователя. Равным образом правообладатель может диктовать условия,
направленные на ограничение деятельности пользователя по выбору для себя
покупателей (заказчиков), если это касается соответствующей продукции (по
п. 2 ст. 1033 ГК РФ).
Исходя из этого, отдельные авторы обосновывают действие принципа,
направленного на специальную защиту более слабой стороны в рамках
определённых договоров. Данный принцип уточняет действие таких
общеправовых принципов, как справедливость, добросовестность и запрет на
злоупотребление субъективным правом. Он выполняет т.н. «корректирующее
воздействие», если речь идёт именно о свободе договора
1
.
Как полагает М.И. Брагинский, содержащиеся в законах ограничения,
затрагивающие свободу договора, имеют сразу три цели:
- по защите более слабой стороны в рамках определенного договора;
- по защите интересов, которые возникают у кредиторов;
- по защите некоторых публичных интересов, имеющихся у
государства либо у всего общества
2
.
1
Фабричная Т.Б., Гаврилова А.С. Свобода договора и её пределы // В сборнике:
Современные проблемы права глазами молодых ученых. Сборник статей участников
Международной научно-практической конференции. Научные редакторы: В.Ю.
Толстолуцкий, А.И. Юматов, В.А. Колосова; Арзамасский филиал ННГУ. 2018. С. 528
2
См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С. 159 (автор главы - М.И.
Брагинский).
46
Данное утверждение вполне соответствует сложившемуся
правопорядку. Подобные же предпосылки, способствующие ограничению
свободы договора, выделяются также представителями из зарубежной
правовой науки.
Так, по англо-американской доктрине ограничение свободы договора
основано на необходимости защищать именно интересы государства, а также
интересы потребителей, если они вступают в сделки с предпринимателями.
Равным образом ограждаются интересы самих кредиторов от
неблагоприятных последствий вступления в договоры
1
. Если не соблюдаются
установленные ограничения, то последствия зависят от того характера,
которые приобретает допущенное нарушение. Например, может последовать
ничтожность договора (именуется формулой «null and void»), а равно его
оспоримость (категория «voidable»). Кроме того, существует
непринудительность исполнения договора (термин «unenforceable»).
По законодательству таких стран, как Германия, Австрия, Франция и
ряда других европейских государств, также содержатся предписания по
ограничению свободы договора. Они направлены на защиту тех интересов,
которыми может обладать более слабая сторона. В частности, это касается
работников по трудовому договору, заемщиков, если речь идет о договоре,
способствующем потребительскому кредитованию. Равным образом речь
идёт о нанимателе, если это договор по найму определенного жилого
помещения. Если такие условия не соблюдаются, то возникает риск
недействительности либо всего договора, либо его несоответствующей
закону части
2
.
Вся совокупность ограничений, затрагивающих свободу договора,
подлежит классификации. Для этого используются различные основания.
1
См.: Осакве К. Свобода договора в англо-американском праве: понятие, сущность
и ограничения // Журнал российского права. 2006. N 8. С. 132.
2
Царенок Н.С. Свобода определения условий договора // Крымский
Академический вестник. 2018. № 6. С. 165
47
Так, у тех, кто придерживается взгляда о субъективности свободы
договора (например, Ю.Л. Ершов), отмечают необходимость разграничения
пределов и собственно ограничений, выделяемых у свободы договора. В
частности, пределы – это те общие требования, которые предъявлены по
осуществлению определённого субъективного гражданского права. К их
числу относится потребность в соблюдении тех прав и законных интересов,
которыми могут обладать третьи лица. Сюда же относится обязательность
соблюдения публичного порядка и запрет на злоупотребление субъективным
правом.
Если контрагенты нарушают упомянутые пределы, то договор с их
участием подлежит признанию в качестве ничтожного (согласно ст. ст. 168 -
170 ГК РФ).
Что же касается ограничений в свободе договора, то они имеют
частный характер. Из-за этого последствия, возникающие в связи с их
несоблюдением, имеют более мягкий характер. Так, это оспоримость
договора согласно ст. ст. 173, 174 ГК РФ. Равным образом сюда относится
возможность заставить заключить договор в соответствии со ст. 426 ГК РФ
либо внести в него изменения или вовсе расторгнуть данный договор, если
этого требует определенная сторона (по ст. 428)
1
.
К.И. Забоев полагает необходимым дополнить систему пределов,
установленных для договорной свободы. В частности, речь идёт о тех нормах
из ГК РФ, которые касаются правосубъектности, а также
оборотоспособности применительно к объектам гражданских прав. В
качестве ограничений данный автор называет лишь частные исключения,
которые есть у принципа свободы договора. Например, это требования по
субъектному составу, если речь идёт об отдельных видах договоров. Сюда же
отнесены требования, затрагивающие предмет и другие существенные
условия, выделяемые у договоров. Равным образом ограничения касаются
договорной формы, необходимости прохождения государственной
1
См.: Ершов Ю.Л. Указ. соч. С. 111 - 112.
48
регистрации, а также закреплённая по закону необходимость заключить
определенный вид договора
1
.
В рамках научной литературы есть другие классификации, связанные с
ограничениями свободы договора. Например, сюда можно отнести
разделение внутренних и внешних ограничений. Так, внутренние (или
субъективные) ограничения касаются требований, добровольно возложенных
на себя контрагентом. Это встречается у предварительных договоров (по ст.
429 ГК РФ) и у договоров по агентированию, содержащих оговорки по
неконкуренции (согласно ст. 1007 ГК РФ). Под внешними же ограничениями
понимаются нормы из ГК РФ и из других федеральных законов, если они
предусматривают обязательность по заключению договора (например, ст. 426
ГК РФ. Равным образом они могут предписывать определённый вид
договора, а также обязательное включение в специальный договор некоторых
условий
2
.
По англо-американскому праву выделяются т.н. «надзорные доктрины»
(именуются «policing doctrines»). Ещё их принято именовать «надзорными
теориями» («policing theories»). По ним надо определиться с моментом по
завершению действия свободы договора, чтобы начать «разрешительное
правовое регулирование» заключённых договоров
3
. В подобных доктринах
определяются вопросы, посвящённые волеизъявлению контрагентов. Они же
затрагивают форму договора, определяют его содержание, предписывают
порядок по изменению и расторжению договорных связей. Они могут
устанавливать правила по оборотоспособности применительно к объектам
договора, по перемене лиц в подобном договоре. Тем самым «надзорные
доктрины» включают в себя ключевые стадии, выделяемые в договорном
процессе. Они касаются не только заключения договора, но и его
прекращения.
1
См.: Забоев К.И. Указ. соч. С. 186 - 187.
2
Печенкин И.П. Свобода договора в гражданском праве Российской Федерации //
Проблемы науки. 2018. № 11 (35). С. 31
3
Акимов В.И. Свобода выбора договора // Крымский Академический вестник.
2018. № 5. С. 9
49
Разнообразие научных классификаций касательно ограничений,
существующих в свободе договора, многие исследователи стараются
излагать их в одинаковой системе. Так, подобные ограничения обычно
группируются на основе триады элементов, выделяемых у свободы договора
(по ст. 421 ГК РФ). Эти элементы и подвергаются соответствующему
ограничению.
Исходя из этого, целесообразно выделять три комплекса подобных
ограничений:
- ограничения, связанные с заключением или с запретом на заключение
соответствующего договора, в том числе запрет на выбор определённого
контрагента по договору;
- ограничения, связанные с видом подлежащего заключению договора,
в том числе запрет на заключение непоименованного или смешанного
договора);
- ограничения, касающиеся определённых условий договора, которые
вырабатывают самим сторонами, т.е. ограничивают диапазон их усмотрения
по договорным условиям.
Ограничения первого комплекса выражаются в следующих формах:
- в конструкции, определяющей публичный договор, т.е. по ст. 426 ГК
РФ;
- ситуации, при которых заключение договора происходит в
обязательном порядке. Это касается как добровольно принятого
обязательства по заключению договора (через ст. 429 ГК РФ), так и
обязательного заключения определённого государственного контракта,
направленного на поставку чего-либо в государственный резерв со стороны
поставщика, которые занимает доминирующее положение применительно к
товарному рынку
1
. Сюда же можно отнести обязанность заключить договор,
направленный на обязательное страхование, т.е. по п. 2 ст. 927 ГК РФ;
1
См. п. 4 ст. 9 Федерального закона от 29 декабря 1994 г. N 79-ФЗ (ред. от
05.04.2016) "О государственном материальном резерве" // Собрание законодательства
Российской Федерации. – 1995. - N 1. - ст. 3; 2016. - N 15. - ст. 2066.
50
- принудительный выкуп определённых объектов по ст. ст. 238 - 241,
293 ГК РФ;
- преимущественные права, принадлежащие отдельным субъектам,
касательно заключения договора (например, по ст. ст. 250, 621, 684 ГК РФ)
1
.
В качестве общего ограничения применительно к свободе выбора
определённого вида договора выступает требование из закона касательно
соответствия волеизъявления действительной воле сторон. Когда происходит
определение подходящей договорной конструкции, под котором понимаются
типы и виды заключаемых договоров, необходимо следовать целой
совокупности факторов. В частности, к ним относится юридический
результат (именуется категорией «cause»). Он является стремление сторон.
Также сюда относится предмет договора в виде индивидуально-
определенных или родовых вещей. Не меньшее значение приобретают
особенности в субъектном составе возникающих отношений (например, есть
ли в них потребитель или предприниматель. Повлиять может и встречное
предоставление, если речь идёт о возмездных или безвозмездных договорах.
Например, исходя из признака направленности по определенному
результату, принято делить договоры на следующие группы обязательств:
- договоры, связанные с возмездной реализацией имущества;
- договоры, направленные на возмездную передачу имущества для его
последующего использования;
- договоры, опосредующие безвозмездную передачу имущества на
праве собственности или в рамках его использования, а равно договоры по
выполнению работ и договоры по оказанию определенных услуг
2
.
Гипотетически выбранные сторонами договорные конструкции
должны быть адекватны тем экономическим отношениям, которые реально
складываются между определёнными субъектами. Но расхождения от этих
1
Чекаренко Г.В. Свобода изменения или расторжения договора // Крымский
Академический вестник. 2018. № 5. С. 154
2
Горина О.И. Свобода договора – миф или реальность? // Экономика, социология и
право. 2018. № 1. С. 13
51
конструкции могут исходить из заблуждения определенной стороны
касательно природы договора (по ст. 178 ГК РФ). Также они могут быть
связаны с умышленными действиями, совершёнными обеими сторонами,
заключившими притворную сделку, чтобы скрыть ею другой договор (по п. 2
ст. 170 ГК РФ).
В подобных вариациях обычно используется формулировка
«злоупотребление свободой договора». Это происходит в ущерб тем
интересам, которые могут быть у третьих лиц. Например, интересам,
выделяемым у кредиторов, у сособственников, у субъектов
преимущественных прав. Равным образом это может повлечь ущерб для
публичных интересов. В частности, при получении необоснованной
налоговой льготы или более льготного процента по налогам, кредитам,
субсидиям.
Выбор определённого вида договора ограничен при наличии со
стороны закона предписаний о строго определенном договоре,
оформляющем соответствующие правоотношения. Закон может запретить
использовать определенную договорную модель. Примером такого правила
может служить ст. 835 ГК РФ. По ней привлечение денежных средств для
вкладов принадлежит только банкам. Если происходит привлечение
денежных средств, принадлежащих гражданам, чтобы построить
многоквартирный дом, то оно оформляется исключительно договоров на
участие в долевом строительстве. Равным образом может произойти
членство в рамках жилищно-строительных или жилищно-накопительных
кооперативах
1
.
Что же касается ограничений второго комплекса, то они находятся в
Законе о торговле. Так, установлен запрет для хозяйствующих субъектов,
осуществляющих поставки определённых продовольственных товаров для
1
См.: п. 2 ст. 1 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ (ред. от
25.12.2018) "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных
объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ"
// Собрание законодательства Российской Федерации. – 2005. - N 1 (часть 1). - ст. 40; 2018.
- N 53 (часть I). - ст. 8404.