45
РФ следует, что действующее процессуальное законодательство допускает
заключение мирового соглашения исключительно в отношении одного дела
(всех или части заявленных в рамках него требований). Но в мировом
соглашении, представленном на утверждение судом в рассматриваемом деле,
стороны урегулировали права и обязанности, возникшие в том числе из
договоров, которые не затрагиваются в рамках этого дела, а являются
предметом иных арбитражных споров. В связи с этим суд кассационной
инстанции пришел к выводу, что, утверждая соответствующее мировое
соглашение, суд первой инстанции в рамках указанного дела фактически
определил права и обязанности сторон по договорам, которые не просто не
были предметом настоящего разбирательства, но рассматриваются в рамках
иных арбитражных дел, что недопустимо
43
.
Вместе с тем, если стороны, являющиеся субъектами
предпринимательской деятельности, зная обо всех возникших между ними и
рассматриваемых в арбитражных судах спорах, действуя добросовестно и
разумно, договорились о прекращении всех споров, которые являются
предметами разных арбитражных дел, но возникли из одного договорного
отношения, отсутствуют достаточные основания ограничивать свободу
заключения такого мирового соглашения (ст. 421 ГК РФ).
43
Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30 октября 2014 г. по делу N А56-
23213/2014 (Определением ВС РФ от 24 февраля 2015 г. N 307-ЭС15-354 отказано в передаче кассационной
жалобы по делу N А56-23213/2014 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по
экономическим спорам ВС РФ).
46
Глава 2 Вопросы оснований расторжения и изменений
гражданско-правового договора
2.1.Расторжение и изменение гражданско-правового договора на
основании статьи 428 гражданского кодекса Российской Федерации
Условия для расторжения или изменения гражданско-правового
договора на основании ст. 428 ГК РФ. В результате проводимой реформы
гражданского законодательства в п. 3 ст. 428 ГК РФ нашел отражение
сформированный судебно-арбитражной практикой подход о возможности
защиты стороны договора от несправедливых договорных условий, если
последний был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного
содержания таких условий (оказался слабой стороной договора) (п. 9
Постановления Пленума ВАС РФ).
Именно необходимость соблюдения принципа справедливости (как
процедурной, так и материальной) в целях защиты интересов слабой стороны
договора обусловливает отступление от принципа юридического равенства
сторон договора, свободы заключаемого ими договора, что еще раз
подтверждает необходимость содействия и сотрудничества сторон как в
статике, так и в динамике договорных отношений.
Необходимость защиты слабой стороны в целях обеспечения
фактического равенства сторон договора признается и процессуальным
законодательством, устанавливающим в том числе и то, что судопроизводство
в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, равноправия
сторон. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и
беспристрастность, в частности, оказывает содействие в реализации прав лиц,
участвующих в деле (ст. 9 АПК РФ). Представляется, что именно в целях
защиты слабой стороны в процессе, признавая судебный процесс
непрофессиональным, Пленум ВС РФ в Постановлении от 23 июня 2015 г. N
25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой
Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрел, что если при
принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный
47
истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, то
данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии
искового заявления, его возвращения либо оставления без движения; кроме
того, ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в
данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в
удовлетворении заявленного требования (п. 9).
Результатом внесения соответствующих изменений в ст. 428 ГК РФ
явилась необходимость выработки единообразных подходов к определению
наличия оснований и порядку оспаривания субъектами предпринимательской
деятельности договорных условий в связи с неравенством переговорных
возможностей, в результате которого условие договора, по их мнению, должно
быть признано нарушающим баланс имущественных интересов сторон
договора, а договор, соответственно, расторгнут или изменен (при этом п. 3 ст.
428 ГК РФ не нивелирует значение п. 1 ст. 428 ГК РФ, поскольку
распространяет действие п. 2 ст. 428 ГК РФ на любой договор, в том числе не
являющийся договором присоединения, так как при применении п. 1 ст. 428
ГК РФ из предмета доказывания исключена необходимость доказывания
факта неравенства переговорных возможностей, которое привело к
невозможности скорректировать соответствующее условие договора).
В связи с этим следует упомянуть о резонансном деле о признании
недействительным договора
44
, в результате рассмотрения которого суды,
признав ответчика профессионалом в сфере финансов и финансовых рынков,
пришли к выводу о том, что последний, исходя из принципа добросовестности,
был обязан прилагать необходимые и достаточные усилия к тому, чтобы
положения сложных финансовых инструментов были ясными,
недвусмысленными и понятными любому лицу, не обладающему
специальными навыками в сфере финансов и незнакомому с принятыми в этой
44
Постановление Арбитражного суда Московского округа от 20 сентября 2016 г. N Ф05-13754/2016 по делу N
А40-168599/2015 (Определением ВС РФ от 13 января 2017 г. N 305-ЭС16-18465 отказано в передаче дела N
А40-168599/2015 в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ для пересмотра в порядке
кассационного производства данного Постановления).
48
сфере обыкновениями и терминологией. Судами была установлена
невыгодность для клиента банка (субъекта предпринимательской
деятельности) заключенных своп-сделок, допущение злоупотреблений и
недобросовестности со стороны банка при согласовании условий указанных
договоров, что в совокупности с положениями кредитного соглашения, по
мнению судов, свидетельствовало о наличии злоупотреблений правом со
стороны банка, в связи с чем соответствующие договоры были признаны
недействительными. При этом доводы ответчика о том, что истец частично
исполнил своп-договоры, а значит, действует недобросовестно, были
отклонены, поскольку, по мнению суда, истец-непрофессионал, не
получивший от банка необходимую информацию о методике расчетов, «не
мог полноценно понимать экономическую суть и рисковые последствия
сделок».
Представляется, что указанный судебный акт создает потенциальную
возможность для оспаривания сделок с банками, страховыми, финансовыми и
другими компаниями-контрагентами последних в ситуации, когда, как только
сделка перестанет быть для них выгодной, «непрофессиональный»
контрагент, будучи тем не менее субъектом предпринимательской
деятельности, может обратиться с требованием о признании такой сделки
недействительной (ст. 169 ГК РФ), о расторжении договора (ст. 428 ГК РФ),
ссылаясь на то, что, не являясь профессионалом с сфере, требующей
специфических профессиональных знаний, был в недостаточной степени
осведомлен контрагентом о существе, рисках заключаемого договора, условия
которого являются для него обременительными, в результате чего суды будут
осуществлять интервенцию в предпринимательские договоры, что может
привести к дестабилизации гражданского оборота. Кроме того, для
контрагентов таких субъектов заключение договоров с последними будет
сопряжено с порождающим состояние правовой неопределенности риском
ожидания того, что договор может быть оспорен «непрофессионалом» как
явно обременительный для последнего.
49
Критерий явной обременительности условий договора для одной из
сторон, являющийся основанием для расторжения или изменения договора на
основании ст. 428 ГК РФ. Для расторжения или изменения договора на
основании ст. 428 ГК РФ необходимо установление наличия в совокупности
двух фактов: условия договора должны быть явно обременительными для
одной из сторон (материальное неравенство) и должно быть установлено
неравенство переговорных возможностей сторон договора (процедурное
неравенство). В отличие от п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ «О свободе
договора и ее пределах», согласно которому для того, чтобы считать условие
договора несправедливым помимо явной обременительности для одной из
сторон такого условия назван существенным образом нарушенный баланс
интересов сторон, факт существенного нарушения баланса интересов сторон в
качестве необходимого условия для расторжения или изменения договора
согласно ст. 428 ГК РФ не упомянут.
Явно обременительными условиями для одной стороны в ст. 428 ГК РФ
названы: исключение или ограничение ответственности другой стороны за
нарушение обязательств; лишение стороны прав, обычно предоставляемых по
договорам такого вида, иные явно обременительные для одной из сторон
условия, которые она, исходя из своих разумно понимаемых интересов, не
приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении
условий договора.
Так, суд первой инстанции признал поведение истца злоупотреблением
правом и отказал в защите права, поскольку при рассмотрении спора было
установлено многократное превышение размера платы за хранение угля над
рыночной стоимостью поклажи (более чем в семь раз), наличие иной, более
низкой цены услуг по хранению в аналогичных договорах с иными
поклажедателями, а ответчиком заявлено о несправедливых (явно
обременительных для поклажедателя и существенным образом нарушающих
50
баланс интересов сторон) договорных условиях
45
.
Действуя добросовестно, ответчик при заключении договора должен
был осведомить истца о том, что цена продаваемого ему товара отличается от
цены продажи другим покупателям, находящимся в той же группе
потребителей, что и истец, а также предоставить ему справедливую и
реализуемую возможность приобретения товара по цене, применяемой к этой
группе потребителей
46
.
Следует отметить, что составляющей явно обременительного для
одной из сторон условия является то, что, исходя из своих разумно
понимаемых интересов, она не приняла бы такое условие договора при
наличии у нее возможности участвовать в его определении. (В данном случае
прослеживается схожий с установленным ст. 451 ГК РФ подход, согласно
которому изменение обстоятельств признается существенным, когда они
изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть,
договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно
отличающихся условиях, однако принципиальным отличием является то, что
в ст. 451 ГК РФ речь идет о возникшей обременительности уже после
заключения договора на стадии его исполнения, а в ст. 428 ГК РФ - об
обременительности изначальной.)
Критерий неравенства переговорных возможностей сторон. Для
расторжения или изменения договора на основании ст. 428 ГК РФ необходимо
установление того, что предъявляющая подобное требование сторона в силу
явного неравенства переговорных возможностей была поставлена в
положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания
отдельных условий договора (п. 3 ст. 428 ГК РФ), а у присоединившейся к
являющемуся договором присоединения стороны не было возможности
45
Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 14 января 2015 г. N Ф04-13126/2014 по
делу N А27-15903/2013.
46
Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 3 августа 2016 г. N Ф04-2932/2016 по делу
N А46-10433/2015 (Определением ВС РФ от 25 октября 2016 г. N 304-ЭС16-13576 отказано в передаче дела N
А46-10433/2015 в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ для пересмотра в порядке
кассационного производства данного Постановления)
51
участвовать в определении условий договора, при наличии которой она,
исходя из своих разумно понимаемых интересов, не приняла бы их (п. 2 ст.
428 ГК РФ).
Таким образом, решающее значение имеет именно доказывание
неравенства переговорных возможностей сторон, поскольку при равенстве
переговорных возможностей даже при возникшем дисбалансе их
имущественных интересов исходя из принципа свободы договора,
осуществления прав и обязанностей субъектами оборота своей волей и в своем
интересе, самостоятельного несения сторонами договора
предпринимательского риска осуществляемой деятельности подлежат
уважению и признанию достигнутые при заключении договора
договоренности сторон. Тем не менее реализация принципа свободы договора
не умаляет необходимости добросовестности и разумности действий сторон,
справедливости условий договора, в частности соответствия условий договора
действительному экономическому смыслу последнего.
Таким образом, в качестве доказательств предпринимаемых стороной
попыток изменить содержание условия, предложенного контрагентом, в том
числе могут быть представлены протоколы разногласий при заключении
договора, предшествующая заключению договора переписка сторон.
Проект договора, как правило, составляет один из потенциальных
контрагентов, но это не значит, что он становится априори сильной стороной,
а другая сторона не может изменить, скорректировать, предложить
собственную редакцию соответствующего условия. В связи с этим подлежит
выяснению то, до какой степени для стороны договора, считающей себя
слабой, заключение договора на предложенных другой стороной условиях
было вынужденным.
Неравенство переговорных возможностей при заключении договора на
торгах. В настоящее время наметилась тенденция в качестве навязанных
рассматривать условия договоров, заключенных на торгах, поскольку
участник торгов не участвует в определении условий договора, у него
52
отсутствует реальная возможность влиять на их содержание. Так, например,
согласно п. 4 ст. 70 Федерального закона от 5 апреля 2013 г. N 44-ФЗ «О
контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения
государственных и муниципальных нужд» победитель электронного
аукциона, с которым заключается контракт, в случае наличия разногласий
указывает в протоколе разногласий замечания к положениям проекта
контракта, не соответствующим извещению о проведении такого аукциона,
документации о нем и своей заявке на участие в таком аукционе, то есть
замечания такого победителя ограничены несоответствием проекта контракта
извещению, документации об аукционе и его заявке.
Профессиональное неравенство. При рассмотрении споров о защите от
несправедливых договорных условий подлежит учету и уровень
профессионализма сторон в соответствующей сфере, и конкуренция на
соответствующем рынке. В первую очередь профессионалом признается лицо,
осуществляющее деятельность в сфере, требующей специальных познаний,
например кредитная организация, профессионально совершающая банковские
сделки.
Проблема применения ст. 428 ГК РФ в отношении субъектов
предпринимательской деятельности. Предоставление возможности признания
договорных условий несправедливыми субъектам предпринимательской
деятельности, аргументированное целями соблюдения баланса интереса
сторон договорного отношения, уравнивающего интересы сторон, чревато
нарушением принципа эквивалентности гражданских правоотношений,
которая далеко не всегда измеряется равными возмездными встречными
предоставлениями по договору, поскольку обязательное арифметическое
равенство встречных предоставлений не требуется, так как именно оценка
сторонами договора ценности предоставления, удовлетворенность последним
являются ориентиром для признания отношений эквивалентными.
Таким образом, для установления неравенства переговорных
возможностей при применении ст. 428 ГК РФ значение имеют как статус
53
контрагентов (экономическое неравенство, в том числе доля субъектов на
соответствующем рынке, наличие конкуренции, деловая репутация
контрагентов, длительность осуществления ими предпринимательской
деятельности, повышенная заинтересованность в заключении договора одной
из сторон), профессиональное неравенство, так и конкретные обстоятельства
согласования условий договора, которые должны быть доказаны сторонами и
установлены судом, поскольку неравные переговорные возможности
являются следствием совокупности указанных выше обстоятельств.
Представляется, что при разрешении споров о расторжении или
изменении договора на основании ст. 428 ГК РФ суду надлежит дать оценку
поведению истца с позиции недопустимости непоследовательного и
противоречивого поведения, поскольку, исполняя договор, давая своими
действиями и заявлениями более сильному контрагенту уверенность в том, что
договор является действительным и действующим, поведение слабого
контрагента-истца не отвечает требованиям добросовестности и разумности, а
согласно п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего
недобросовестного поведения. Кроме того, подлежит оценке поведение
сторон при ведении сторонами договора переговоров при заключении
договора (ст. 434.1 ГК РФ).
Более того, когда обеими сторонами договора являются субъекты
предпринимательской деятельности, требует обсуждения вопрос о
возможности применения к заявлению одной из сторон, считающей себя
слабой, требования о расторжении или изменении договора в связи с явной
обременительностью условия такого договора по аналогии нормы п. 5 ст. 450.1
ГК РФ о недопустимости отказа от договора (исполнения договора) (в данном
случае - расторжения или изменения договора), если после заключения такого
договора на стадии его исполнения такая сторона своими действиями
подтвердила для контрагента действие договора, сформировав у последнего
разумное предположение, что такая сторона соглашается с условиями, на
которых был заключен договор.
54
Следует отметить, что в прежней редакции ст. 428 ГК РФ с учетом п. 3
ст. 453 ГК РФ договор считался измененным или расторгнутым с момента
вынесения соответствующего судебного решения, что приводило к
нивелированию эффективности такого способа защиты, как расторжение или
изменение договора на основании ст. 428 ГК РФ, поскольку перспективное
расторжение и изменение не позволяло избежать уже наступивших
негативных последствий соответствующего условия, в связи с чем слабая
сторона договора предпочитала заявлять о недопустимости применения
несправедливых договорных условий на основании ст. 10 ГК РФ или о
ничтожности таких условий по ст. 169 ГК РФ.
Между тем в ситуации явной обременительности условий договора,
исполнение которого связано с осуществлением обеими сторонами
предпринимательской деятельности, для одного из контрагентов наиболее
соответствующим как принципам добросовестности и разумности, так и
потребностям оборота будет использование в качестве способа защиты
заявления о необходимости изменить условия договора с целью
восстановления баланса интересов сторон, нарушение которого явилось
результатом того, что условия договора слишком обременительны для
стороны договора, которая не имела возможности существенным образом
повлиять на установление иного содержания таких условий, особенно тогда,
когда договор начал исполняться сторонами, поскольку нельзя предполагать,
что стороны заключали договор лишь для вида. Заявление о неприменении
несправедливых условий на основании ст. 10 ГК РФ и уж тем более заявление
о ничтожности таких условий как совершенных с целью, противной основам
правопорядка или нравственности, не соответствуют ни профессиональному
имущественному обороту, ни этическим правилам ведения бизнеса, а потому
применение таких способов защиты приемлемо лишь в ситуации, когда слабой
стороной договора выступает не являющийся субъектом
предпринимательской деятельности контрагент. При этом следует учитывать,
что поведение одной из сторон договора при согласовании соответствующих