79
законодательных нововведений.
Законодатель, вводя новые правила, преследовал цель защиты прав и
законных интересов участников гражданского оборота с помощью института
нотариального удостоверения. Нотариат призван выступить инструментом
эффективной борьбы со злоупотреблениями в сфере недвижимости, прав
несовершеннолетних и ограниченно дееспособных, в том числе в борьбе с
квартирным рейдерством при продаже мини-долей в праве и т.п.
В последнем случае недобросовестный покупатель (рейдер) мог
приобрести за небольшую сумму незначительную долю квартиры (например,
1/90) и получить право проживания в жилом помещении. После чего рейдеры
создавали для сособственников долей в праве на жилое помещение
невыносимые условия проживания с целью заставить продать принадлежащие
им доли по цене, которая значительно ниже рыночной.
Новым Законом также установлено, что соглашение о разделе общего
имущества супругов должно носить обязательную нотариальную форму. До
настоящего момента при разделе общего имущества супругов при разводе
зачастую соглашения заключались на кабальных для одной из сторон условиях.
Установление обязательной нотариальной формы таких соглашений
предположительно должно защитить права всех участников соглашения.
Вместе с тем, анализируя благие намерения законодателя, следует
отметить и существенные недостатки.
При установлении требования о нотариальном удостоверении сделок по
продаже недвижимого имущества, принадлежащего несовершеннолетним или
ограниченно дееспособным, остался неразрешенным вопрос об иных сделках с
недвижимым имуществом.
Возникает закономерный вопрос о критериях, которыми руководствовался
законодатель, выделяя именно данный тип сделок.
Многие заинтересованные лица уже начали вводить в оборот сделки
дарения микродолей в праве общей долевой собственности с последующей их
продажей с целью обхода требований о нотариальном удостоверении сделок.
80
Нисколько не умаляя цели законодателя по защите прав соответствующих
лиц, следует отметить еще одну непоследовательность в изложении
рассматриваемой новеллы: в ней упомянуто недвижимое имущество,
принадлежащее несовершеннолетним, без учета существующего в нормах ст.
ст. 26 и 28 Гражданского кодекса Российской Федерации разделения
несовершеннолетних по дееспособности на две самостоятельные группы:
малолетние в возрасте от шести до 14 лет и несовершеннолетние от 14 до 18
лет.
Естественно, правовой режим сделок, совершаемых каждой из указанных
групп, отличен. Неясно, почему по-прежнему не подлежат нотариальному
удостоверению сделки по дарению, мене, залогу недвижимого имущества и
иные подобные сделки малолетних, а распорядительные сделки на условиях
опеки (то есть лиц, находящихся под опекой) подлежат. Учитывая особенности
правового статуса указанных лиц, отметим, что режим сделок малолетних
практически равнозначен режиму лиц, находящихся под опекой. Однако в
анализируемой норме мы этого не наблюдаем.
Гораздо более серьезная проблема выявляется при анализе последствий
законодательной новеллы. Если покупатель по сделке продажи недвижимости
докажет, что он добросовестный приобретатель, несовершеннолетние дети
вполне могут оказаться без жилья, так как в большинстве случаев именно
жилье (жилые помещения) выступает в качестве предмета рассматриваемых
договоров. А нотариальное удостоверение договора, как ни парадоксально,
именно покупателю облегчает путь к доказыванию своей добросовестности.
Следует отметить также и некоторые трудности практического характера, с
которыми столкнулись стороны при оформлении соответствующих договоров.
К примеру, удостоверять сделку по продаже недвижимости
несовершеннолетнего могут нотариусы только того территориального округа,
где находится само недвижимое имущество (ст. 56 Основ законодательства РФ
о нотариате), а несовершеннолетний при этом может быть зарегистрирован и
проживать в другом месте (округе). Но в нотариальном удостоверении договора
81
по месту жительства ему будет отказано, так как имущество находится на
территории другого нотариального округа. Как следствие, этот недостаток в
законодательстве о нотариате необходимо устранять.
В настоящее время исчисление нотариусами соответствующего тарифа за
нотариальное удостоверение может быть привязано как к цене сделки, так и к
кадастровой стоимости отчуждаемого объекта, которая, как известно, близка к
рыночной. Во всяком случае стоимость нотариальных услуг, как правило, в
разы превышает стоимость госпошлины за государственную регистрацию,
которую платили заинтересованные субъекты ранее, до введения требований о
нотариальном удостоверении сделок.
Отчасти это связано с тем, что все нотариусы пользуются «монопольным»
правом увеличения цены за счет стоимости сопутствующих услуг
юридического и технического характера. Конечно, бремя оплаты таких тарифов
оказалось непосильным для многих российских семей с многодетными детьми,
и даже предусмотренное ныне нормативное снижение расценок на
нотариальные услуги для близких родственников смотрится крайне
недемократично: настолько минимален указанный процент снижения.
Однако проблема кроется не в стоимости тарифа, а в другом: насколько
отвечает требованиям защиты прав обратившейся за оказанием нотариальной
услуги слабой стороны (допустим, гражданина, желающего продать свое
жилье) «обусловливание» со стороны профессионала-нотариуса своих услуг
дополнительными услугами технического и правового характера при
нотариальном удостоверении практически каждой сделки.
В силу особого публичного статуса нотариуса указанные отношения
фактически выведены из плоскости отношений по защите прав потребителей.
Нормы п. 2 ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей» о запрете
обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным
приобретением иных товаров (работ, услуг) здесь не применимы, хотя, казалось
бы, проблема налицо.
В Концепции государственной политики России в сфере защиты прав
82
потребителей указывается, что ключевым является воплощение в практику
принятия государственных решений принципа приоритета интересов
потребителей над интересами политических кругов
1
.
В настоящее время в отечественном законодательстве понятие «публичная
услуга» отсутствует. Суть публичной услуги, по мнению Ю.А. Тихомирова,
заключается в действиях, направленных на удовлетворение общества и
личности в составе общества
2
. Однако нормы гражданского права не
применимы к отношениям, возникающим в сфере публичных услуг, как
следствие, получатели услуг лишены средств правовой защиты,
предусмотренных частным правом. До сих пор не разработаны стандарты
качества оказания подобного рода услуг.
В этой связи представляется очевидной необходимость внесения поправок
в действующее законодательство в части усиления ответственности нотариусов
как должностных лиц, действующих от имени государства, за неправомерные
действия подобного характера, с одной стороны, и введения комплекса мер по
защите прав слабой стороны – потребителя подобных услуг, с другой.
В.А. Капогузов обращает внимание на зарубежный опыт регулирования
предоставления государственных услуг, где имеется действенный механизм
работы общественных институтов, выражающийся в создании неформальных
правил и общественных организаций, осуществляющих независимый контроль
за качеством работы государственных структур по оказанию услуг гражданам.
Примером является выработка таких стандартов в Великобритании в 1991 г.,
получившая в дальнейшем развитие в других европейских странах
3
.
Возвращаясь к ранее поднятым вопросам, отметим, что сделка по продаже
комнаты, входящей в состав общей долевой собственности на квартиру, если
1
Концепция государственной политики России в сфере защиты прав потребителей //
URL: http://www.konfop.ru/about.
2
Публичные услуги и право: Науч.-практ. пособ. / Под ред. Ю.А. Тихомирова. М.:
Норма, 2015. С. 358-362.
3
Капогузов Е.А. Защита прав потребителей государственных услуг:
институциональные возможности и ограничения // Вестник Омского университета. Серия:
Экономика. 2013. № 4. С. 13.
83
такая комната выделена в натуре, не должна нотариально удостоверяться, равно
как и сделка купли-продажи долей в праве общей собственности, в случае, если
все участники долевой собственности одновременно продают свои доли
третьему лицу, поскольку речь идет о переходе права собственности на объект
в целом. Что касается ипотеки машиноместа, права на которое оформлены в
виде доли в праве общей долевой собственности на объект недвижимого
имущества, то она предполагает возможность обращения взыскания и продажи
заложенного объекта по требованию залогодержателя с торгов. В этой связи
остается не до конца выясненным вопрос о необходимости нотариального
удостоверения договоров, заключаемых по результатам проведения торгов при
обращении взыскания на такую долю. Введение такого требования на
первоначальном этапе заключения договора об ипотеке (залоге недвижимого
имущества), на наш взгляд, больше отвечало бы интересам залогодержателя и
залогодателя, нежели на этапе обращения взыскания.
Также одним из вопросов, волнующих практикующих юристов, стала
необходимость нотариального удостоверения решений собраний обществ с
ограниченной ответственностью (ООО) и непубличных акционерных обществ
(АО).
Следует отметить, что само по себе нотариальное удостоверение решений
собраний не является новшеством российского правопорядка и могло быть
осуществлено по желанию участников оборота и до 1 сентября 2014 г. Конечно,
такая услуга оказывалась не всеми нотариусами, но справедливости ради нужно
признать, что и после вступления в силу поправок в ГК РФ не все нотариусы
готовы удостоверять решения собраний, хотя это прямо предусмотрено
законом.
Прежде чем перейти к анализу проблем, связанных с нотариальным
удостоверением решений, кратко обозначим существующее нормативное
регулирование.
В соответствии с п. 3 ст. 67.1 ГК РФ принятие общим собранием
участников хозяйственного общества решения и состав участников общества,
84
присутствовавших при его принятии, подтверждаются в отношении:
АО - путем нотариального удостоверения или удостоверения
реестродержателем общества, выполняющим функции счетной комиссии;
ООО - путем нотариального удостоверения, если иной способ
(подписание протокола всеми участниками или частью участников; с
использованием технических средств, позволяющих достоверно установить
факт принятия решения; иным способом, не противоречащим закону) не
предусмотрен уставом такого общества либо решением общего собрания
участников общества, принятым участниками общества единогласно.
Как следует из приведенной формулировки, речь идет об удостоверении
двух юридических фактов:
- принятия общим собранием участников хозяйственного общества
решения, а также
- состава участников хозяйственного общества, присутствовавших при
принятии решения.
С целью разъяснения указанных положений ГК РФ были приняты два
акта: письмо ЦБ РФ от 18.08.2014 № 06-52/6680 (далее - письмо ЦБ РФ)
1
,
которое лишь частично касается вопросов нотариального удостоверения
решений собраний, и письмо ФНП от 01.09.2014 № 2405/03-16-3 (далее -
письмо ФНП)
2
, содержащее поступательный план действий нотариуса при
удостоверении решений собраний. Отметим, что письмо ФНП было отозвано
на доработку и к моменту написания статьи его финальный текст опубликован
не был, поэтому мы будем руководствоваться его последней опубликованной
версией.
1
Письмо Банка России от 18.08.2014 № 06-52/6680 «О некоторых вопросах,
связанных с применением отдельных положений Федерального закона от 05.05.2014 № 99-
ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской
Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов
Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс».
2
Письмо Федеральной нотариальной палаты от 01.09.2014 № 2405/03-16-3 «О
пособии по удостоверению нотариусом принятия общим собранием участников
хозяйственного общества решения и состава участников общества, присутствовавших при
его принятии» // СПС «КонсультантПлюс».
85
Для того чтобы лучше понять причины практических проблем при
удостоверении решений, постараемся прежде всего разобраться с вопросом,
какую цель преследовал законодатель, устанавливая обязательное
удостоверение.
Концепция развития законодательства о юридических лицах (далее -
Концепция) не предполагала введения института удостоверения решений
собраний, но вместе с тем отмечала, что единственной гарантией
достоверности данных, вносимых в ЕГРЮЛ, является добросовестность
заявителя, что, очевидно, является недостаточным для обеспечения
достоверности реестра.
Новая редакция ст. 51 ГК РФ законодательно ввела в российский
правопорядок принцип публичной достоверности записей в реестре
юридических лиц.
Содержание принципа публичной достоверности записей в реестре
изложено в абз. 2 п. 2 ст. 51 ГК РФ, согласно которому лицо, добросовестно
полагающееся на данные ЕГРЮЛ, вправе исходить из того, что они
соответствуют действительным обстоятельствам.
Однако до 1 сентября 2014 г. проблема достоверности данных, вносимых
в ЕГРЮЛ, не была решена. Выходом из такой ситуации действительно могло
бы стать удостоверение решений собраний, в случае которого достоверность
данных, вносимых в ЕГРЮЛ, подтверждалась бы не только заявителем, обычно
являющимся руководителем общества, но и третьими лицами (нотариусом,
регистратором или, к примеру, всеми участниками общества).
Вместе с тем для выполнения этой задачи достаточно было
предусмотреть удостоверение только тех решений собраний, которые являются
основанием для внесения изменений в ЕГРЮЛ, - решений об избрании
руководителя, реорганизации, ликвидации, изменении уставного капитала. Но,
как мы видим из положений п. 3 ст. 67.1 ГК РФ, законодатель пошел дальше,
установив необходимость удостоверения вообще всех решений общего
собрания хозяйственных обществ, тем самым, видимо, попытавшись
86
ограничить возможность любых злоупотреблений, например мошенничества
или рейдерских захватов.
Следовательно, цель законодателя была шире, чем просто обеспечение
достоверности данных ЕГРЮЛ, но при этом ни в пояснительной записке к
проекту поправок в ГК РФ в части юридических лиц, ни в Концепции нет ее
четкой формулировки.
Несмотря на то, что в кругу практикующих юристов широко обсуждается
обязательность нотариального удостоверения решений собраний, само по себе
привлечение нотариуса не обязательно, поскольку для хозяйственных обществ
любых правовых форм законодателем предусмотрена альтернатива.
Для АО такой альтернативой является регистратор. Принимая во
внимание, что с 1 октября 2014 г. ведение реестра акционеров в любых АО
передано регистраторам, в ближайшем будущем удостоверение ими решения
собраний может получить широкое применение.
Для ООО предусмотрена возможность уставом или решением, принятым
всеми участниками единогласно, установить иной способ удостоверения
решения собрания – подписание протокола всеми участниками или частью
участников; использование технических средств, позволяющих достоверно
установить факт принятия решения; иной способ, не противоречащий закону.
В соответствии с п. 5 письма ЦБ РФ, п. 2.3 письма ФНП положения о
нотариальном удостоверении решений не применяются к хозяйственным
обществам, состоящим из одного участника/акционера.
Банк России и ФНП придерживаются логики, согласно которой в
обществе, состоящем из одного участника/акционера, отсутствует собрание,
поэтому положения п. 3 ст. 67.1 ГК РФ применяться не должны. Однако
обоснованность данной позиции вызывает сомнения.
Действительно, п. 3 ст. 67.1 ГК РФ прямо не предусматривает
необходимость удостоверения решения единственного участника/акционера, а
специальные законы устанавливают, что на решения, принятые единственным
участником/акционером общества, не распространяются нормы о порядке и
87
сроках проведения общих собраний.
Введенная в ГК РФ главы 9.1 посвящена решениям собраний, и она не
содержит указания на то, что решения единственного участника/акционера не
подпадают под ее регулирование.
В соответствии с п. 4 ст. 3 Закона № 99-ФЗ, которым введен п. 3 ст. 67.1
ГК РФ, положения специальных законов до момента приведения их в
соответствие с ГК РФ применяются в части, не противоречащей ГК РФ.
Кроме того, если мы вернемся к вопросу о цели введения института
удостоверения решений собраний, а именно к обеспечению достоверности
ЕГРЮЛ и борьбе со злоупотреблениями, то непонятно, почему для общества,
состоящего из одного участника/акционера, должно быть сделано исключение.
На наш взгляд, до приведения в соответствие с ГК РФ Закона об АО и
Закона об ООО следует исходить из того, что удостоверение решений собраний
(нотариальное или альтернативное) необходимо и в случае, если общество
состоит из одного участника/акционера.
Данная позиция находит подтверждение в проекте изменений Закона об
АО
1
, который устанавливает, что правила об удостоверении решений собраний
применяются также в случае, когда решения по вопросам, относящимся к
компетенции общего собрания акционеров, принимает лицо, которому
принадлежат все голосующие акции общества.
На практике налоговые органы в настоящее время не требуют, чтобы
решение единственного участника/акционера общества было удостоверено.
Зато, насколько нам известно, некоторые банки, наоборот, исходят из того, что
нотариальное удостоверение решений собраний является обязательным, в том
числе и для обществ, состоящих из одного участника/акционера. На этом
основании они не принимают решений общего собрания участников ООО,
1
Проект Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об
акционерных обществах» и отдельные законодательные акты Российской Федерации (в
части приведения в соответствие с новой редакцией главы 4 Гражданского кодекса
Российской Федерации)». URL: http://regulation.gov.ru/project/17018.html (дата обращения:
12.03.2017).
88
удостоверенные альтернативным способом, либо решений единственного
участника/ акционера, не удостоверенных нотариально.
Также вызывает вопросы необходимость удостоверения решения
собрания, принятого заочно. В соответствии с п. 6.1 письма ФНП нотариус не
может заверить такое решение и состав участников, присутствовавших при его
принятии, поскольку согласно буквальному толкованию п. 3 ст. 67.1 ГК РФ
нотариус должен физически присутствовать в месте проведения собрания.
В связи с этим разъяснением ФНП появилось мнение о том, что решение,
принятое заочно, вообще не нужно удостоверять, а значит такой способ
принятия решения - один из вариантов обхода требования об удостоверении
решений.
Вместе с тем необходимость физического присутствия нотариуса на
собрании при удостоверении решения, а также возможность не удостоверять
решение, принятое заочно, не следует из положений п. 3 ст. 67.1 ГК РФ.
По нашему мнению, решение собрания, принятое заочно, и состав
участников могут быть удостоверены, в том числе и нотариально. Так, один
нотариус может удостоверить подписание участником бюллетеня для
голосования, другой - собрать заполненные бюллетени, а третий, получив все
бюллетени и подведя итоги голосования, - удостоверить факт принятия участия
в собрании участниками, отправившими свои бюллетени, и факт принятия
решения.
Для ООО уставом или единогласным очным решением собрания
участников может быть установлено специальное правило удостоверения
заочных решений, например направление заверенных бюллетеней директору
общества, который удостоверит принятое решение.
Отметим, что возможность удостоверения решения собрания
несколькими нотариусами, а также установления в уставе общества
необходимости удостоверять заочные решения прямо предусмотрена проектом
изменений в Закон об АО.
Если же согласиться с мнением о том, что заочное решение не должно