54
ГЛАВА 3. АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ И
НЕЗАКЛЮЧЕННОСТИ СДЕЛОК
3.1. Правовые последствия недействительности сделок
Независимо от того, является ли сделка ничтожной или оспоримой, и те и
другие становятся предметом судебного разбирательства для решения вопроса
не только об объявлении сделки недействительной, но и о применении
последствий недействительности. Поскольку действия лиц направлены на
установление, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, то
признание сделок недействительными связано с устранением тех
имущественных последствий, которые возникли в результате их исполнения
71
.
Законодателем предусмотрены различные правовые последствия
недействительных сделок. От оснований, по которым сделку можно признать
недействительной, зависит дальнейшая судьба имущества, переданного по
сделке.
Переходя к основным видам последствий признания сделок
недействительными, право выбора, которого принадлежит непосредственно
суду, рассматривающему конкретный гражданско-правовой спор, необходимо
отметить определенные отличия между оспоримой и ничтожной сделкой. Эти
различия заключаются в следующем:
1. Круг лиц, имеющий право требовать применение последствий
недействительной сделки.
Применительно к оспоримой сделке, субъективное право на оспаривание
данной сделки принадлежит лишь строго определённым лицам: сторонам
сделки, либо лицу, прямо указанному в законе. Обязательным условием
является установление нарушений прав и охраняемых законом интересов
71
Федотова О.В. Гражданско-правовая характеристика недействительных и незаключенных
сделок // Научный вестник Орловского Юридического института имени В.В. Лукьянова.
2018. № 3.С.13
55
сторон сделки или третьих лиц, обращающихся в суд.
Примером третьих лиц, строго указанных в законе, могут выступать
государственные органы, чье требуемое согласие на совершение сделки не
было получено. К примеру, в силу п.1 ст. 23 и п. 2 ст. 34 Закона о защите
конкуренции право на иск может быть предоставлено антимонопольному
органу в отношении определенных сделок, нарушающих требования закона
72
.
Обращение в суд с требованием о применении последствий ничтожной
сделке может быть осуществлено сторонами сделки, а также иным лицом. В
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N25 "О
применении судами некоторых положений раздела I части первой
Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснения относительно
такого понятия, как «иное лицо», не даются. Лишь отмечается, что данное лицо
должно обладать охраняемым законным интересом, о котором он указывает в
исковом заявлении, отсутствие же его - основание для оставления его без
движения.
Так, в деле №2-1878/15 СНТ «Уют», СНТ «Прилесье» обратилось в суд с
иском к Администрации сельского поселения Ягодное и Загородникову Е.В. о
применении последствий недействительности ничтожной сделки путем
прекращения зарегистрированного права собственности Загородникова Е.В. на
трубопровод, в составе единой поливной системы. Истец настаивал на
аннулировании записи о регистрации права собственности на том основании,
что первоначальный продавец в лице ОАО «Ягодинское» не обладало правом
собственности на указанный трубопровод (в составе единой поливной
системы), и, следовательно, не обладало правом на распоряжение этим
имуществом. В настоящее время собственником является Загородников Е.В. на
основании договора купли-продажи, поскольку переход права производился
неоднократно. Суд, признавая сделку ничтожной, отказал в удовлетворении
72
Мельник С.В., Мальбин Д.А. Эстоппель в Гражданском кодексе Российской Федерации //
Юристъ-Правоведъ. 2017. № 4 (83).С.8
56
заявленных требований в части применения последствий ничтожной сделки на
тех основаниях, что истцы, не являясь участниками оспариваемой сделки, не
доказали своего материально-правового интереса исходя из п.2ст. 168 ГК РФ.
А также по смыслу п.2 ст. 167 ГК РФ реституция возможна только в отношении
сторон недействительной сделки, применение же последствий
недействительности не восстановит права истцов
73
.
Приведенный пример также демонстрирует возможность предъявление
исков о признании ничтожной сделки недействительной без применения
последствий ее недействительности. Однако в ряде случаев данное обращение
в суд с таким требованием представляется крайне нелогичным и даже
излишним.
Во-первых, в предусмотренный статьей 12 ГК РФ перечень способов
защиты гражданских прав, законодателем не включен такой способ защиты, как
признание ничтожной сделки недействительной, поскольку сама сделка в силу
закона является недействительной, независимо от признания ее таковой судом,
но, как демонстрирует судебная практика - не исключается возможность
предъявления таких исков. Получается, что в таких случаях осуществляется
констатация только самого факта недействительности без применения
последствий недействительности, так как при признании ничтожной сделки
отсутствует спор о праве. Хотя Гражданский кодекс в качестве способов
защиты позволяет рассматривать только те способы, которые прямо
предусмотрены законом. На наш взгляд, целесообразна соответствующая
корректировка действующего законодательства.
Во-вторых, необходимо отметить, что последствия недействительности
сделок не всегда могут быть применимы исходя из существа заключенной
сделки. Так, в правоприменительной практике немало случаев, когда суд при
недействительности договора уступки права требования, не может возвратить
73
Решение Ставропольского районного суда Самарской области от 9.11.2015 по делу №2-
1878/15
57
стороны в первоначальное положение посредством реституции. Учитывая, что
право нельзя возвратить в порядке реституции, а можно лишь признать право у
одного лица не прекратившимся, а у другого лица не возникшим, то, практика,
к сожалению, идет именно по пути вынесения решений о признании ничтожной
сделки недействительной без применения последствий недействительности. На
наш взгляд, данная позиция крайне уязвима.
Ярким примером неправильного применения последствий
недействительности сделки, в виде взыскания стоимости уступленной
дебиторской задолженности без учета специфики имущественного права
(требования) является Постановление Арбитражного Апелляционного суда по
делу А55-13328/2015. Для сохранения баланса интересов сторон сделки,
признанной недействительной по заявлению конкурсного управляющего
Ломачева А.В., - не требовалось применение последствий недействительной
сделки в виде взыскания стоимости переданной дебиторской задолженности.
Поскольку дебиторская задолженность в данном случае не считается
перешедшей цессионарию и сохранившейся за цедентом в силу одного лишь
факта признания сделки уступки права недействительной
74
.
Помимо всего прочего, суд может применять последствия
недействительности сделок по собственной инициативе, если это необходимо
для защиты публичных интересов, что прямо предусмотрено п. 4 ст. 166 ГК РФ.
Мы считаем, что данная формулировка вносит некоторый диссонанс с
принципом диспозитивности в первую очередь, являющийся
основополагающим для частного права. Получается, что положения данной
нормы прямо противоречат как гражданскому, так и арбитражному
судопроизводству. Помимо этого, необходимо отметить, что подобная
инициатива суда не должна превалировать над волеизъявлением участников
сделки.
74
Постановление Одиннадцатого Арбитражного Апелляционного суда от 4.10.2017года по
делу №А55- 13328/2015
58
2. Основания для признания сделок недействительными Основания
для признания ничтожную и оспоримую сделку недействительной различны.
Как уже было указано выше, законодатель для признания ничтожной сделки
недействительной указывает на определенные критерии, в силу прямого
указания которых, сделка - и будет недействительна. В частности: мнимые и
притворные сделки, сделки, совершенные с целью противной основам
правопорядка и нравственности, договор, предусматривающий передачу дара
одаряемому после смерти дарителя, кредитный договор или договор
банковский вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной
форме и т.д.. Все остальные сделки считаются оспоримыми.
Наряду с ГК РФ, ничтожные и оспоримые сделки предусмотрены
нормативно-правовыми актами, такими как Семейным кодексом РФ
75
,
Федеральными Закона «Об акционерных обществах»
76
, «Об обществах с
ограниченной ответственностью»
77
и др.
3. Сроки исковой давности
Как известно, обращение в суд может осуществляться в пределах сроков
исковой давности. Установлены различные сроки для реализации
реституционных отношений: объективный трехлетний срок давности - для
признания ничтожной сделки недействительной и применения последствий
недействительности сделки, годичный срок - для оспоримой сделки.
Для лица, не являвшегося стороной ничтожной сделки, - срок исковой
давности не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Законодатель сделал уточнение и относительно момента, с которого
необходимо отчислять срок исковой давности. По общему же правилу срок
течет со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего
75
Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 N 223-ФЗ (ред. от 29.05.2019) //
"Российская газета", N 17, 27.01.1996.
76
Федеральный закон от 26.12.1995 N 208-ФЗ (ред. от 15.04.2019) "Об акционерных
обществах" // "Собрание законодательства РФ", 01.01.1996, N 1, ст. 1.
77
Федеральный закон от 08.02.1998 N 14-ФЗ (ред. от 23.04.2018) "Об обществах с
ограниченной ответственностью" // "Российская газета", N 30, 17.02.1998.
59
права и надлежащем ответчике по иску (ст.200 ГК). Так, по ничтожной сделки
- течение срока начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.
Данная формулировка создало определённую «почву» для дискуссий и, как
следствие ряд проблем.
На наш взгляд, не совсем понятен смысл данного отступления от общего
правила. Как известно, под началом исполнения следует понимать такую
ситуацию, когда одна из сторон приступила к фактическому исполнению, а
другая - к принятию такого исполнения. К примеру, был заключен договор
купли-продажи, согласно которому покупатель внес предоплату, а продавец
передал вещь не сразу, а спустя 2 года. Возникает вопрос: логично ли для обеих
сторон считать срок давности на реституцию именно с момента, когда
покупатель внес предоплату? Полагаем, подобное ставит стороны явно в
неравное положение. Получается, что срок давности по реституционному
требованию для стороны, чье исполнение происходит второй по очереди,
начинается раньше, чем ее право фактически нарушено (раньше, чем она сама
осуществила встречное предоставление).
Во всяком случае, установление специальных сроков исковой давности
для применения последствий недействительности сделки может оказать (и
оказывает) негативное влияние на судебную практику, что подтверждает
приведенный пример. Ну и сама формулировка «узнало или должно было
узнать», по нашему мнению, является крайне неоднозначной для применения.
Что также создает немало сложностей в правоприменительной практике.
Таким образом, вопрос как о наличии субъективного права на обращение
в суд с требованиями о применении последствий недействительности сделок,
так и момент начала течения сроков исковой давности - в каждом конкретном
случае рассматривается судом отдельно и на основании совокупности всех
представленных доказательств, анализируя при этом основания для конкретной
сделки.
Как известно, недействительная сделка не влечет тех правовых
60
последствий, которые стороны пытались установить. Следовательно, если
стороны не приступили к исполнению сделки, то она утрачивает свое правовое
значение, т.е. просто аннулируется. В противном же случае - при исполнении
сделки сторонами - наступают имущественные правовые последствия.
78
Переходя к рассмотрению конкретных основных последствий,
необходимо отметить, что следует подразумевать под «последствиями,
связанными с недействительностью сделок». В частности, законодатель имеет
в виду возникновение реституционных отношений, а также обращение
полученного или причитающего по сделке либо его стоимости в доход
государства, виндикация, кондикция, правоотношения, связанные с
возмещением убытков при недействительной сделки и иные последствия
недействительности, предусмотренные законом.
Общим правилом при применении последствий недействительности
сделок являются положения о реституции. В рамках представлений о самой
реституции, многими цивилистами реституционные отношения
рассматриваются как обязательственные . Однако данную точку зрения
разделяют не все.
На наш взгляд, обязательственная природа реституционных отношений
очевидна.
Во-первых, закрепленная легальная дефиниция «обязательств» в статье
307 ГК РФ полностью отражает реституционные отношения, в частности права
и обязанности сторон. Данный довод также подтверждается вступившим в силу
совсем недавно п.3 ст.307.1 ГК, который ипредусматривает применение общих
положений об обязательствах, к требованиям, связанным с применением
последствий недействительных сделок.
Во-вторых, реституционные отношения обеспечиваются любыми
способами обеспечения исполнения обязательств, если бы сделка была
действительна;
78
п. 101 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25
61
В-третьих, обязательственная природа данных отношений отражается в
таких случаях, когда за неисполнение обязательств начисляются проценты с
того самого момента, когда приобретатель узнал или должен узнать
онеосновательном получении;
В-четвертых, несмотря на отсутствие консенсуса у цивилистов в данном
вопросе до сих пор, судебная практика в свою очередь также подтверждает
обязательственную природу данных отношений. В частности, допускается
уступка реституционного требования
79
,
а также его прекращение, подобно
любому обязательству, предоставлением отступного.
Различают два вида реституций: двусторонняя и односторонняя
реституция. Рассмотрим их более подробно для более полного понимания их
отличий.
Правовая конструкция двусторонней реституции закреплена в ст. 167 ГК:
при недействительности сделок каждая из сторон обязана возвратить другой все
полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в
натуре, возместить его стоимость, если иные последствия недействительности
сделки не предусмотрены законом.
На наш взгляд, рассмотрение двусторонней реституции необходимо
начинать со следующих ее характерных черт:
1) Помимо обязательного характера, очевидность которого была
подтверждена выше, необходимо отметить, что двусторонняя реституция
обладает охранительным характером, поскольку возникает как реакция
правопорядка на изменения в имущественной сфере сторон
недействительности сделки;
Реакция правопорядка является своего рода именно мерой защиты, что
также находит свое подтверждение в действующем законодательстве, в
котором к мерам гражданско-правовой ответственности, предусмотренной
79
П. 56 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N7 (ред. от 07.02.2017)
"О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации
об ответственности за нарушение обязательств"
62
статьей 12 ГК РФ - отнесено применение последствий недействительности
сделки.
2) Предусматривает цель - восстановление положения, которое
существовало до передачи имущества (вещи).
В тех случаях, когда по недействительной сделке произошла передача
имущества (вещи), то у получателя в самый момент такой передачи возникает
обязанность возвратить это имущество передавшему. Такой механизм
свидетельствует о том, что по причине недействительности сделки получатель
не приобретает и не может приобрести (во всяком случае, на основании этой
сделки) право собственности или иное вещное право, до тех пор, пока оно не
утратит своих индивидуальных признаков.
3) Компенсационная реституция, закреплена в ч.2 ст. 167 ГК РФ, в
которой указывается, что «... в случае невозможности возвратить полученное в
натуре, возместить его стоимость, если иные последствия недействительности
сделки не предусмотрены законом».
Обязательство по возврату продолжает существовать, если вещь
сохраняется в натуре, сохраняет свои индивидуальные признаки, а при
отсутствии этих условий обязательство по возврату сменяется именно
обязательством компенсационной реституции (то есть возместить его
стоимость).
На сегодняшней день несоразмерность потенциального ущерба при
применении двусторонней реституции восстановленному праву - одна из
основных проблем, затронутых судебной практикой. При применении
двусторонней реституции, предполагается, что имущественная сфера сторон
будет восстановлена посредством сохранения баланса между ними. Однако
судебная практика, к большому сожалению, в некоторых случаях идет по пути
отказа в реституционном иске, когда потенциальный ущерб, который может
возникнуть при применении реституции, нивелирует сам факт восстановления
63
права
80
.
Кроме этого п. 80 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. №
25 разъясняет: «По смыслу пункта 2 статьи 167 ГК РФ взаимные
предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими
сторонами, считаются равными, пока не доказано иное»
81
.
По нашему мнению, обязательство по предоставлению - всегда имеет
внедоговорный характер, а не на основе достигнутой сторонами
договоренности. Соглашение сторон о взаимной оценке предоставлений
необходимо рассматривать как нечто фактическое и как таковое приводит в
действие механизм презумпции. Об опровержимости данной презумпции
свидетельствует судебная практика. Что, как мы считаем, является вполне
разумным. К примеру, в случаях, когда основанием недействительности сделки
является порок воли одной из сторон, а недобросовестный контрагент
воспользовался этим именно для получения односторонней выгоды (насилие,
угроза, обман), то в подобных случаях - говорить о взаимном предоставлении
не приходится. Другой пример был рассмотрен КЭС ВС РФ, которая в своем
Определении по делу № 308-ЭС149028 указала: «формирование цены
отчуждения происходило с пороками, не позволившими выявить экономически
обоснованную стоимость имущества, что в свою очередь, исключало
возможность применения к спорным отношениям презумпции оравенстве
взаимных предоставлений»
82
.
Даже при отсутствии подобных обстоятельств эквивалентность лишь
предполагается, как факт и может быть опровергнута сторонами, при этом само
по себе то обстоятельство, что стороны достигли соглашения о равноценности
предоставлений, не имеет - именно в силу недействительности сделки -
80
Постановление Президиума ВАС РФ от 26 марта 2013 г. по делу № 15327/12
81
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25
"О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса
Российской Федерации"// "Бюллетень Верховного Суда РФ", N 8, август, 2015
82
Определение КЭС ВС РФ от 9 июня 2016 г. № 308-ЭС149028