54
необоснованное использование норм ст.428 ГК как средства диктата воли
одной стороны.
Фактически заключение договора присоединения в конкретных
отношениях в тот или иной момент времени находится в прямой зависимости
от воли определенного субъекта. Большая часть договоров, которые
заключаются между коммерческими организациями и гражданами, по сути
относятся к договорам присоединения, поскольку у гражданина отсутствует
реальная возможность включить в договор собственные условия. Зачастую
возникают ситуации, где договор присоединения представляет собой всего
лишь способ навязать свои условия присоединяющейся стороне, избегая тем
самым преддоговорных споров.
1
Как отмечает Д.В. Мечетин, несмотря на широкое использование
договоров присоединения в современных условиях, в российском
законодательстве не уделяется значительного внимания вопросам правового
регулирования данных договоров. Гражданский кодекс содержит лишь общие
положения, оставляя широкий простор для усмотрения сторон.
2
Нередки ситуации, в которых договоры присоединения - это способ
навязать присоединяющейся стороне невыгодные для нее условия и избежать
преддоговорных споров. В стандартные формы включаются условия,
создающие дисбаланс в правах и обязанностях сторон, условия, направленные
на одностороннюю выгоду контрагента, предлагающего формуляр.
Присоединяющаяся сторона оказывается без надлежащей правовой защиты.
Экономически сильные контрагенты используют договоры присоединения в
качестве удобного инструмента для навязывания собственной воли:
доминирующая сторона устанавливает в отношении себя договорные
преимущества, которые она не смогла бы получить, используя свободное
обсуждение условий договора.
3
1
Игнатенко Е.И. Указ. соч. С. 682.
2
Мечетин Д.В. Договор присоединения: новеллы законодательства // Юридическая
гносеология. – 2016. - № 1. – С. 44.
3
Там же. С. 44.
55
Данные обстоятельства не способствуют добросовестности контрагентов,
негативно влияют на характер регулирования договорных отношений,
постепенно превращая гражданское право в отрасль формальных соглашений.
Угнетаются важнейшие гражданско-правовые принципы - равенства субъектов
и свободы договора.
В научной литературе неоднократно высказывалось мнение относительно
необходимости совершенствования правового режима договора присоединения,
однако ст. 428 ГК РФ оставалась неизменной более 20 лет.
Наконец, Федеральный закон от 8 марта 2015 г. № 42-ФЗ
1
внес
определенные коррективы в законодательное регулирование данных договоров,
направленные на последовательное проведение в правовую жизнь принципа
добросовестности и достижение баланса интересов участников гражданско-
правовых отношений
2
, которые заслуживают внимания и надлежащей оценки.
В первую очередь изменения коснулись п. 2 ст. 428 ГК РФ. Статья
дополнена новым абзацем, нормами которого устанавливается, что … в случае
изменения или расторжения договора судом, договор считается действовавшим
в измененной редакции либо соответственно не действовавшим с момента его
заключения.
Данное нововведение заслуживает всемерной поддержки, поскольку
позволяет контрагенту, которому были навязаны несправедливые условия, в
полной мере избежать связанных с этим издержек. Противоположная сторона
лишается возможности извлечения какой бы то ни было выгоды из своего
недобросовестного поведения. Ранее изменения договора вступали в силу с
момента вступления в законную силу решения суда.
3
Учитывая длительность
отдельных судебных разбирательств, значение новой редакции п. 2 ст. 428 ГК
трудно переоценить. Согласимся, что новое законоположение призвано
1
Федеральный закон от 08.03.2015 N 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую
Гражданского кодекса Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. – 2015. - №
10. - Ст. 1412.
2
Новак Д. Реформа договорного права: некоторые итоги // Закон. - 2015. - № 6. - С. 22-23.
3
Мандрюков А.В. Основные изменения положений ГК РФ о договорах // Актуальные
вопросы бухгалтерского учета и налогообложения. - 2015. - № 6. - С. 60-69.
56
способствовать повышению эффективности защиты присоединившейся
стороны.
1
Это подтверждается и практикой. Так, в Постановлении Арбитражного
суда Западно-Сибирского округа от 13.05.2016 по делу N А46-6695/2015
2
суд
отказал в кассационной жалобе ответчика (арендодателя), указав что судами
установлено явное неравенство переговорных возможностей при заключении
договора аренды.
Судами установлено, что в отсутствие возможности для заключения
договора на иных условиях, предприниматель вынужден был согласиться на
предложенную редакцию арендодателя, в том числе на применение к арендным
отношениям Правил для арендаторов помещений в одном из торговых
комплексов г. Омска, согласно которым размещение рекламных конструкций
возможно лишь с письменного согласия арендодателя. Не получив разрешения
на установление рекламы с целью привлечения клиентов, арендатор обратился
с письмом к арендодателю с просьбой расторгнуть договор. Не получив
согласия на расторжение договора аренды, арендатор был вынужден
обратиться в суд. Принимая во внимание уровень профессионализма
предпринимателя, а также то, что арендатор был поставлен в положение,
существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных
условий договора, суды пришли к обоснованному выводу о наличии у истца
права требования расторжения договора аренды и удовлетворили заявленные
требования.
Тем не менее, говорить о полном преодолении негативных последствий
заключения подобных договоров в настоящее время не приходится, поскольку
решение суда относительно расторжения или изменения договора затрагивает
1
Гражданский кодекс Российской Федерации. Общие положения о договоре. Постатейный
комментарий к главам 27-29 / В.В. Витрянский [и др.]; под ред. П.В. Крашенинникова. - М.:
Статут, 2016. С. 107.
2
Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13.05.2016 N Ф04-
1664/2016 по делу N А46-6695/2015 [Электронный ресурс] // Сайт КонсультантПлюс. -
Режим доступа: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=AZS;n=133276#0
(дата обращения: 10.10.2017)
57
только контрагента, обратившегося за защитой своих прав. Многократность и
массовость заключения договоров присоединения предполагает необходимость
применения превентивных мер гражданско-правового характера, исключающих
возможность массового нарушения прав. В силу этого представляется
разумным установление обязанностей изменения условий договоров
присоединения в отношении всех контрагентов, в случае выявления в договоре
несправедливых условий, а не только в отношении тех, кто обратился за
защитой нарушенных прав.
1
Заметим также, что в действующем российском
законодательстве закреплена конструкция именно договора присоединения
2
, а
не институт стандартных условий договора. Думается, что имплементация
категории стандартных условий договора в отечественное гражданское право
позволит более эффективно реализовать данное предложение.
Особый интерес представляет новая редакция п. 3 ст. 428 ГК.
Справедливости ради отметим, что новой редакцией именовать ее возможно
только с высокой долей условности, поскольку фактически прежняя норма п. 3
ст. 428 ГК утратила силу, а ст. 428 ГК дополнена пунктом абсолютно нового
содержания. Использование подобной юридической техники наводит на мысль
о стремлении законодателя придать внесенным изменениям некий оттенок
«несущественности». Представляется куда более логичным изложение данного
дополнения в виде отдельного п. 4 ст. 428, поскольку внесенные в п. 3 ст. 428
ГК изменения имеют самостоятельное значение и никоим образом не связаны с
предыдущей редакцией статьи.
Ранее действующая формулировка п. 3 ст. 428 ГК фактически не
оставляла возможностей для расторжения договора присоединения субъектами
предпринимательской деятельности по основаниям п. 2 ст. 428 ГК. Хотя
законодатель и предусматривал возможность применения специальных
оснований изменения или расторжения договора в отношении
1
Мечетин Д.В. Договор присоединения: новеллы законодательства // Юридическая
гносеология. – 2016. - № 1. – С. 45.
2
Право и экономическая деятельность: современные вызовы: моногр. / Е.Г. Азарова [и др.];
отв. ред. А. В. Габов. - М.: ИЗиСП: Статут, 2015. С. 197.
58
присоединившегося контрагента-предпринимателя, на практике такая
возможность исключалась в силу того, что предприниматель всегда знал или
должен был знать, на каких условиях заключает договор.
1
Обновленный п. 3 ст. 428 ГК по сути устанавливает дополнительное
основание для изменения или расторжения гражданско-правового договора при
неравенстве переговорных возможностей сторон, при котором одна из сторон
поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного
содержания отдельных условий договора, определенных контрагентом.
В данной норме предпринята попытка преодолеть договорный произвол
сильной стороны договора. Несмотря на благие цели, думается, что данная
формулировка п. 3 ст. 428 ГК не свободна от недостатков.
Прежде всего, невозможность изменения предложенных условий
договора противоположной стороной - главный признак договора
присоединения. Поскольку формулировка п. 1 ст. 428 ГК не содержит
оснований, в силу которых одна из сторон лишается права на обсуждение
условий, любые подобные договоры фактически подпадают под определение
договора присоединения, и в данном случае говорить о распространении на них
норм ст. 428 ГК как минимум некорректно. Простого указания на неравенство
договорных возможностей также недостаточно, поскольку для большинства
договоров присоединения подобное неравенство - объективная реальность. К
тому же подписанный сторонами договор присоединения по внешним
признакам может ничем не отличаться от договора свободно обсуждаемого.
Если заключение договора присоединения, таким образом, не влечет за
собой никаких особых (то есть помимо обычных для любого гражданско-
правового договора) последствий, то не ясен смысл закрепления данной
конструкции в действующем кодексе. Законодатель, как отмечает Д.В.
Мечетин, тем самым «легализует саму возможность заключения гражданско-
1
Мечетин Д.В. Договоры присоединения в гражданском праве: вопросы теории и практики:
автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2010. С. 21.
59
правового договора (причем, практически любого) без согласования его
условий с контрагентом».
1
Данный подход «размывает» саму сущность договора присоединения,
усовершенствование правового режима которого позволит установить четкие
критерии возможности отступления от принципа свободы договора в целях
обеспечения баланса интересов сторон. В этой связи особенно остро встает
вопрос о необходимости конкретизации определения договора присоединения,
через указание его дополнительных признаков (например, необходимость
массового заключения однородных договоров). Также представляется
разумным законодательное закрепление обязательного указания в тексте
формуляра на то, что заключаемый договор является договором присоединения
в силу ст. 428 ГК.
Принятая поправка является воплощением устоявшейся судебной
практики. В п. 9 Постановления № 16 было разъяснено, что в случаях,
указанных в статье 428 ГК РФ, суд вправе применить к такому договору
положения пункта 2 данной статьи о договорах присоединения, изменив или
расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.
Подобная позиция суда вполне понятна, однако говорить об ее
соответствии действующему на тот момент законодательству возможно только
при условии признания подобных договоров договорами присоединения,
разъяснение же о необходимости распространения положений ст. 428 ГК РФ на
свободно обсуждаемые договоры можно квалифицировать как попытку
нормотворчества, а не правоприменение.
Следует согласиться с А. Пьянковой, что новеллы п. 3 ст. 428 ГК пока
еще лишены должной теоретической подготовки.
2
Формулировка данного
пункта содержит в себе ряд положений, затрудняющих его применение. В
частности, остается открытым вопрос относительно доказывания явности
неравенства переговорных возможностей сторон. Кроме того, возникает вопрос
1
Мечетин Д.В. Договор присоединения: новеллы законодательства // Юридическая
гносеология. – 2016. - № 1. – С. 45.
2
Пьянкова А. Договор присоединения в новом ГК РФ // ЭЖ-Юрист. - 2015. - № 26. - С. 10.
60
о перспективах разрешения спора, при котором одна из сторон настаивает на
неизменности отдельных условий предлагаемого договора, имеющих для нее
существенное значение и в каких случаях возможно применение к договору
последствий, указанных в п. 2 ст. 428 ГК.
Также необходимо поддержать предложение А. Пьянковой о внесении в
ст. 428 ГК РФ понятия "несправедливые условия договора".
Определение данного термина содержится пока только в Постановлении
№ 16, а именно: «условия, являющиеся явно обременительными для ее
контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон».
Думается введение данной нормы в ст. 428 ГК РФ сделает правила о
договорах присоединения более полными и понятными для судов и участников
правоотношений.
При этом сама по себе норма п. 3 ст. 428 ГК имеет право на
существование, поскольку призвана предупреждать сепаратные
злоупотребления на этапе заключения и исполнения договорных обязательств
за счет необоснованных преимуществ одного контрагента над другим.
1
Однако
должна быть доработана и конкретизирована не в контексте договора
присоединения, а получить самостоятельное развитие в рамках гл. 29 ГК РФ.
Обозначенные недостатки правового регулирования договора
присоединения указывают на необходимость дальнейшего развития и
совершенствования действующего законодательства в этой части.
Кроме того, в силу массовости заключения договоров присоединения в
современных экономических условиях, когда коммерческий субъект не желает
терять время на выработку индивидуальных условий договора с каждым
потребителем, интерес вызывает предложение, сформулированное в
диссертационной работе Д.В. Мечетина. В целях обеспечения соблюдения
законных интересов как участников договорных отношений, так и государства,
автор считает необходимым осуществлять проверку законности заключаемых
1
Синицын С.А. Защита интересов слабой стороны договора: исключение из принципа
относительности договорных обязательств как проявление тенденции социализации в
развитии современного гражданского законодательства? // Адвокат. - 2015. - № 10. - С. 20.
61
договоров присоединения, в связи с чем учредить специальный
государственный орган, с компетенцией правовой экспертизы договоров
присоединения.
1
Думается, указанное предложение заслуживает самого пристального
внимания со стороны юридической науки и государства.
2.3. Оценочные понятия и иные ограничения свободы договора
Помимо закрепленных законодателем конкретных императивных норм,
которым заключаемые договоры должны соответствовать и которые
указывают, какие условия сторонам согласовывать запрещено (нормы о
публичном договоре, правовой режим договоров присоединения и иные),
существует такая модель ограничения свободы договора, которая требует от
законодателя или высших судов закрепления на уровне закона или судебной
практики общих оценочных понятий, которым сделка и ее условия должны
соответствовать. Эта модель ограничения свободы договора фактически
предоставляет основную долю оценки соответствия конкретных договорных
условий оценочным понятиям судам, рассматривающим конкретный спор.
2
Такая ретроспективная модель ограничения свободы договора
оценочными понятиями в литературе именуется как ex post контроль свободы
договора. Таким образом, вопрос об ограничении свободы договора
оценочными критериями решается только при передаче соответствующего дела
на рассмотрение в суд. Последний, как правило, по ходатайству (или
встречному иску) стороны, считающей, что ее права нарушены (например,
понятия добросовестности или кабальности), либо по собственной инициативе
(например, критерий публичного порядка) подвергает спорное условие или
договор в целом проверке на соответствие неким оценочным категориям
1
Мечетин Д.В. Договоры присоединения в гражданском праве: вопросы теории и практики:
автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2010. С. 14.
2
Андреева Л.В. Развитие принципа свободы договора в Гражданском кодексе Российской
Федерации / Проблемы реализации принципов права в предпринимательской деятельности:
монография / отв. ред. В.А. Вайпан, М.А. Егорова. - М.: Юстицинформ, 2016. С. 109.
62
должного содержания договоров (справедливого, морального, разумного,
добросовестного и т.д.). Если мнение суда таково, что воля сторон
противоречит этим оценочным понятиям, то он правомочен не признать
юридическую силу контрактных условий, противоречащих этим оценочным
понятиям.
1
Законодатель не всегда успевает за быстро развивающимися
договорными отношениями и не всегда вовремя вводит вызванные
существующими реалиями необходимые нормы в целях того или иного
ограничения свободы договора, поэтому недобросовестные участники оборота
часто довольно быстро находят обходные пути достижения своих целей. Кроме
этого, законодатель, желающий ограничить свободу сторон в определении тех
или иных условий договора, не может предусмотреть в законе все возможные
действия участников. Он высказывается лишь по тем ситуациям, которые носят
типичный характер, а не по тем, которые в принципе могут случиться.
2
Поэтому достаточно сложно для каждой нормы закона расписать в деталях все
случаи, например, запрещенного недобросовестного поведения и сделать
необходимые исключения; намного проще договориться о том, что
недобросовестность запрещена вообще.
3
Ввиду этого оценочные понятия видятся как необходимый способ
судебного контроля справедливости в уже заключенных договорах.
К оценочным понятиям можно отнести, например, следующие
встречающиеся в гражданском праве термины:
- добросовестность (п. 3 ст. 1, п. 5 ст. 10 ГК, п. 3 ст. 307 и др.), в том числе
добросовестность при ведении переговоров о заключении договора (п. 2 ст.
434.1 ГК РФ);
1
Карапетов А.Г. Свобода договора и ее пределы. Т.2: Пределы свободы определения
условий договора в зарубежном и российском праве. / А.Г. Карапетов, А.И. Савельев. - М.:
Статут, 2012. С. 5-6.
2
Давлетова А.Р., Лескова Ю.Г. К вопросу о пределах свободы заключения
непоименованного договора // Власть Закона. - 2014. - № 2. - С. 37.
3
Карапетов А.Г. Свобода договора и ее пределы. Т.2: Пределы свободы определения
условий договора в зарубежном и российском праве. / А.Г. Карапетов, А.И. Савельев. - М.:
Статут, 2012. С. 7.
63
- злоупотребление правом (п.п. 1-4 ст. 10 ГК и др.), в том числе обход
закона (п.п 1, 3 ст. 10 ГК);
- основы правопорядка (ст. 169 и др.);
- справедливость (п. 3 ст. 451, п. 1 ст. 308.3 ГК и др.);
- разумность (п. 2 ст. 6, п. 3 ст. 53 ГК и др.);
- баланс интересов сторон договора (п.п. 3, 5, 9, 10 Постановления № 16);
- и другие.
Приведем некоторые примеры применения оценочных понятий при
рассмотрении споров судами.
Например, при несоответствии договора таким оценочным понятиям, как
основы правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК), суды могут признавать
соответствующие условия или сделку в целом ничтожными. Недействительное
условие или договор не порождает соответствующих правовых последствий и
не требует подачи иска о признании такого договора или его условий
ничтожными. Примером может служить договор обращения в рабство, в
отношении которого в Гражданском кодексе нет явного запрета в заключении,
но очевидно, что такой договор будет является ничтожным в соответствии со
ст. 169 ГК.
В Постановлении Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от
08.02.2016 N 16АП-5165/2015 по делу N А63-8185/2015 суд разъяснил, что
нарушение стороной сделки закона само по себе не означает, что сделка
совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или
нравственности. Для применения ст. 169 ГК РФ необходимо установить, что
цель сделки, а также права и обязанности сторон заведомо противоречили
основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки
действовала умышленно.
1
1
Постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2016 N 16АП-
5165/2015 по делу N А63-8185/2015 [Электронный ресурс] // Сайт КонсультантПлюс. -
Режим доступа: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=RAPS016;n=34394#0
(дата обращения: 11.10.2017)