64
гражданина, официальных государственных символов (флагов, гербов, гимнов),
религиозных символов, объектов культурного наследия (памятников истории и
культуры) народов Российской Федерации, а также объектов культурного
наследия, включенных в Список всемирного наследия.
Онтологическое стремление человека к определённому идеалу отношений
диктует условия постоянной оценки человеческой деятельности, которая не-
возможна без сравнения чего-либо и тесно связана с наличием эталонов, мерок.
В оценочном формате каждый оценщик всегда стремится к линии добросовест-
ности и справедливости, при этом неважно, насколько совершенна соответ-
ствующая моральная или правовая система, т. е. как выбрано начало отсчета
50
,
главное, что в своей деятельности все субъекты отношений стремятся к
эталонной величине, которой выступает идея справедливости. О. В. Марты-
шин отмечал, что право является ценностью второстепенного характера,
потому что оно служит средством для реализации высших ценностей – в
первую очередь справедливости
51
. Таким образом, добросовестность и справед-
ливость, как неразрывные категории, являясь первичным понятием нравствен-
ности, распространяют свои требования и на область правоведения, обеспечи-
вая действие в праве моральных норм.
И последующее, как принципы гражданского права добросовестность и
справедливость выполняют координирующую функцию. Эта функция
выражается в том, что само содержание оценочного понятия "добросовест-
ность" и "справедливость", обладая свойством историчности, о чём сказано в
главе 1 настоящей диссертации, видоизменяются вместе со сменой
экономических, политических и социальных стандартов, координируя таким
образом интересы субъектов гражданских правоотношений в контексте
изменяющихся условий гражданского оборота. Ещё И. А. Покровский отмечал,
что "всякое законодательство, даже самая пространная кодификация, нередко
обнаруживает пробелы – часто потому, что в момент своего создания не имело
50
См. Ольков С. Г. Теория моральных и правовых многомерных оценочных пространств // Право и по-
литика, 2006. - № 2. - С. 25.
51
См.: Мартышин О. В. Нравственные основы теории государства и права // ГиП. - 2005. - № 7. - С. 6
65
перед собой тех жизненных явлений, которые развернулись впоследствии"
52
.
Всё ускоряющаяся динамика и сложность современного гражданского
оборота, урегулирование гражданских отношений в таком формате, немыслима
без оценочных понятий, таких как добросовестность и справедливость по той
причине, что эти оценочные категории, являясь специальными средствами ши-
рокого спектра действия, включающие в себя ёмкое правовое содержание, спо-
собны урегулировать любые видоизмёненные или вновь возникшие явления
повседневной жизни. В частности, В. В. Степанян отмечает, что в отличие от
других категорий, носящих оценочный характер, в данном случае производится
оценка не отдельных, изолированных друг от друга явлений, а их
соотношение
53
. Добросовестность и справедливость, как проявление меры,
является критерием, определяющим границы между правовыми состояниями,
правовыми и неправовыми явлениями
54
.
Таким образом, закрепив указанные понятия в Гражданском кодексе РФ
в качестве норм права, законодатель обеспечивает целесообразное правди-
вое соотношение между интересами субъектов правоотношений в зависи-
мости от особенностей конкретных обстоятельств. Возможность прибегать к
требованиям добросовестности и справедливости придаст гражданскому
законодательству свойство гибкости. Все функции добросовестности и
справедливости являются равноценными и синергетически связанными, где
повышение или понижение правовой роли одной из них невозможно, ибо
может привести к дисбалансу в общественных отношениях. Функции доб-
росовестности и справедливости проявляются в различных гражданско-
правовых конструкциях и находят воплощение во многих нормах
Гражданского кодекса Российской Федерации.
52
Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права. - С. 90.
53
См. Степанян В. В. Указ. соч. - С. 16.
54
См. Нурмагамбетов А.А. Оценочные понятия как критерии ограничения свободы гражданско-
правового договора // Журнал российского права. 2007. - № 2. - С. 131.
66
Критерии категорий принципов добросовестности и справедливости
в современном российском гражданском праве
Важным моментом на пути цивилистического понимания роли и места
принципов добросовестности и справедливости в гражданском праве как пра-
вовых категорий, помимо функциональных свойств принципов, является выяв-
ление критериев их применения. Тематика определения критериев принципов
добросовестности и справедливости в гражданском праве является важной и
одновременно сложной в своём развитии и необходимой для правильного и
единообразного применения данной категории. Поэтому нами предлагается из
совокупной массы критериев выделить общие и частные критерии принципов
добросовестности и справедливости в гражданском праве. Общие критерии
принципов добросовестности и справедливости должны быть соотнесены
к законодательной деятельности при создании нормативных предписаний, на-
правленных на регламентацию всех общественных отношений, и их примене-
ния в правоприменительной деятельности при разрешении конкретных граж-
данских дел. Частные критерии должны применяться в правоприменительной
деятельности при разрешении гражданских дел в зависимости от специфики
конкретных правоотношений и особенностей участвующих в них субъектов.
Продолжая анализировать эту тематику и делать выводы с позиции со-
циологии права, видим, что социальные отношения в обществе – это "сложная
система обменов, обусловленных способами уравновешивания вознаграждения
и затрат"
55
, где отношения между субъектами права строятся, исходя из равен-
ства субъектов и их обособленности, а предметом обмена являются матери-
альные и нематериальные блага, имеющие свою эквивалентность. Поэтому об-
щими критериями категорий добросовестности и справедливости, как принци-
пов гражданского оборота, предложено признать соразмерность (для граждан-
ского права в целом) и эквивалентность (для отношений, предполагающих об-
мен). Эквивалентность подразумевает контрагентные действия субъектов пра-
ва, в рамках их гражданских прав, исходя из равноценности обмениваемых
55
Кравченко А. И. Общая социология: Учебное пособие. М: ЮНИТИ. 2004. - С. 213.
67
благ. Говоря о соразмерности, в законодательных предписаниях должна быть
заложена единая размерность (мерило), что должно служить основанием для
ориентации субъектов гражданских правоотношений и может быть использо-
вано в качестве оценки измерения добросовестности и справедливости.
Подобная мера должна составлять основу и тех отношений, которые, хотя
и не урегулированы гражданским законодательством, но относятся к числу
гражданско-правовых. О справедливости можно говорить тогда, когда при об-
мене благами материального и нематериального характера, предоставляемое и
получаемое в результате обмена соответствует их представлениям о ценности
обмениваемого и получаемого и удовлетворяет потребностям субъектов обмена
благами. Справедливый обмен – это обмен эквивалентный. Эти критерии отра-
жают двуединую сущность добросовестности и справедливости как мерной и
ценностной категории.
Принципы добросовестности и справедливости, лежащие в основе граж-
данского законодательства, уже были закреплены в качестве норм права Граж-
данского кодекса РФ. Реформа Гражданского кодекса РФ дала принципу доб-
росовестности второе дыхание, превратив его в самостоятельную правовую ка-
тегорию, закрепив при этом добросовестность в Кодексе, в качестве закона.
Внесённые изменения в ГК РФ, касающиеся добросовестности, сохранив его
оценочное положение полностью и, даже сделав его популярнее, трансформи-
ровали этот принцип в правовую категорию "добросовестность", которая стала
самостоятельной нормой права, применяемой для гражданского оборота и раз-
решения спорных вопросов в судебном и ином порядке.
В силу ранее действовавших законоположений категории "добросовест-
ность" отводилась роль резервного механизма установления прав и обязанно-
стей участников гражданских отношений. То есть раньше к вопросу добросове-
стности обращались лишь тогда, когда соответствующие права и обязанности
не были прямо урегулированы законом. Суды и иные органы власти принцип
добросовестности, при разрешении вопроса по существу, относили к своей
личной компетенции и применяли его в качестве опосредованного дискрецион-
68
ного права в конкретных сложившихся обстоятельствах дела. Следует при-
знать, что на практике в таком контексте принцип добросовестности почти не
применялся. В действовавшей норме, п. 3 ст. 10 ГК РФ, добросовестность уча-
стников гражданских правоотношений связывалась лишь с теми случаями, ко-
гда в силу прямого указания закона возможность защиты гражданских прав бы-
ла поставлена в зависимость от добросовестности их осуществления. В таком
смысловом контексте принцип добросовестности, в частности, применялся в
качестве основания для приобретения права собственности по приобретатель-
ской давности (ст. 234 ГК РФ), а также в качестве условия защиты прав вла-
дельца при подаче виндикационного иска (ст. 302 ГК РФ). Таким образом,
формально добросовестность в обеих приведенных нормах рассматривалась как
категория субсидиарного (вспомогательного) порядка, а не как общая базовая
норма поведения для всех участников гражданских правоотношений. При этом
доктринально добросовестность всегда рассматривалась как основной принцип
гражданского права, но, не будучи указанной в законе в качестве нормы права,
не воспринималась долженствующим образом судами при разрешении кон-
кретных споров. Более того, такой подход к формулированию и пониманию
принципа добросовестности и его практического применения создавал в судах
множество споров, в которых оспаривались действия сторон с точки зрения их
формального несоответствия каким-либо требованиям законодательства, и од-
новременно при полном игнорировании применения принципов добросовест-
ности и справедливости для разрешения спорных вопросов. Принцип добросо-
вестности, воспринимаемый на практике как нечто важное, но имеющее размы-
тые границы, не позволял сформировать единую судебную практику, столь не-
обходимую для судопроизводства. Затягивание судебных процессов, ввиду
длительности споров о необходимости применения принципа добросовестности
для разрешения спора в пользу той или иной стороны, также имели место в су-
дебной практике, что никак нельзя назвать позитивной стороной судебного де-
ла. Именно поэтому с целью устранения дестабилизации гражданского оборота
законодатель внёс существенные поправки в гражданское законодательство в
69
отношении конкретизации восприятия значимости принципов добросовест-
ности и справедливости, их толкования и обязательности применения этих
принципов при разрешении спорных вопросов. С 1 марта 2013 года это стало
обязательной нормой.
Следует сказать, что в Пояснительной записке К проекту Федерального
закона "О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую
Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законода-
тельные акты Российской Федерации" законодателем отмечается, что норма-
тивное закрепление принципа добросовестности позволит не только установить
важнейшие ориентиры поведения субъектов права, но и более широко приме-
нять меры гражданско-правовой защиты в случаях недобросовестных действий
участников оборота. Лицо, показавшее свою недобросовестность в контрагент-
ных отношениях, получает отказ суда в защите прав данного лица.
В новой редакции Гражданского кодекса РФ, добросовестность стала об-
щим правилом поведения, касающегося всего круга лиц гражданского оборота.
В первом пакете изменений ГК РФ, который вступил в силу с 1 марта 2013 го-
да, принцип добросовестности узаконивается среди основных начал граждан-
ского законодательства. В силу данных изменений на участников гражданских
правоотношений возлагается обязанность действовать добросовестно как при
установлении, так и при исполнении и защите гражданских прав, а также за-
прещается извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовест-
ного поведения. В силу состоявшихся изменений произошло нормативное за-
крепление принципа добросовестности – добросовестность поведения стала
правилом, уверенно закрепившись в категориально-понятийном аппарате в ка-
честве принципа основ гражданского законодательства и категории права.
Нововведения, которые в Гражданский кодекс РФ принёс Федеральный
закон от 30.12.2012 года № 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4
части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" существенно мо-
дернизировали статьи Кодекса, где изменение установило, что добросовест-
ность участников гражданских правоотношений презюмируется во всех случа-
70
ях гражданского оборота. Конструкция нововведённых норм права, внёсшая в
ГК РФ обязательность оценки действий сторон на предмет добросовестности в
гражданских отношениях, трансформировали добросовестность поведения в
норму во всех гражданско-правовых отношениях. Следует отметить и важность
данного положения с той точки зрения, что поскольку добросовестность дейст-
вий сторон презюмируется, то при возникновении спора сторона не обязана до-
казывать свою добросовестность. Бремя доказывания недобросовестности сво-
его контрагента возлагается на противоборствующую сторону. Заведомо не-
добросовестное осуществление гражданских прав в силу новой редакции ст. 10
ГК РФ определяется как злоупотребление правом, правовым последствием ко-
торого является отказ правоохранительных и иных органов в защите прав не-
добросовестного субъекта права или иные меры в отношении его, предусмот-
ренные законом.
Акцентируя внимание на справедливости, следует ещё раз сказать о со-
звучности критериев справедливости и добросовестности. Отметим, что циви-
листы, обращая внимание на эту тематику, тем не менее полного и всесторон-
него изучения этого феномена в научной литературе не представили. В формате
общей теории права на эту проблему обращал внимание Г. В. Мальцев. Разви-
вая и конкретизируя эту тему, обращаем внимание на статус материального
права в общем праве, уверенно констатируем, что гражданско-правовые отно-
шения в большей части своей сущности, являются отношениями, связанными с
обменом определённых благ, где благом называется всё то, что необходимо че-
ловеку. Обменный процесс благ материального и нематериального характера
есть добровольное волеизъявление субъектов права, основанное на эквива-
лентно-возмездных началах.
Наличие специфических критериев принципа справедливости, даёт воз-
можность вариативного изменения этих критериев, когда эти общие критерии
ещё могут дополняться частными. В наследственном праве к частным критери-
ям относят учёт интересов лиц близких к наследователю. Это супруг, родст-
венники по восходящей и нисходящей линии и иные лица, определённые зако-
71
ном. Частным критерием является и обеспечение реализации желания собст-
венника в возможности распорядиться своим имуществом путем завещания так,
как он этого пожелает
56
.
Основу национального гражданского права составляют общепринятые
Романо-германской системой права положения Римского права, рецепция кото-
рых успешно апробирована в российском гражданском законодательстве. Кон-
струкции норм права, разработанные "далёкими" римскими юристами, остают-
ся актуальными и востребованными в наше время, что должно быть надёжной
опорой в процессе научного исследования. Поэтому, возвращаясь к рассмот-
ренным ранее положениям римского частного права касательно
справедливости, вспоминаем наши выводы о том, что значение категории
"справедливость" близко по смыслу с римским понятием acquitas, что в нашем
понимании есть ни что иное, как "равномерность, соразмерность, равенство".
Такое историческое положение дела обуславливает нас цивилистически харак-
теризовать принцип справедливости с позиции понятия "соразмерность". О со-
размерности говорилось выше, как о неком мериле, способном правильно соот-
нести обмениваемые блага и достичь необходимого баланса взаимных прав и
обязанностей. Не только действия субъектов права должны отвечать этим тре-
бованиям, но и в предписывающих документах должен просматриваться ра-
зумный компромисс между конечным результатом и затратами, необходимыми
для его достижения, а также между обладанием чем-либо и бременем его
содержания.
С. С. Алексеев отмечал, что "справедливость... приобретает значение пра-
вового принципа в той мере, в какой она воплощается в нормативно-правовом
способе регулирования, в тех началах "соразмерности", "равного масштаба" и т.
д., которые присущи самому построению правовых инструментов"
57
. Принцип
соразмерности как важный элемент юридической справедливости выделял и
56
См. Омарова У. Л. Основные институты наследственного права России и степень отражения
в них принципа социальной справедливости: Автореф. дисс. ... к. к>. и. М. 1999.
57
Алексеев С. С. Проблема теории права. Основные вопросы общей теории социалистического права.
Т. 1. Свердловск: СЮИ. 1972. - С. 108.
72
В. П. Серийно. В. Г. Мальцев указывал, что "справедливость требует
соразмерности под подвига и награды, трудовых усилий и преимуществ в сфере
потребления, преступления и наказания"
58
.
Говоря о соотношении принципов справедливости и соразмерности, выде-
ляем два направления: 1) справедливость и соразмерность являются
автономными принципами; 2) принцип справедливости рассматривается как
более объемный по содержанию и включает в себя принцип соразмерности.
В практической деятельности суды учитывают оба принципа и рас-
сматривают их как самостоятельные. Конституционный Суд РФ также заострял
своё внимание на этой проблеме, повествуя в одном из своих Постановлений,
что "принцип соразмерности, выражающий требования справедливости"
59
предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за
виновное деяние"
60
. Приведённое показывает, что соразмерность выражает
требования справедливости, где справедливость в свою очередь требует этой
самой соразмерности. Имманентная взаимно обуславливающая связь этих фе-
номенов налицо.
Таким образом, через действие принципа соразмерности справедливость
вплетается в ткань гражданского законодательства. Об этом повествует и ст.
333 ГК РФ, говорящая о праве суда уменьшать размер неустойки, если она явно
несоразмерна последствиям нарушения обязательств. Суд при этом определяет
соразмерность денежной величины неустойки последствиям нарушения обяза-
тельств. При этом справедливой будет только соразмерная неустойка, а требо-
вание сторон о завышенном или заниженном её размере свидетельствует о
наличии злоупотребления правом субъектами правовых отношений. Закон
стоимости, являясь мерилом эквивалентности в гражданско-правовых отноше-
ниях, определяет эквивалентность справедливого гражданского оборота. Экви-
валентность, становясь предметным признаком справедливых имущественных
50
Мальцев Г. А. Указ сот. - С. 54.
59
Курсив автора.
60
Постановление Конституционного Суда РФ от 15 июля 1999 № 11-11 И СЗ РФ 26.07.1999.- №
30. Ст. 3988.
73
отношений, находит своё правовое выражение в равноправии участников
гражданских отношений
61
.
М. И. Бару, один из первых цивилистов, обративший внимание на эквива-
лентность как признак гражданско-правовых отношений, отмечал, что экви-
валентность предполагает равную стоимость обмениваемых благ. По мнению
учёного, именно стоимостное равенство составляет сущность эквивалентности.
Поэтому эквивалентным следует признавать такое гражданское
правоотношение, содержание которого характеризуется равенством
обмениваемых благ
62
. Эквивалентность, являясь квалифицирующим признаком
справедливости, в гражданских правоотношениях понимается комплексно, как:
равенство субъективных прав и обязанностей; равенство обмениваемых благ;
принцип равноправия участников гражданских правоотношений; предметный
признак, характеризующий предмет регулирования гражданского права.
Такой полисемический перечень смыслового значения эквивалентности,
убедительно характеризует её как критерий принципа справедливости. Только
при соблюдении эквивалентности гражданских правоотношений возможно
достижение справедливости в соотношении между потребностями различных
субъектов права. Требование справедливости есть интерес субъекта права.
Д. Юм отмечал, что именно "личный интерес оказался первичным мотивом
установления справедливости"
63
. Справедливость как отражение социальных
интересов, есть форма осознания долженствующей реальности.
Наличие интереса является основанием оценки с позиций справедливос-
ти
64
. По мнению С. В. Михайлова "интерес в юриспруденции можно понимать
как потребность субъекта, носящая общественный характер и проявляющаяся в
деятельности по установлению, изменению, прекращению, защите субъектив-
ных прав и обязанностей в правовом отношении с использованием юридических
61
Венедиктов А. В. О системе Гражданского кодекса СССР // СГиП. 1954. - №. 2.
62
См. Бару М.И. Возмездность и безвозмездность в советском гражданском праве: Автореферат. Дис-
сертация ... д.ю.н. М. 1957. - С. 6, 7.
63
Юм Д. Трактат о человеческой природе // Избранные сочинения в 2-х т. Т. 1. М.: Мысль, 1965.
С. 652.
64
См. Экимов А. И. Справедливость и социалистическое право. М.: Изд-во ЛГУ, 1986. - С. 35.