34
правонарушение»
1
.
«Рассматривать же в качестве предмета транспортных преступлений
сами транспортные средства, пути сообщения, средства связи и
сигнализации, а также иное конкретное оборудование, магистральные
трубопроводы нельзя, поскольку они выступают в качестве признака
объективной стороны, как орудия, посредством которых и причиняется вред
общественным отношениям путем воздействия на конкретный
предмет,личность потерпевших и имущество. Но при этом вред или ущерб
объекту уголовно-правовой охраны причиняется не любыми, а только
определенными орудиями, характер которых отражает специфику их свойств
как источника повышенной опасности, что и позволяет объединить их в
одной главе Особенной части УК РФ.
Поэтому безопасность движения и эксплуатации транспорта должна
рассматриваться в качестве дополнительного объекта, а основным
непосредственным объектом выступают жизнь, здоровье и собственность)»
2
.
Авторы, высказывающие на страницах юридической литературы
противоположную позицию, отмечают, что в данном случае «транспортная
безопасность» — это состояние общественного порядка, когда исключена
вероятность причинения вреда населению страны транспортными
средствами. «А это должно обеспечиваться надлежащим поведением людей
при использовании транспортных средств, что и порождает самостоятельные
общественные отношения, призванные регулировать безопасность
функционирования транспорта как составной части общественной
безопасности, которые и являются объектом уголовно-правовой охраны. И
именно эти правоотношения в каждом конкретном случае совершения
транспортного преступления подвергается преступному воздействию, тогда
1
Бохан А. П., Райгородский В. Л. Обеспечение безопасности движения и эксплуатации
транспорта как самостоятельное направление государственной политики // Юристъ-
Правоведъ. 2012. № 2. С. 38-41.
2
Проценко С. В. Предмет и объект уголовно-правовой охраны в составе транспортного
преступления // Российский следователь. 2010. № 14. С. 24-25.
35
как жизнь, здоровье, материальные ценности - не всегда. Поэтому и
непосредственным их объектом могут быть только те общественные
отношения, ущерб которым причиняется в каждом случае его совершения»
1
.
Стоит отметить, что позиция В. К. Глистина, И. И. Горелика и тех
исследователей, которые поддерживают их, должна быть детально изучена
научным сообществом. Они отмечают в своих работах проблемы, решение
которых может повлиять на восприятие объекта транспортных преступлений.
Если это произойдет, законодатель будет вынужден включить в главу 27 УК
РФ новые составы преступлений.
Транспортные преступления совершаются в форме действий и
бездействия, сущностью которых является нарушение правил безопасности
движения и эксплуатации транспорта. Правила, определяющие порядок и
условия эксплуатации транспорта, имеют многоуровневую систему, которая
закрепляется в законах и подзаконных нормативно-правовых актах.
Большинство уголовно-правовых норм, закрепляющих составы
транспортных преступлений, имеют бланкетный характер, то есть отсылают
к этим специальным правилам (например, ст. 263, 263
1
, 264, 264
1
, 266, 268,
271 УК РФ).
Подавляющее количество преступлений, предусмотренных «статьями
гл. 27 УК РФ и посягающих на безопасность движения и эксплуатации
транспорта, по своей законодательной конструкции сформулированы по типу
материальных, т.е. ответственность может наступать только при наступлении
названных в той или иной норме конкретной статьи последствий ». К таким
последствиям могут относиться следующие: крупный ущерб,
предусмотренный в четырех уголовно-правых нормах рассматриваемой
главы УК РФ, тяжкий вред здоровью человека — в десяти нормах, смерть
человека — в девяти нормах, смерть двух и более лиц — в девяти нормах. И
только четыре нормы из всех статей гл. 27 УК РФ сконструированы по типу
1
Винокуров В.Н. Предмет отношений как видовой объект преступления и способы его
установления // Современное право. 2018. N3. С. 87 - 94.
36
формальных, а это означает, что для признания таких преступлений
оконченными достаточно только нарушения какого-то из установленных
правил, независимо от наступления или не наступления последствий.
Далее, обращаясь к диспозиции ст. 264 УК РФ, описывающей
нарушение правил безопасности движения и эксплуатации автомобиля,
трамвая, троллейбуса, трактора, самоходной дорожно-строительной машины,
мотоцикла и иного механического транспортного средства, видно, что она
определяет преступность деяния только тогда, когда в результате такого
нарушения был причинен тяжкий вред здоровью человека, а по ч. 3—6
1
данной статьи — смерть человека или смерть нескольких человек, т.е. такие
деяния будут представлять соответственно квалифицированный или особо
квалифицированный составы, предусмотренные указанными частями ст. 264
УК РФ. По законодательной конструкции данные преступления
сформулированы законодателем по типу материальных, и они могут быть
признаны оконченными только при наличии указанных выше последствий.
Можно твердо сказать, что при отсутствии таких последствий
совершенное деяние будет представлять не преступление, а
административное правонарушение. Из этого можно сделать вывод:
интересы здоровья человека и его жизнь — это объект преступления,
определяющий преступность и, соответственно, наказуемость преступного
нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортного
средства. При отсутствии названных последствий отсутствует и
преступность содеянного, несмотря на то, что правила дорожного движения
или эксплуатации были нарушены.
Следующая особенность данных преступлений заключается в том, что
законодатель сконструировал диспозиции подобных преступлений таким
образом, что названные последствия могут наступить только в результате
неосторожного отношения виновного лица к указанным в статье
1
Борисов А. В. О некоторых аспектах объективной стороны угона транспортных средств
// Транспортное право и безопасность. 2017. № 4 (16). С. 32—40.
37
последствиям, хотя сами правила могли быть и довольно часто нарушаются
осознанно, т.е. умышленно. В то же время в случае установления умысла по
отношению к преступным последствиям, т.е. когда они были целью деяния
виновного лица, указанные действия (бездействие) должны быть
квалифицированы либо как диверсия, либо как умышленное уничтожение
или повреждение чужого имущества, либо как убийство или умышленное
причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью человека.
На практике должностным лицам, осуществляющим уголовное
преследование, очень сложно расследовать транспортные преступления.
Механизм транспортных преступления очень сложен. Это обусловлено тем,
что, как правило, совершению транспортных преступлений способствуют
множество разного рода факторов и обстоятельств.
В п. 5 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 09.12.2008 N25
говорится: «При исследовании причин создавшейся аварийной обстановки
необходимо установить, какие пункты правил дорожного движения или
эксплуатации транспортных средств нарушены и какие нарушения находятся
в причинной связи с наступившими последствиями, предусмотренными
статьей 264 УК РФ»
1
.
Если исходить из того, что было сказано выше, можно прийти к выводу
о том, что правоприменитель, расследуя транспортное преступления и
принимая по нему процессуальное решение, должен установить имеется ли
между нарушением правила, определяющего условия эксплуатации
транспортного средства, и общественно-опасным последствием причинно-
следственная связь. Закономерно возникает вопрос о том, какое нарушение
правил, устанавливающих порядок и условия эксплуатации транспорта,
может признаваться транспортным преступлением.
По нашему мнению, таковым может быть признано нарушение,
1
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 N25 (ред. от 24.05.2016) «О
судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного
движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным
завладением без цели хищения»// «Российская газета», N265, 26.12.2008.
38
виновно совершенное. Козаченко И. Я. пишет: «Если преступный результат
наступил вследствие случайного стечения обстоятельств, пересечения двух
рядов причинности, одним из которых были действия обвиняемого, то
ответственности быть не может»
1
. Кроме того, как справедливо заметил З.
Соктоев, «отсутствие у водителя психического отношения к нарушению
правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств
исключает юридически значимую причинную связь»
2
.
Вопреки приведенному разъяснению Пленума ВС РФ в доктрине
приводится мнение, что для правильного установления причинной связи
необходимо доказывать и промежуточный этап развития объективной
стороны между нарушением правил дорожного движения или эксплуатации
транспортных средств и наступившими последствиями. В данном случае
нужно согласиться с С. В. Проценко. С. В. Проценко отмечает: «Необходимо
использовать принцип изолирования явлений как необходимое и
единственно возможное условие установления причинной связи в
«материальных» составах преступлений. Устанавливая наличие или
отсутствие причинной связи, мы искусственно как бы изолируем юридически
значимые явления от взаимодействия друг с другом. А именно условие
(нарушение правил безопасности движения и (или) эксплуатации) от
общественно опасного деяния и само деяние от наступившего
общественноопасного последствия» .
Далее С.В. Проценко абсолютно правильно говорит, что «нарушение
правил безопасности движения и (или) эксплуатации представляет собой
всего лишь создание необходимого условия, но не причины для наступления
преступного результата. Это определенный (первый) этап развития
объективной стороны транспортного преступления, который состоит в том,
что условие (соответствующее нарушение правил), способное породить
1
Козаченко И. Я. Уголовное право. Общая часть: учебник - 4-е изд., перераб. и доп. М.:
Норма, 2008. С. 243.
2
Соктоев З.Б. Причинная связь в дорожно-транспортных преступлениях // LexRussica. -
М.: Изд-во МГЮА, 2013, № 7. С. 66.
39
причину (общественно опасное деяние), полностью совершено и уже вызвало
в объективном мире определенные изменения. Хотя эти изменения пока что
не привели, но они способны привести к деянию, причиняющему тяжкий
вред здоровью человека, смерть человеку, смерть двум и более лицам. То
есть к тому общественно опасному деянию, которое закономерно приведет к
наступлению материальных общественно опасных последствий. Тем самым
нарушение правил безопасности движения и (или) эксплуатации является
важнейшей характеристикой транспортного преступления, указывающей,
как, каким образом развивался механизм транспортного преступления, в
1
какой последовательности, какие при этом были нарушены правила
безопасности функционирования транспорта»
2
.
Фролов И. Т. верно сказал: «В отличие от причины, непосредственно
порождающей то или иное явление или процесс, условие составляет ту среду,
обстановку, в которой последние возникают, существуют и развиваются»
3
.
Гринберг М. С. справедливо, по нашему мнению, отметил, что «нельзя
смешивать причину и условие наступления преступного результата. Причина
порождает следствие генетически, благодаря процессам, происходящим
внутри нее. Условия же только внешним образом благоприятствуют
наступлению последствия, среди них могут быть и те, которые препятствуют
наступлению последствия, т. е. действию причины»
4
. Так, наличие такого
причинно-следственного механизма наглядно показывает трудность в
установлении причинной связи и, как следствие, сложность для процесса
доказывания.
Некоторые научные деятели в структуре объективной стороны
1
Проценко С.В. Установление причинной связи в процессе квалификации транспортного
преступления // Юридический мир. 2010. N7. С. 59.
2
Проценко С. В. Установление причинной связи в процессе квалификации транспортного
преступления // Юридический мир. - 2010. С. 60.
3
Фролов И. Т. Философский словарь. 5-е изд. М.: Политиздат, 1987. С. 497.
4
Козаченко И. Я. Уголовное право. Общая часть: учебник - 4-е изд., перераб. и доп. М.:
Норма, 2008. С. 241.
40
дополнительно выделяют аварийную обстановку
1
, а также так называемый
непосредственный результат
2
.
Если говорить о методах установления причинной связи, то, как
известно, правила Бэкона-Милля содержат следующие методы: а) метод
единственного сходства; б) метод единственного различия; в) соединенный
метод сходства и различия; г) метод остатков; д) метод сопутствующих
изменений
3
. Эти методы необходимы для установления причинной связи не
только в транспортном, но и в любом другом преступлении, однако их
применение по отношению к транспортным преступлениям можно смело
назвать обязательным.
Следовательно, рассматриваемые преступления относятся к числу
материальных составов преступлений. Исключение составляют лишь деяния,
предусмотренные ст. 270 УК РФ и ст. 271 УК РФ, которые не
предусматривают каких-либо последствий, а поэтому относятся к числу
формальных составов преступлений.
Объективные признаки преступлений, предусмотренных главой 27,
вызывают много споров среди ученых. В частности, особый интерес
вызывает определение объекта преступления.
Так стоит согласиться, что выделение в качестве непосредственного
объекта правил эксплуатации транспортных средств не является
целесообразным, так как первоочередной целью законодателя является
защита жизни и здоровья населения. Что касается объективной стороны, то
дорожно-транспортные преступления могут обладать как материальным
составом, так и формальным. При этом большинство статей данной главы
1
Лукьянов В.В. Состав и квалификация дорожно-транспортных преступлений и
административных правонарушений. Специальные вопросы уголовного и
административного права. М.: Дашков и Ко, 2003. С. 23-24.; Соктоев З. Б. Причинная
связь в дорожно-транспортных преступлениях // Lexrussica. - 2013. - № 7. С. 716.
2
Гринберг М. С. Технические преступления. Новосибирск: Изд-во Новосиб. ун-та, 1992.
С. 122.
3
Милль Д. С. Система логики силлогической и индуктивной. Изложение принципов
доказательства в связи с методами научного исследования / пер. с англ.; под ред.
Ивановского В.Н.. М., 1914. С. 354-365.
41
имеют последствия, что связано с важностью охраны человека, его здоровья
и жизни, лишь некоторые преступления обладают такой общественной
опасностью, чтобы влечь уголовную ответственность уже за сам факт
совершения деяния.
2.2. Субъективные признаки автотранспортных преступлений
Обращаясь к гл. 27 УК РФ, отметим, что в данном случае речь идет о
преступлениях, совершаемых гражданскими лицами, т.е. не
военнослужащими и не против интересов военной службы. К примеру, ст.
263 УК РФ предусматривает ответственность за нарушение правил
безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, морского и
внутреннего водного, воздушного транспорта и метрополитена.
Перечисленный перечень транспортных средств исключает те транспортные
средства, которые указаны в ст. 264 УК РФ.
Субъективная сторона рассматриваемых преступлений характеризуется
различными видами вины. Деяния, предусмотренные ст. 263, 264, 266, 268 и
269 УК РФ, предполагают наличие у виновных неосторожной формы вины,
при которой правила безопасности движения и эксплуатации транспортных
средств могут быть нарушены умышленно (с прямым или косвенным
умыслом). Однако по отношению к наступившим последствиям в виде
причинения смерти, тяжкого вреда здоровью либо материального вреда
потерпевшим вина может быть только неосторожной.
Преступления, предусмотренные ст. 270 УК РФ и ст. 271 УК РФ, могут
быть совершены только с прямым умыслом. Деяния, предусмотренные ст.
267, 270, 271 УК РФ, предполагают также только наличие прямого умысла.
С учетом специфики проявления психического отношения в
преступлениях, совершаемых с двумя формами вины, по отношению к
отдельным последствиям невозможна стадия приготовления к преступлению,
стадия покушения на преступление, также невозможно соучастие в таких
преступлениях.
42
Мотивацию дорожно-транспортных происшествий В.В. Лунеев назвал
«легкомысленно-безответственной, в которой различает: мотивацию
ошибочной оценки сложной дорожной обстановки; мотивацию внешнего или
внутреннего отвлечения; мотивы служебного характера и группу иных
мотивов (растерялся, хотел показать возможности автомобиля, стремился
обогнать, не желал уступать дорогу и пр.) ».
А.П. Бохан к названной классификации предлагает добавить
хулиганские побуждения
1
.
Жулев В.И
2
. среди «самых распространенных видов мотивов ДТП
называет: озорство и лихачество, стремление продемонстрировать силу,
удаль, пренебрежительное отношение к запретам, стремление быстрее
закончить работу».
Названные примеры и в целом изучение теоретических разработок
мотива неосторожных преступлений показывает различный подход не только
к их перечню, но и к самой возможности установления (существования)
мотива неосторожного преступления.
Например, В.Е. Квашис, Ш.Д. Махмудов указывали, что для
неосторожных преступлений «характерно не отсутствие мотивов, а скорее их
неустойчивость и непродуманность»
3
.
Мотивы поведения также не связывают с наступлением преступных
последствий иные авторы, указывая, на то, что в неосторожных
преступлениях нет прямых побуждений к совершению преступления;
преступный результат не совпадает с мотивами и целями действия;
последствия даже косвенно не охватываются желанием виновного, а потому,
можно говорить о мотиве противоправного поведения, объективно
1
Бохан А.П. Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных
средств: уголовно - правовой и криминологический аспекты. Ростов- на-Дону, 2013.
С.169.
2
Жулев В.И. Предупреждение дорожно-транспортных происшествий. М., 1989. С.122.
3
Квашис В.Е. Преступная неосторожность. Социально-правовые и криминологические
проблемы / Квашис В.Е. - Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 1986. С.51.
43
приведшего к общественно опасным последствиям.
1
Анализ приведенных и иных мнений, изложенных в литературе,
позволяет сделать вывод о том, что в неосторожном преступлении мотивы и
цели большинство авторов не распространяют на тяжкие последствия, что,
справедливо. Данное, однако, не дает оснований игнорировать мотивы
деятельности, объективно приведшие к преступлению, как это наблюдается в
современной следственно-судебной практике. Подчеркнем, что
исключительно в ходе совместного анализа внутренних побуждений
виновного, связанных с аварией и ее объективных данных можно судить о
механизме мотивации и мотивационной направленности личности, а,
следовательно, форме вины лица.
Поверхностное отражение мотивов совершенных дорожно-
транспортных преступлений отчасти можно связать с узким
перечнеммотивов, предусмотренных в документах первичного учета. Так, в
справочнике № 12.2 «Мотив (цель) преступления» для заполнения
документов первичного учета по расследуемым уголовным делам указаны 36
мотивов (целей) преступления, распределенных по следующим группам:
корыстные побуждения, сбыт, промысел, сокрытие другого преступления,
раздел сфер влияния, трансплантация человеческих органов; побуждения:
сексуальные, хулиганские; бытовые: ревность, ссора, иные бытовые
причины; завладение транспортным средством, грузом, оружием, взрывными
устройствами, взрывчатыми веществами, боеприпасами, приобретение
наркотических средств, психотропных веществ, сильнодействующих
веществ, прекурсоров, спиртных напитков, денежных средств, кредита;
вражда, ненависть, месть: расовая, национальная, религиозная,
идеологическая, политическая, в отношении какой-либо социальной группы,
иная личная заинтересованность.
Видно, что в приведенном перечне явно мало уделено внимания
1
Еникеев М.И. Юридическая психология. С основами общей и юридической психологии:
Учебник для вузов. М.: Норма, 2005. С.309; Рарог А.И. Квалификация преступлений по
субъективным признакам. СПб., 2003. С.138, 141.