46
например помещение на железнодорожное полотно крупногабаритных
предметов».
Правда, отдельные специалисты считают, что «в случае, если какой-
либо предмет был изъят и перемещен в другое место (например, при
похищении сигнальных знаков, телефонных аппаратов и т.п.), следует
говорить о разрушении транспортных сообщений»
1
. Но данная позиция
несостоятельна по многим соображениям.
Стоит отметить, что указание в законе на возможность приведения в
негодность транспорта иным способом продиктовано необходимостью
дифференциации признаков рассматриваемого преступления между собой.
Думается, указанный способ приведения в негодность транспорта
будет иметь самостоятельное значение только в том случае, если в его
содержание не включать деяния, которые каким-либо образом сопряжены с
разрушением или повреждением элементов транспортной системы. Иначе
говоря, под приведением в негодность транспортных средств или путей
сообщения иным способом следует понимать такие действия, при которых
элементы конструкции и механизмы остаются неповрежденными, но при
этом транспорт не может безопасно использоваться по назначению.
Рассматривая субъективную сторону статьи 267 УК РФ необходимо
отметить две полярные точки зрения. Одни специалисты говорят о
неосторожной вине, другие считают, что здесь имеет место двойная форма
вины.
Сторонники первой точки зрения, с учетом того что рассматриваемое
преступление с материальным составом, а отношение последствиям в нем
определено как неосторожное, следовательно преступление в целом должно
признаваться неосторожным.
1
Атоян Г.Г. Уголовно-правовой анализ преступлений, затрудняющих нормальное функционирование
транспортных средств//СМАЛЬТА. 2015. № 1. С. 13
47
Вторая точка зрения заключается в том, что деяние всегда
происходить с умыслом, а отношения к последствиям рассматриваются как
неосторожные в форме легкомыслия или небрежности.
Особое мнение по данному вопросу высказывает Мельников А.И.,
который считает, что рассматриваемое преступление может совершаться как
со смешанной (двойной) формой вины, так и умышленно. Но в таком случае
(при полном умысле) возникает вопрос о квалификации преступления уже
совсем по другим составам, а деяние должно расцениваться как способ
(например - убийство)
1
.
Наличие умышленной формы вины в посягательствах
рассматриваемой группы делает их уже, по сути, не транспортными
преступлениями, а имущественными, преступлениями террористической или
экстремистской направленности и т.д. в зависимости от направленности
умысла, мотивов и целей. Вполне логично, что наличие умысла на
присвоение чужого имущества должно квалифицироваться как кража. Но при
наличии последствий по совокупности должна быть и квалификация по ст.
267 УК РФ, вопрос о поглощении тут довольно таки спорный.
Думается, что следует согласиться с мнением Грачева Ю.В., который
отметил, что неосторожная вина по отношению к наступлению вредных
последствий не исключает возможности совершения соответствующих
деяний осознанно
2
. Следовательно, вполне уместна двойная форма вины.
Субъект преступления, предусмотренного ст. 267 УК, по наиболее
распространенному в литературе мнению, общий. Но в теории уголовного
права высказываются и другие точки зрения. Так Таюрская Е.А. в своей
работе, просвещенной данной проблеме считает, что в этом качестве может
выступать и лицо, обладающее признаками специального субъекта, например
1
Мельников А.И. Непосредственный объект и предмет преступлений, нарушающих правила дорожного
движения и эксплуатации транспортных средств//В сборнике: Актуальные проблемы правотворчества и
правоприменительной деятельности в Российской Федерации Материалы межвузовской научной
студенческой конференции. 2016. С. 379
2
Грачева Ю.В., Чучаев А.И. Дополнительные уголовно-правовые меры обеспечения безопасности
автотранспорта // Уголовное право. - 2015. - №3. - С. 14
48
работник транспортной инфраструктуры. С учетом того, что он обладает
специальными знаниями и возможностью беспрепятственного доступа к
объекту, совершение преступления таким субъектом необходимо выделить в
особо квалифицированный состав
1
.
Приведенная точка зрения выглядит весьма спорной на фоне наличия
в действующем УК механизма обеспечения безопасности движения и
эксплуатации транспорта от внутренних угроз, вытекающих непосредственно
из самой транспортной деятельности. Ведь, по сути, все действия работников
транспорта, связанные с ненадлежащим исполнением их профессиональных
обязанностей, представляют собой не что иное, как различные виды
нарушения специальных правил, обеспечивающих безопасные условия
функционирования транспорта, которые полностью охватываются
содержанием либо ст. 263 УК, либо ст. 266 УК
2
.
Следование же такой логике на практике может привести к
возникновению жесткой конкуренции норм, предусмотренных ст. ст. 263,
266 и 267 УК, и еще больше запутает правоприменителя в вопросах
применения норм об ответственности за транспортные преступления, а стало
быть, и негативно скажется на эффективности борьбы с ними.
При определении признаков субъекта приведения в негодность
транспорта ученые часто обращают внимание еще и на возраст уголовной
ответственности. На данный момент уголовный закон устанавливает его в 14
лет. Данное законодательное решение является вполне оправданным, ввиду
значимости и общественной опасности, хотя всегда остро стоит вопрос об
осознании опасности действий.
Однако следует иметь в виду, что в анализируемом случае речь идет
все-таки о транспорте - объекте особой социальной значимости, суть которой
доносится до детей в достаточно раннем возрасте, со школьной скамьи. О
1
Таюрская Е.А. К вопросу о квалификации преступлений, предусмотренных ст. 267 УК РФ по признакам
объективной стороны//Евразийский юридический журнал. 2018. № 9 (124). С. 234
2
Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 12.11.2018) // Собрание
законодательства РФ. – 1996. - № 25. - Ст. 2954
49
важности его охраны и мерах, предпринимаемых для обеспечения
безопасных условий его функционирования, говорится практически
постоянно и повсеместно. Поэтому большинство несовершеннолетних к 14
годам по логике уже должны знать о том, какую опасность представляют
собой указанные выше действия.
В ситуациях, когда несовершеннолетний в силу особенностей
развития не осознает характер возможных последствий в силу возраста
вполне разумно применение ст. 20 УК РФ. При этом на практике возможен и
вариант когда подросток просто не может понять, что повредил или привел в
негодность сложную транспортную систему и в данном случае квалификация
по ст. 267 УК РФ вызывает сомнения, возможно необходима квалификация
по другим статьям УК РФ.
Подводя итог рассмотренным в данной главе составам необходимо
отметить, что в отличие от норм ст. 267 УК РФ, которые хоть и признаются
большинством ученых спорными, все же имеют достаточную сложившуюся
практику. При этом рассмотренные составы (за исключением 264.1 УК РФ)
практически не применяются, однако с учетом особенностей объекта
посягательства их необходимость в механизме правового регулирования
бесспорно есть.
Однако не только отдельные составы преступлений против
безопасности движения и эксплуатации транспорта вызывают споры и
вопросы ученых и практиков. Весьма актуальными остаются многие аспекты
понятийного аппарата и в целом эффективность мер уголовно-правового
воздействия. Некоторые из указанных вопросов имеет смысл рассмотреть
отдельно в следующей главе.
50
2.4 Нарушение правил, обеспечивающих безопасную работу
транспорта (ст. 268 УК РФ)
Современное уголовное законодательство определяет ответственность
за нарушение правил, которые должны обеспечивать безопасность в работе
транспорта. Эта позиция регламентируется статьей 268 УК РФ, относящихся
к нормам, которые охраняют безопасность движения и эксплуатации
транспорта. Определяя объект преступления, законодатель устанавливает
объективные признаки состава. Родовой объект преступления, который
предусмотрен статьей 268 Уголовного кодекса РФ включает в себя
общественные отношения, которые обеспечивают безопасность. Понятие
объекта преступления следует рассматривать через категорию общественной
безопасности, под которой в уголовно-правовой науке подразумевают
состояние защищенности безопасных условий жизни людей,
функционирования общества и государства. Безопасность же движения и
эксплуатации транспорта является составляющей безопасности общества.
Объективной стороной данного состава правонарушения являются
действия или бездействия, происходящие в ходе нарушения в действиях и
правил по обеспечению безопасности движения или эксплуатации
транспортных средств. Нарушение правил безопасности заключается в том,
что участники движения пренебрегают соблюдением требований, которые
предъявляются к ним, призванных обеспечивать безопасность движения и
эксплуатации транспортных средств. К таки нарушениям, например, можно
отнести переход пешеходом дороги в неположенном месте, проезд на
запрещающий сигнал светофора, посещение запрещенных мест на
транспорте.
Законодатель поставил между данными признаками разделительный
союз «или». Нелогичность данного конструирования показывают теория и, в
первую очередь, практика, поскольку вред может быть причинен как в
процессе движения, так и в процессе эксплуатации, а равно одновременного
51
нарушения обоих типов правил. Поэтому будет правильным изменить
существо признаков объективной стороны данного состава преступления
путем внесения, как на разделительного, так и на соединительного союзы
одновременно – и (или). Законодателю известны подобные подходы, в
частности, при определении признаков присвоения или растраты, понятия
хищение», налоговых преступлений, где говорится об уклонении от уплаты
налогов и (или) сборов с юридического и физического лица, и во многих
других нормах УК РФ. В перспективе развития и совершенствования
уголовного законодательства будет разумно изменить признаки иных
составов транспортных преступлений, если судебная и правоприменительная
практика покажут полезность данного решения.
Очевидна, по нашему мнению, необходимость изменения признаков
объективной стороны состава преступления, предусмотренного ст.268 УК
РФ. Законодатель допустил разницу в названии уголовно-правовой нормы и
ее содержании при формулировании диспозицию нормы.
По нашему мнению, необходимо провести редактирование части 1
статьи 268 Уголовного кодекса РФ, определяющего основу состава
нарушения правил, которые обеспечивают безопасность в работе транспорта.
Предлагаем следующую редакцию данного положения:
«Статья 268. Нарушение правил, обеспечивающих безопасную работу
транспорта
1. Нарушение пассажиром, пешеходом или другим участником
движения (кроме лиц, указанных в статьях 263 и 264 настоящего Кодекса)
правил безопасности движения и (или) эксплуатации транспортных средств,
создавшее аварийную ситуацию безопасности функционирования
транспорта, если это деяние повлекло по неосторожности причинение
тяжкого вреда здоровью человека, - наказывается…»
Субъективная сторона состава, установленного ст.268 УК РФ, носит
характер неосторожности. Нарушителем или осознается общественная
опасность совершаемого им действия, предвидится возможность
52
наступления социально опасных последствий, но самонадеянно
рассчитывается на их предотвращение (легкомыслие), либо не предвидится
наступления данных последствий, хотя при должной внимательности и
предусмотрительности можно было их предвидеть (небрежность).
Вместе с тем Правила дорожного движения, принятые
Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 №1090 (ред. от 21.01.2016)
«О Правилах дорожного движения»
(далее – Правила дорожного движения),
могут быть нарушены пешеходом как по неосторожности, невнимательности,
рассеянности, что нередко определяется как неосознанность, так и
умышленно. Например, бегущий пешеход, осознанно пересекающий
проезжую часть перед совершающим движение автомобилем, чтобы успеть к
автобусу, подъезжающему с противоположной стороны дороги.
Приведем мнение Медведев С. Субъективная сторона преступного
деяния в отношении последствий, согласно его мнению, должна быть только
в форме неосторожности. Применимо к факту нарушения правил
психическое отношение может быть как неосторожным, так и умышленным.
Находящиеся в основе поведения преступника мотивы и цели, бывают
самыми различными. Возможны мотивы и цели от хулиганской выходки
(подростки на спор перебегают проезжую часть перед близко идущим
транспортом), так и до самых благородных – спасение человеческой жизни.
На дорогах достаточно часты случаи попыток пешеходов спасти жизнь
выбежавшему на проезжую часть животному. Допустимо в определенных
случаях учитывать мотивы и цели в качестве смягчающих наказание
обстоятельств.
К уголовной ответственности за совершенное по вине пешехода
дорожно-транспортное преступление очень часто, первоначально
привлекается водитель. Ему вменяется ст.264 УК РФ. И только по итогам
пересмотра принятого судом первой инстанции решения квалификация
действий водителя изменяется. Нередки случаи, когда уголовное дело
прекращается за отсутствием состава преступления, потому что наступившие
53
последствия образовались из-за виновного поведения потерпевшего, а не в
результате нарушения им правил безопасного движения. Так, сказанное
можно проиллюстрировать на примере из судебной практики. Согласно
Приговору Свердловского областного суда от 21.03.2013 по делу № 22-
2957/2013
лицо по предъявленному ему обвинению по части 1 ст. 264 УК РФ
за нарушение Правил дорожного движения РФ, повлекшее по
неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, оправдано
ввиду недоказанности вины лица в совершении преступления. Приговором
суда Г. был признан виновным в нарушении управляющим автомобилем
лицом Правил дорожного движения РФ. В итоге здоровью человека по
неосторожности причинен тяжкий вред. Преступление совершено при
обстоятельствах, следующим образом изложенных в приговоре суда первой
инстанции. Г., управляя личным технически исправным автомобилем,
нарушил требования п.п. 1.3, 1.5, 10.1 Правил дорожного движения
Российской Федерации. Это проявилось в том, что он не убедился, что он не
создает помех и опасности другим участникам дорожного движения, не учел
дорожные и метеорологические условия. Так в частности, видимость в
направлении движения, и, действуя легкомысленно, предвидя возможность
наступления общественно опасных последствий в виде создания опасности
жизни и причинения вреда здоровью другим участникам движения,
самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий. В
частности он не снизил скорость движения вплоть до остановки
транспортного средства, чтобы обеспечить возможность постоянного
контроля за движением транспортного средства.
Водитель допустил наезд правой передней частью своего автомобиля
на пешехода Б., пересекавшего проезжую часть слева направо относительно
направления движения автомобиля. Пешеход Б. в итоге наезда получил
травмы. В предъявленном обвинении в заседании суда первой инстанции Г.
вину не признал. В апелляционной жалобе осужденный Г. просит приговор
отменить и оправдать его соответствующим приговором. В обоснование
54
доводов жалобы указано, что действовал не в нарушение правил дорожного
движения, а в соответствии с ними. Считает, что пешеход - потерпевший
виноват. По его мнению, пешеход нарушил п. 4.3, п. 4.4 ПДД РФ, не
убедился в безопасности маневра, переходил в неположенном месте
проезжую часть. Выводы судебной дополнительной автотехнической
экспертизы противоречат выводам автотехнической экспертизы,
проведенной в ходе предварительного следствия, считает, что
предварительное следствие проведено необъективно, выводы суда не
соответствуют фактическим обстоятельствам дела. По этой причине имеет
место необоснованное осуждение. Считает, что должен нести перед
потерпевшим гражданско-правовую ответственность. Приговор был отменен.
Судебная коллегия сочла, что в ходе предварительного расследования и
судебного разбирательства в суде первой инстанции убедительных и
неопровержимых доказательств виновности Г. в совершении
предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ преступного деяния не собрано, в
связи, с чем приговор суда должен быть отменен, а Г. - оправдан
1
.
Отметим, что в судебной практике достаточно редки примеры
признания виновным пешехода в преступном нарушении правил
безопасности движения.
В виду того, что кране часто пешеходы, которые нарушают правила,
становясь при этом жертвами сложившейся ситуации, или уходят с места
ДТП и установить их очень сложно, статья 268 Уголовного кодекса РФ
применяется редко. Также можно признать пешехода, по мнению Кузьменко
Д.О. «своеобразным источником повышенной опасности, поскольку
распространенность такого отклоняющегося поведения и тяжесть
наступающих в результате этого последствий делают проблему безопасности
дорожного движения еще более острой».
1
Приговор Свердловского областного суда от 21.03.2013 по делу № 22- 2957/2013[Электронный документ]//
https:.rospravosudie.com
55
Баранчикова М.В. же считает, что «другой причиной является то, что
в действиях водителя часто также устанавливаются нарушения Правил
дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. Обстоятельства
происшествия при такой обоюдной вине нередко трактуются не в пользу
водителя. Зачастую именно водитель привлекается к уголовной
ответственности. Действует презумпция вины водителя источника
повышенной опасности, в то время как нарушения пешехода учитываются
лишь как обстоятельства, смягчающие наказание лица, управляющего
транспортным средством»
1
.
Таким образом, можно заключить следующее: определяя
субъективную сторону уголовного нарушения правил, которые обеспечивают
обеспечивающих безопасность в работе транспорта, необходимо учитывать,
по составу данное преступление законодательно отнесено в разряд
физических, так как психическое отношение виновного в преступлении,
которое привело к наступлению опасных последствий, является основным.
Статьей 268 Уголовного кодекса РФ определено, что «субъективная сторона
состава преступления предполагает неосторожную форму вины в виде
легкомыслия или небрежности».
Толкуется это следующим образом: преступление, которое совершено
по легкомыслию, признается таковым в случае, когда лицо догадывается о
возможности наступления общественно опасных последствий, которое
связано с причинением тяжкого вреда здоровью или смертью людей,
наступившей в результате нарушения ПДД, но, не имея оснований, надеется
предотвратить их. Преступление, которое совершено лицом в результате
непредвидения возникновения ситуации, которая может привести к опасным
для общества последствиям, а лицо могло предвидеть наступление подобной
ситуации, признается совершенным по небрежности.
1
Баранчикова М.В. Квалификация преступных нарушений Правил дорожного движения по месту их
совершения // Вестник Казанского юридического института МВД России. - 2015. - №4(22). - С. 35