54
негосударственных пенсионных фондов).
С точки зрения трансформации бизнеса выделение, осуществляемое
одновременно с присоединением, - наиболее распространенный вариант
совмещенной реорганизации, поскольку является наиболее экономичным и
требует меньших трудовых и организационных затрат на получение лицензий,
перевод персонала, перерегистрацию прав на недвижимость и т.д.
Если рассмотреть вышеназванные модели совмещенной реорганизации с
экономической точки зрения, то четыре из них (разделение (выделение) в
сочетании со слиянием (присоединением)) направлены на реструктуризацию и
оптимизацию бизнес-процессов, но не касаются качественных изменений
характера деятельности компании.
В данной ситуации конечная цель совмещенной реорганизации (слияние
либо присоединение) так или иначе направлена на консолидацию капитала,
соответственно, такие совмещенные реорганизации следует считать
консолидирующими.
При двух других моделях (выделение с преобразованием и
присоединение с преобразованием) юридически значимым будет именно
преобразование - изменение организационно-правовой формы, необходимость
совершения которого возникает для переориентации вектора деятельности
организации. Соответственно, указанная цель позволяет нам такие
совмещенные реорганизации назвать трансформационными.
Безусловно, определенный аспект на понимание возможности
осуществления совмещенной реорганизации коммерческих организаций
накладывает их организационно-правовая форма, так как реализация
субъективного права на реорганизацию в данной ситуации зависит от
законодательно установленных возможностей должного поведения участников
коммерческих организаций.
В связи с этим наибольшее распространение совмещенной реорганизации
во всех из приведенных выше моделей будет иметь место в отношении
хозяйственных обществ - акционерных обществ и обществ с ограниченной
55
ответственностью, так как товарищества практически не распространены в
российском правовом поле, а для хозяйственных партнерств, государственных
и муниципальных предприятий и производственных кооперативов,
обладающих определенной спецификой правового регулирования и в ряде
случаев специальной правоспособностью, среди указанных моделей
практически применимой видится трансформационная совмещенная
реорганизация, так как консолидирующие реорганизации здесь вполне можно
осуществить в рамках простых реорганизаций.
Среди основных проблем в правоприменительной практике в отношении
совмещенных реорганизаций следует выделить следующие:
- порядок принятия соответствующего решения и формирования органов
управления;
- вопросы правопреемства на промежуточных стадиях совмещенной
реорганизации;
- правовой статус образуемых на первой стадии реорганизационных
процедур юридических лиц, существующих и прекращающих свою
деятельность практически одномоментно.
Законодатель не закрепил какого-либо особого порядка совмещенной
реорганизации. Как и ранее, реорганизация проводится в следующем порядке:
1) подготовка к реорганизации, инвентаризация активов (имущества);
2) принятие решения о реорганизации с утверждением договора о
присоединении всеми участниками реорганизации и передаточного акта
лицами, присоединяющимися к основному юридическому лицу;
3) уведомление налогового органа о начале реорганизации;
4) уведомление кредиторов путем размещения в СМИ сообщения о
реорганизации, а в предусмотренных законом случаях и письменно каждого из
известных кредиторов;
5) проведение сверки расчетов с налоговым органом;
6) проведение совместного собрания акционеров (участников) общества,
реорганизуемого в форме присоединения;
56
7) государственная регистрация новой редакции устава общества, к
которому осуществляется присоединение.
Таким образом, применительно к правовой природе совмещенной
реорганизации можно сделать следующие выводы.
1. Совмещенная реорганизация представляет собой особый способ
реорганизации, при котором происходит сочетание двух форм реорганизации.
При этом в зависимости от того, какие это формы, определяется порядок
правопреемства участвующих в реорганизации компаний.
2. Несмотря на диспозитивный характер регулирования, из двадцати
возможных моделей совмещенной реорганизации в российском правовом поле
практически востребованными являются шесть - разделение в сочетании с
присоединением, разделение в сочетании со слиянием, выделение в сочетании с
присоединением, выделение в сочетании со слиянием, выделение в сочетании с
преобразованием, присоединение в сочетании с преобразованием.
3. В зависимости от того, на что направлен конечный этап
реорганизационных процедур (слияние (присоединение) или преобразование),
совмещенную реорганизацию следует классифицировать на консолидирующую
(если цель - слияние (присоединение)) и трансформационную (если цель -
преобразование (изменение организационно-правовой формы)).
4. При совмещенных реорганизациях в связи с тем, что при их
проведении происходит сочетание различных форм реорганизации,
правопреемство зависит от характера сочетания этих форм и законодательных
требований к правопреемству по каждой из форм.
5. Исходя из правовой природы конкретных форм коммерческих
организаций, наличия специальной правосубъектности для некоторых из форм,
совмещенная реорганизация во всех предусмотренных возможных моделях
возможна в отношении хозяйственных обществ и товариществ, тогда как для
других коммерческих организаций (государственные и муниципальные
унитарные предприятия, производственные кооперативы, хозяйственные
партнерства) ее проведение возможно только при моделях
57
трансформационного характера (присоединение - преобразование, выделение -
преобразования).
6. В нормах специального законодательства по каждой из коммерческих
организаций следует закрепить механизм принятия решений о проведении
совмещенных реорганизаций для устранения какого-либо двойного толкования
и необходимости использования аналогии закона (аналогии права).
В настоящее время в связи с принятием Федерального закона от 1 мая
2017 г. N 84-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты
Российской Федерации"
45
, положения которого направлены на
совершенствование процедур предупреждения несостоятельности
(банкротства) кредитных организаций, изменилась система санации банковских
организаций. Так, Закон N 84-ФЗ устанавливает, в частности, что: а) Банк
России наделен правом создания Фонда консолидации банковского сектора, а
также вправе в качестве единственного участника учредить общество с
ограниченной ответственностью "Управляющая компания Фонда консолидации
банковского сектора"; б) Банк России вправе принять решение о направлении в
кредитную организацию представителей Банка России в целях проведения
анализа финансового положения для решения вопроса об участии Банка России
в осуществлении мер по предупреждению банкротства или урегулировании
обязательств; в) определен порядок реализации Банком России акций (долей в
уставном капитале), имущества (имущественных прав), приобретенных в ходе
предупреждения банкротства банков.
Таким образом, положения названного Закона N 84-ФЗ распространяются
на порядок восстановления платежеспособности кредитных организаций,
начиная с момента вступления в силу указанного Закона.
Однако до настоящего времени существует большое количество
кредитных организаций, в санации которых принимает участие Агентство по
страхованию вкладов (далее - АСВ). Согласно данным, размещенным на сайте
45
Федеральный закон от 01.05.2017 N 84-ФЗ «О внесении изменений в отдельные
законодательные акты Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ, 01.05.2017,
N 18, ст. 2661
58
АСВ, по состоянию на 1 мая 2017 г. (то есть до момента вступления в силу
Закона N 84-ФЗ) АСВ принимает участие в финансовом оздоровлении 27
банков. Санация 23 банков осуществляется с привлечением инвесторов. В АКБ
"РОССИЙСКИЙ КАПИТАЛ" (ПАО) агентство осуществляет мероприятия по
финансовому оздоровлению без участия инвесторов, являясь основным
акционером данного банка. В АКБ "ПЕРЕСВЕТ" (АО), ПАО МАБ "Темпбанк"
и АКБ "Спурт" (ПАО) введена временная администрация агентства.
В отношении четырех банков (АКБ "Электроника" (ОАО), КБ
"Московский Капитал" (ООО), АКБ "МЗБ" (ЗАО) и "Мой банк. Ипотека"
(ОАО)) были осуществлены мероприятия по передаче части их имущества и
обязательств в финансово устойчивые банки. Кроме того, агентство
осуществило мероприятия по урегулированию обязательств ОАО АКБ
"Пробизнесбанк" и "НОТА-Банк" (ПАО).
Следует отметить, что за последние годы, пошатнувшие банковский
сектор, стала применяться практика разделения санируемой кредитной
организации на "плохой" и "хороший" банки, что соответствует сложившейся
мировой практике. Так, американский Mellon Bank создал в 1988 г. "плохой"
банк Grant Street National Bank, которому были переданы "плохие" долги на
сумму 1,4 млрд долл. Grant Street National Bank был ликвидирован после
завершения сбора "плохих" долгов.
В октябре группа сотрудников Центра макроэкономического анализа и
краткосрочного прогнозирования опубликовала работу, из которой следует, что
за последние три года каждый третий отечественный банк был лишен лицензии
или передан на санацию. Основная причина - фальсификация стоимости
активов: в среднем 60% их объема, отраженного в отчетности банкротов, не
имело в действительности никакой стоимости.
В 1992 году разразился шведский банковский кризис: три из четырех
самых крупных шведских банков оказались неплатежеспособными.
Правительство Швеции по совету McKinsey учредило два "плохих" банка -
Retriva и Securum. Retriva получил "плохие" долги Gota BankA, а Securum -
59
банка Nordbanken. Издержки санации составили не более 2% ВВП Швеции.
В начале 2009 года Citigroup передала проблемные активы на сумму
свыше 700 млрд долл. "плохому" банку Citi Holdings
46
.
В России на текущий момент самой известной из таких санаций можно
назвать выделение "хорошего" банка из состава ОАО "Банк Москвы" и его
присоединение к Банку ВТБ (ПАО).
Самый крупный кредит, полученный инвестором от АСВ после 2008 г.,
составляет 295 млрд руб. (9,2 млрд по состоянию на 30 сентября 2011 г. - дату
выдачи). Он был выделен на оздоровление ОАО "Банк Москвы" и позволил
инвестору - Банку ВТБ (ПАО) отразить прирост капитала в размере 152 млрд
руб. не только в 2011 г., но и 100 млрд в 2014 г., когда срок погашения кредита
был продлен на пять лет.
В настоящее время процедуры реорганизации банковского сектора
урегулированы следующими нормативными актами: Гражданским кодексом
Российской Федерации, Федеральным законом от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ
"Об акционерных обществах
47
", Федеральным законом от 2 декабря 1990 г. N
395-1 "О банках и банковской деятельности
48
", Инструкцией Банка России от
27 декабря 2013 г. N 148-И "О порядке осуществления процедуры эмиссии
ценных бумаг кредитных организаций на территории Российской Федерации
49
",
Инструкцией Банка России от 2 апреля 2010 г. N 135-И "О порядке принятия
Банком России решения о государственной регистрации кредитных
организаций и выдаче лицензий на осуществление банковских операций",
Положением о реорганизации кредитных организаций в форме слияния и
46
Осадчий М. "Хороший" ВТБ и "плохой" Банк Москвы. URL:
http://www.banki.ru/news/columnists/?id=8310479.
47
Федеральный закон от 26.12.1995 N 208-ФЗ (ред. от 04.11.2019) «Об акционерных
обществах» (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2020) // Собрание законодательства РФ,
01.01.1996, N 1, ст. 1
48
Федеральный закон от 02.12.1990 N 395-1 (ред. от 27.12.2019) «О банках и банковской
деятельности» (с изм. и доп., вступ. в силу с 08.01.2020) // Собрание законодательства РФ,
05.02.1996, N 6, ст. 492
49
Инструкция Банка России от 27.12.2013 N 148-И (ред. от 11.05.2017) "О порядке
осуществления процедуры эмиссии ценных бумаг кредитных организаций на территории
Российской Федерации" (Зарегистрировано в Минюсте России 28.02.2014 N 31458)
//Консультант Плюс
60
присоединения, утв. Банком России 29 августа 2012 г. N 386-П.
Особенностью указанного вида реорганизации является ее смешанная
форма: и выделение, и присоединение, а также условное создание нового
юридического лица, время существования которого законодательно не
определено, но, предполагается минимальным. Кроме того, законодательство
не устанавливает исключений в отношении размера уставного капитала
выделяемого банка, несмотря на то, что выделяется банк из кредитной
организации, отвечающей признакам банкротства, и существование
выделяемого банка не предполагается: как было указано, это некая
юридическая фикция, необходимая для организации законного правопреемства.
Таким образом, среди особенностей реорганизации банков в форме
выделения с одновременным присоединением отметим следующие:
1) в связи с тем что в рамках реорганизации будут передаваться
банковские активы, а именно лицензия на привлечение во вклады денежных
средств физических лиц, то в рамках выделения должна создаваться банковская
организация, которой Банк России на период ее краткосрочного существования
выдаст соответствующую лицензию (абз. 2 ст. 36 ФЗ "О банках и банковской
деятельности
50
");
2) уставный капитал выделяемого банка должен соответствовать
требованиям ст. 36 Федерального закона "О банках и банковской
деятельности", а именно размер уставного капитала вновь регистрируемого
банка с универсальной лицензией составляет величину не менее 3 млрд 600 млн
руб.;
3) в связи с тем что кредитная организация, к которой осуществляется
присоединение выделенного банка, изначально является санатором проблемной
кредитной организации, то есть материнской компанией в отношении акций
проблемного банка, то в процессе конвертации акций санируемого банка
50
Федеральный закон от 02.12.1990 N 395-1 (ред. от 27.12.2019) «О банках и банковской
деятельности» (с изм. и доп., вступ. в силу с 08.01.2020) // Собрание законодательства РФ,
05.02.1996, N 6, ст. 492
61
(реорганизуемого общества) в акции выделяемого банка такие акции
приобретает акционер санируемого банка, то есть кредитная организация, к
которой будет осуществляться последующее присоединение;
4) кредитная организация, к которой происходит присоединение,
погашает акции присоединяемого общества, принадлежащие ей, в связи с чем
увеличение уставного капитала в такой кредитной организации не происходит.
Специфика преобразования как процедуры реорганизации.
Реорганизационная процедура преобразования юридического лица
появилась в хозяйственной практике и гражданском законодательстве РФ
относительно недавно. Суть данного способа реорганизации заключается в
изменении организационно-правовой формы юридического лица.
При данном способе (при преобразовании) юридическое лицо,
существовавшее до преобразования, прекращает свою деятельность, а на его
основе возникает в ходе реорганизации новое юридическое лицо. Оно
приобретает все активы и пассивы прежнего предприятия.
Некоторые субъективные гражданские права в силу закона могут
принадлежать юридическим лицам только определенной организационно-
правовой формы. Если такое юридическое лицо осуществляет реорганизацию в
форме преобразования и при этом новая организационно-правовая форма
юридического лица не предусматривает наличия соответствующего
субъективного права, то возникает вопрос: должно ли данное субъективное
право сохраняться или же оно прекращается?
Относительно недавно такая ситуация была предметом рассмотрения
Верховного Суда РФ (дело N А60-18402/2015
51
). В ходе судебного
разбирательства лицами, участвующими в деле, а также судами всех инстанций
были озвучены основные аргументы сторонников обеих точек зрения, поэтому
проблема будет рассмотрена на примере данного судебного дела.
51
Решение Арбитражного суда Свердловской области от 24.04.2017 по делу N А60-
18402/2015 // СПС "КонсультантПлюс"; Постановление Семнадцатого арбитражного
апелляционного суда от 18.11.2015 N 17АП-12800/2015-ГК по делу N А60-18402/2015 // СПС
"КонсультантПлюс"
62
Правовой конфликт между истцом и ответчиком развивался следующим
образом. Негосударственное образовательное учреждение "Уральский
финансово-юридический институт" (далее - Институт) с 2008 г. владело
нежилыми помещениями на праве оперативного управления, о чем имелась
соответствующая запись в Едином государственном реестре прав на
недвижимое имущество и сделок с ним (ЕГРП). Доля в праве общей
собственности на данные нежилые помещения в размере 1/2 принадлежала
физическому лицу, которое в 2013 г. внесло ее в качестве вклада в уставный
капитал ООО "Лоза". Право общей долевой собственности ООО "Лоза" также
было зарегистрировано в ЕГРП. В 2014 г. Институт решением единственного
учредителя был добровольно реорганизован в форме преобразования в
автономную некоммерческую образовательную организацию высшего
образования "Уральский финансово-юридический институт". При этом по
данным ЕГРП право оперативного управления за Институтом сохранилось и
после преобразования.
ООО "Лоза" обратилось в суд с иском о взыскании с Института
неосновательного обогащения. В обоснование иска ООО "Лоза" указало, что
согласно п. 1 ст. 296 Гражданского кодекса РФ право оперативного управления
может принадлежать только учреждению и казенному предприятию. Поскольку
Институт после своей реорганизации к таковым не относится, его право
оперативного управления прекратилось. Следовательно, по мнению истца, с
момента реорганизации Институт без правовых оснований пользуется
принадлежащим истцу как долевому собственнику имуществом, а значит,
имеет место неосновательное обогащение Института за счет истца.
Арбитражный суд Свердловской области отказал в удовлетворении иска,
сославшись на то обстоятельство, что за Институтом в ЕГРП зарегистрировано
право оперативного управления, следовательно, он использовал помещение на
законных основаниях.
Семнадцатый арбитражный апелляционный суд отменил решение суда
первой инстанции и удовлетворил иск, указав, что Институт как автономная
63
некоммерческая организация не может быть субъектом права оперативного
управления.
Арбитражный суд Уральского округа согласился с выводами суда первой
инстанции и отменил постановление суда апелляционной инстанции. В
постановлении суда кассационной инстанции было, в частности, отмечено, что
реорганизация Института не может ухудшать его правовое положение по
отношению к третьим лицам.
Основываясь на вышеуказанных судебных актах судов трех инстанций,
можно установить основные аргументы сторон. Ключевой довод истца состоял
в том, что согласно п. 1 ст. 296 ГК РФ право оперативного управления может
принадлежать только учреждению и казенному предприятию. Поскольку
Институт после своей реорганизации к таковым не относится, его право
оперативного управления прекратилось. Позиция ответчика в основном
сводилась к следующим трем аргументам.
1. В соответствии с п. 5 ст. 58 ГК РФ при преобразовании юридического
лица одной организационно-правовой формы в юридическое лицо другой
организационно-правовой формы права и обязанности реорганизованного
юридического лица в отношении других лиц не изменяются, за исключением
прав и обязанностей в отношении учредителей (участников), изменение
которых вызвано реорганизацией. Следовательно, после преобразования
положение юридического лица не может ухудшиться, а значит, право
оперативного управления должно сохраниться за Институтом.
2. Право оперативного управления, принадлежащее Институту,
зарегистрировано в ЕГРП и соответствующая регистрационная запись истцом
не оспорена.
3. Также ответчик указывал, что право собственности на помещения за
физическим лицом в размере 1/2 доли было зарегистрировано незаконно и
поэтому данное лицо не могло передать право собственности истцу, то есть, по
существу, ответчик оспаривал титул истца как долевого собственника.
Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ