35
воли и волеизъявления лица, совершившего сделку. А.Ю. Петров отмечает, что
«Сделка есть выражение воли ее участников. Для совершения сделки
необходимо, прежде всего, желание ее совершить. Желание совершить сделку
называют внутренней волей. Если отсутствует внутренняя воля, направленная
на совершение сделки, не может быть и самой сделки. На основании этого
можно утверждать, что для того чтобы сделка была действительной, нужно,
чтобы воля лица, совершающего такое юридически значимое действие,
формировалась свободно. При нарушении этого существенного правила
наступают последствия, связанные с пороками воли, при наличии которых
сделка будет признана недействительной»
1
.
Сделки, совершенные с пороками воли, традиционно подразделяют на два
вида. К первому виду относят сделки, совершенные без внутренней воли на их
совершение, а ко второму виду относятся сделки, в которых внутренняя воля
сформировалась под определённым внешним воздействием. К таковым
современное гражданское законодательство относит сделки: заключённые под
влиянием существенного заблуждения (ст. 178 ГК РФ); совершенные под
влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств (ст. 179
ГК РФ). Данные сделки могут быть признаны недействительными в силу того,
что внутренняя воля лица при совершении сделки будет отсутствовать. В связи
с этим можно предположить, что такое волеизъявление гражданина отражает
истинную волю какого-либо иного лица, который оказывает преимущественное
воздействие на участника сделки.
Одним из факторов, оказывающим негативные последствия на существо
сделки является существенное заблуждение. «Сделки, совершенные под
влиянием существенного заблуждения, будут относиться к недействительным
сделкам с пороками воли»
2
. Такой порок способствует искаженному
становлению воли одной из сторон сделки, но, как правило, не будет являться
1
Петров А.Ю. Гражданско-правовое значение воли и волеизъявления в сделке // Известия Российского
государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. Государство и право. 2007. № 3. С. 181.
2
Савченко Е.Я. Проблемы правового регулирования недействительных сделок // Правопорядок: История,
теория, практика. 2016. № 2 (9). С. 14.
36
результатом специальных, направленных действий другой стороны сделки. ГК
РФ не содержит точного определения понятию «существенное заблуждение», в
связи, с чем необходимо внести дополнение в ст. 178 ГК РФ в соответствии с
которым под существенным заблуждением будет признается такое
заблуждение, при отсутствии которого лицо, действуя разумно, добросовестно,
свободно и со знанием истинного положения дела не совершило бы такую
сделку.
В Постановление Пленума Верховного Суда РФ от «О применении судами
некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса
Российской Федерации» в пунктах 98 и 99 разъяснено, что сделка, совершенная
под влиянием насилия или угрозы, является оспоримой и может быть признана
судом недействительной по иску потерпевшего. При этом закон не
устанавливает, что насилие или угроза должны исходить исключительно от
другой стороны сделки. Поэтому сделка может быть оспорена потерпевшим и в
случае, когда насилие или угроза исходили от третьего лица, а другая сторона
сделки знала об этом обстоятельстве. Кроме того, угроза причинения личного
или имущественного вреда близким лицам контрагента по сделке или
применение насилия в отношении этих лиц также являются основанием для
признания сделки недействительной.
Сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки,
так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску
потерпевшего. Обманом считается не только сообщение информации, не
соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об
обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той
добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179
ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана
недействительной, только если обстоятельства, относительно которых
потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о
заключении сделки.
37
Еще одно основание признания сделки недействительной связано с
нарушением установленной законом формы ее совершения. Так,
Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17
марта 2015 г. по делу № А14-7314/2014
1
было вынесено решение по делу о
признании договора подряда ничтожным и применении последствий
недействительности ничтожных сделок, в связи с нарушением письменной
формы договора.
Подводя итог сказанному следует отметить, что под основаниями
недействительности сделок понимаются определенные законом обстоятельства,
при отсутствии которых у сделок, как юридических актов, так и тех
юридических последствий, на достижение которых была направлена воля.
Основания недействительности сделок связаны с пороками отдельных
составляющих сделку элементов. Недействительными сделками могут быть
сделки: противоречащие закону или иным нормативным актам; совершенные
лицами, вышедшими за пределы правомочий; сделки с пороками воли или
формы. Признание сделок недействительными ориентировано на охрану
правового порядка и влечет за собой аннулирование прав и обязанностей,
реализация которых привела бы к нарушению буквы закона.
1.4. Содержание правовых последствий недействительности и
незаключенности сделок
Признание сделки недействительной означает лишь то, что сделка не
влечет тех правовых последствий, на порождение которых она была
направлена. Однако, в том случае, когда хотя бы одной из сторон начато
исполнение обязательств по сделке, наступают предусмотренные законом
последствия.
1
Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17 марта 2015 г. по делу № А14-7314/2014
[Электронный ресурс] Справочно-правовая система «Консультант» URL: http://www. consultant.ru/cons (дата
обращения 22.11.2019).
38
Как следствие безосновательности всего предоставленного сторонами по
недействительной сделке, на каждую из этих сторон в соответствии с пунктом 2
ст. 167 ГК возлагается обязанность по возвращению другой стороне всего
полученного по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в
натуре – возместить его стоимость, если иные последствия недействительности
сделки не предусмотрены законом. Согласно положениям, п. 4 ст. 166 ГК РФ
суд обладает правом применить последствия недействительности ничтожной
сделки и по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных
интересов, а также в иных предусмотренных законом случаях. В связи с этим,
как отмечается в абзаце третьем п. 79 Постановления Пленума Верховного
Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25
1
, в мотивировочной части
решения должно быть указано, какие публичные интересы подлежат защите,
либо содержаться ссылка на специальную норму закона, позволяющую
применить названные последствия по инициативе суда.
Ограничение инициативы суда в данном вопросе связано с тем, что
применение последствий недействительности сделки – субъективное право
сторон по сделке, а также лиц, которым оно специально предоставлено
законом. С учетом своих интересов они самостоятельно решают, использовать
ли принадлежащие им права или нет, в том числе защищать ли их в судебном
порядке или отказаться от защиты. Иной подход влечет за собой утрату
автономии воли участниками гражданских правоотношений и нарушение
принципа диспозитивности гражданского процесса.
Таким образом, при решении вопроса о применении по своей инициативе
последствий недействительности ничтожной сделки суду следует вынести
вопрос на обсуждение сторон. Указание на это имеется также и в абз. 2 п. 79
Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня
2015 г. № 25.
1
Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении
судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»
39
Еще одно ограничение принципа диспозитивности гражданского процесса
содержится в п. 80 вышеупомянутого Постановления Пленума Верховного
Суда Российской Федерации, в соответствии с которым при удовлетворении
требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного
другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу
последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия
недействительности не предусмотрены законом.
Таким образом, из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации,
содержащихся в Постановлении от 23 июня 2015 г. № 25, следует, что по
требованию, заявленному в соответствии с пунктом 2 ст. 167 ГК РФ, судом
должен быть разрешен вопрос об обязанности каждой из сторон вернуть все
полученное по сделке вне зависимости от воли ответчика и заявления им
встречного притязания. Такое решение суда вытекает из двустороннего
характера требования о реституции
1
. В ином случае могло бы иметь место
недопустимое в гражданском праве неосновательное обогащение одной из
сторон.
В соответствии с п. 80 Постановления Пленума Верховного Суда
Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 взаимные предоставления по
недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, по
общему правилу считаются равными. Данное положение соответствует общей
гражданско-правовой презумпции равноценности встречных предоставлений
2
и
не раз ранее находило отражение в судебной практике.
Например, судом было рассмотрено дело, по которому субарендатор после
признания сделки недействительной и применения последствий
недействительности обратился к субарендодателю о взыскании
неосновательного обогащения в виде разницы между более высокой платой,
1
Кротов, С.М. Недействительность сделок, совершенных под влиянием заблуждения / С.М. Кротов // Сделки,
представительство, исковая давность: сборник работ выпускников Российской школы частного права при
Исследовательском центре частного права им. С.С. Алексеева при Президенте РФ. - М.: РШЧП, 2017. - С. 328–
398
2
Карапетов А.Г., Савельев А.И. Свобода договора и ее пределы: В 2 т. Т. 2: Пределы свободы определения
условий договора в зарубежном и российском праве. М., 2012.
40
которую он вносил по недействительному договору субаренды, и платой,
установленной в договоре аренды между арендодателем и арендатором-
субарендодателем. Суд указал, что в случае недействительности договора
субаренды субарендодатель обязан вернуть истцу полученную от него сумму
арендных платежей, а истец, как лицо, неосновательно временно
пользовавшееся помещением, законным арендатором которого являлся
ответчик, обязан возместить ему то, что он сберег вследствие такого
пользования по цене, существовавшей вовремя, когда закончилось пользование,
и в том месте, где оно происходило
1
.
Следовательно, при расчетах по незаключенному или ничтожному
договору аренды принимается во внимание согласованная плата, если не
доказано, что она явно не соответствует рыночной
2
.
Действующее ныне процессуальное законодательство России дает право
выхода за пределы исковых требований только суду общей юрисдикции,
причем лишь в случаях, предусмотренных федеральным законом (в нашем
случае - п. 2 ст. 166 ГК), и не предоставляет такой возможности арбитражному
суду. Из этого следует, что правило п. 2 ст. 166 ГК о применении последствий
недействительности ничтожной сделки по инициативе суда распространяется
как на суды общей юрисдикции, так и на арбитражные суды. Но, как
показывает практика, суды общей юрисдикции применяют по собственной
инициативе любые предусмотренные законом последствия недействительности
ничтожной сделки, а арбитражные суды в соответствии со ст. 169 ГК – только
последствия конфискационного характера. Нельзя обойти вниманием частный
вид реституции – реституцию владения. В соответствии с п. 81 Постановления
Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 она
подлежит применению при рассмотрении требования лица, передавшего
1
Сулейменов, М.К. Недействительные сделки в гражданском праве: проблемы теории и практики / М.К.
Сулейменов // Материалы Международной научно-практической конференции в рамках ежегодных
цивилистических чтений «Недействительные сделки в гражданском праве», посвященной 75-летию профессора
Рольфа Книппера. - Алматы, 2016. - С. 31-36.
2
Пархоменко, А.Д. К вопросу о судебных спорах и требованиях, связанных с недействительностью сделок /
А.Д. Пархоменко // Труды юридического факультета. Том 8, Современные проблемы публичного и частного
права. -СПб.: Изд-во Политехн. ун-та, 2017. - С. 310-316
41
индивидуально-определенную вещь по недействительной сделке, к лицу,
которому эта вещь была передана, о ее возврате при соблюдении следующих
условий:
1 По сути, данный подход поддержан в п. 82 Постановления Пленума
Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25, в
соответствии с которым в случае недействительности договора, по которому
полученное одной из сторон выражалось во временном возмездном
пользовании индивидуально-определенной вещью, эта сторона возмещает
стоимость такого пользования другой стороне, если оно не было оплачено
ранее (п. 2 ст. 167 ГК РФ). Переданная в пользование по такому договору вещь
также подлежит возврату:
− индивидуально-определенная вещь сохранилась в натуре;
− она находится во владении стороны по сделке.
При этом истец не обязан доказывать свое право собственности на спорное
имущество. Стороны должны доказать только факт передачи имущества во
исполнение по недействительные сделки. Исключение из реституции спора о
праве на вещь, с одной стороны, делает возможной ситуацию, когда решение о
возврате вещи по реституционному спору будет принято в пользу лица, не
имеющего права на спорную вещь, например, вора. В связи с этим
положительное решение в реституционном споре не свидетельствует о праве
победителя. Тем не менее, такое решение является оправданным, поскольку
еще меньше оснований оставлять вещь во владении лица, получившего ее по
недействительной сделке. В пользу же отчуждателя по данной сделке действует
презумпция права собственности владельца
1
.
Недействительные сделки характеризуются тем, что не влекут
юридических последствий, за исключением связанных с их
недействительностью. При этом, зачастую последствия недействительных
сделок сводятся к возникновению реституционных обязательств, хотя имеются
1
Шухарева, А.В. Роль принципа добросовестности сторон в институте недействительности сделок / А.В.
Шухарева // Российская юстиция. - 2017. - № 11. - С. 9–12.
42
случаи, когда реституция невозможна. Несмотря на то, что в ходе реформы
гражданского права данные нормы претерпели некоторые изменения, по-
прежнему возникает ряд вопросов, связанных с их правоприменением,
довольно успешно решаемых с помощью применения позиций судов высших
инстанций, истолковывающих данные нормы и разъясняющих порядок их
использования.
Иным последствием недействительной сделки является односторонняя
реституция. В отличие от двусторонней реституции, когда нормативно-
правовые нормы направлены на восстановление положения, существовавшего
до совершения сделки, применение односторонней реституции является
формой гражданско-правовой ответственности. Как писал О.С. Иоффе, «при
односторонней реституции другая сторона подвергается карательной санкции».
Односторонняя реституция применяется в том случае, когда в результате
признания сделки недействительной и лишения ее юридической силы с
момента совершения в прежнее положение возвращается только потерпевшая
сторона, при этом все полученное данной стороной по сделке взыскивается в
доход государства. Характеризуя основания применения односторонней
реституции Н.В. Рабинович подчеркивает, что «недействительность сделки
обусловливается неправомерными, виновными действиями одной из сторон, в
то время как другая сторона оказалась потерпевшей от противозаконных
действий своего контрагента»
1
.
Односторонняя реституция установлена положениями ст. 179 ГК РФ в
качестве последствия недействительности оспоримых сделок, совершенных под
влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя
одной стороны с другой стороной или стечения тяжелых обстоятельств.
Помимо этого, в соответствии с нормами ч. 3 ст. 169 ГК РФ односторонняя
реституция является одним из возможных последствий ничтожной сделки,
совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка и
1
См по Бычков А.И. Реституционное обязательство в гражданском обороте // Имущественные отношения в РФ.
2013. №7 (142). С.79-88
43
нравственности. Необходимо отметить, что в рассматриваемом случае действие
карательной санкции распространяется лишь на виновную сторону сделки, при
этом изъятие у потерпевшей стороны всего полученного ей по сделке не
затрагивает ее имущественных прав и интересов. Объем требований
потерпевшей стороны, которые подлежат удовлетворению, аналогичен объему
требований потерпевшего при двусторонней реституции: потерпевший наделен
правом получить в натуре переданную им по сделке вещь, а в том случае, когда
истребование вещи невозможно, получить ее стоимость, а кроме того
произвести расчеты в связи с ухудшением состояния вещи, извлечением
доходов, компенсацией затрат и т. д. В свою очередь, все имущество,
полученное потерпевшим по сделке от виновного контрагента, подлежит
обращению в доход государства, в случае невозможности взыскать данное
имущество в натуре взыскивается его стоимость в деньгах.
Недопущение реституции по недействительной сделке применяется в том
случае, когда вина в совершении противозаконной недействительной сделки
наличествует у обеих сторон этой сделки. При этом конфискационные меры в
виде взыскания всего полученного по сделке в доход государства подлежат
применению к обеим сторонам недействительной сделки. Данный случай
применения последствий недействительной сделки каких-либо выплат или
компенсаций той или иной стороне недействительной сделки не
предусматривает. При этом конфискации подлежит имущество, которое было
передано сторонами друг другу по недействительной сделке, а также
имущество, предполагавшееся к передаче. Нормы ГК РФ о взыскании всего
полученного по недействительной сделке в доход государства базируются на
принципе добросовестности действий участников гражданских
правоотношений, закрепленного п. 3 ст. 1 ГК РФ. Согласно п. 4 ст. 1 ГК РФ
никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или
недобросовестного поведения.
Гражданским законодательством России применение последствий
недействительной сделки в виде недопущения реституции предусмотрено лишь
44
в отношении ничтожных сделок, совершенных с целью, заведомо противной
основам правопорядка или нравственности (в соответствии со ст. 169 ГК РФ).
При этом, недопущение реституции по недействительной сделке возможно
только в том случае, когда судом будет доказан умысел в действиях сторон.
Определяя сферу применения правовых норм ГК РФ о недопущении
реституции суд исходит из того, что в качестве заведомо противной основам
правопорядка или нравственности сделок, совершенных с целью, могут быть
квалифицированы сделки, которые не просто нарушают требования
законодательства, а причиняет ущерб основополагающим начала правопорядка,
являясь по своей сути противной принципам общественной, политической и
экономической организации общества, его нравственным устоям. К таким
сделкам можно отнести: сделки, направленные на производство и оборот
объектов, изъятых или ограниченных в гражданском обороте; сделки,
направленные на изготовление и оборот литературы и иной продукции,
пропагандирующей национальную, расовую или религиозную. вражду; сделки,
направленные. на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных
бумаг.
Таким образом, необходимым условием применения недопущения
реституции является установление факта противоречия цели сделки основам
правопорядка и нравственности.
Применение предусмотренных. законом. конфискационных. санкций. по
недействительной. сделке возможно с того момента, когда хотя бы. одной. из
сторон. полностью или частично было произведено исполнение по сделке.
В том случае, когда стороны не приступили к исполнению сделки,
основания применения последствий недействительной сделки в виде взыскания
всего полученного в доход государства отсутствуют. При этом сам факт
совершения недействительной сделки (даже с целью, заведомо противной
основам правопорядка) основанием для недопущения реституции не является.
Следует отметить, что взыскание всего полученного по недействительной
сделке является не характерной для института сделок мерой административно-