42
Аналогично причины должностных преступлений, связанных с
коррупцией, особенно тех, в основе которых лежит корыстная мотивация,
имеют системные характеристики, построенные как вокруг общих причин
преступности, так и вокруг специфических, возникающих в сфере
государственной службы.
Высокий уровень коррупции обусловлен рядом причин, среди которых
в общем виде можно выделить следующие:
коррупциогенные законы;
правовой нигилизм населения, что дает возможность
недобросовестным должностным лицам препятствовать
осуществлению процедур, создавая бюрократические барьеры или
завышать некоторые выплаты;
аффилированность и заинтересованность, наличие родственных,
клановых связей, что приводит к созданию тайных соглашений,
конгломератов, препятствующих эффективному государственному
контролю;
низкая активность населения и отдельных граждан в осуществлении
гражданского контроля над деятельностью государственных
органов;
недостаточный уровень заработной платы в государственном
секторе (по сравнению с частным);
монополия государства на регулирование экономики и на оказание
некоторых услуг;
нестабильность экономики, растущая инфляция
1
.
Так, Н.М. Букаев при изучении детерминант коррупционной
направленности обращает внимание на важность существования зависимости
между причинами и условиями, которые способствовали совершению
преступлений, и социально-экономическими условиями, сложившимися в
1
Синчурин О. В. Понятие коррупционных преступлений в сфере закупок и их
классификация // Государственная служба и кадры. 2019. № 1. С. 39 – 43.
43
обществе, обстоятельствами совершенного преступления и индивидуально-
психологическими качествами лица, его совершившего
1
.
К примеру, эмпирическое исследование уголовных дел, а также опрос
следователей и оперативных сотрудников, проведенные Н. М. Букаевым,
дали возможность уточнить причины и условия совершения коррупционных
преступлений при осуществлении закупок.
К причинам практические сотрудники отнесли такие:
совершение противоправных действий при осуществлении
экономической деятельности как юридическими, так и физическими
лицами, что, в конечном счете, наносит огромный ущерб
государству;
сращивание преступных формирований с отдельными
должностными лицами государственных и муниципальных органов
для создания благоприятной обстановки в целях осуществления
незаконных действий;
низкий уровень защищенности должностных лиц, которые готовы
способствовать раскрытию преступлений и пресечению нарушений;
недостаточно эффективный контроль вышестоящим руководством
за деятельностью подчиненных должностных лиц, что способствует
формированию чувства безнаказанности и укрепляет желание
незаконного обогащения.
Коррупциогенные риски, связанные с должностным положением лица,
можно объяснить факторами индивидуального и общего характера. Что
касается индивидуального порядка, то их можно разделить на два вида:
личностные и не личностные. Не задаваясь целью их полной классификации,
укажем лишь наиболее важные из них.
1
Букаев Н. М. Обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, и
обстоятельства, способствующие совершению преступлений коррупционной
направленности // Труды Оренбургского института (филиала) Московской
государственной юридической академии. 2012. №15. С. 54.
44
К личностным факторам отнесём, прежде всего, моральные и не
моральные факторы коррупциогенной мотивации. Так, относительно
морального плана можно указать на те индивидуальные и социальные
характеристики, которые по своей природе, а в большей мере под
воздействием благоприятствующих тому условий могут формировать
мотивацию и в целом коррупционно-опасное поведение.
К неличностным (природного характера) факторам можно отнести
алчность, тщеславие, зависть, вожделение и др., которые, по выражению
проф. Л.В. Кондратюка, «являются «топливом» при формировании
мотивации деструктивного поведения». При этом следует отметить, что
немалую роль в искушении, в генезисе корыстного мотива играет чувство
собственности. В этом чувстве «дремлет» мощная мотивационная энергия,
которую довольно легко разбудить и спровоцировать на коррупционное
преступление
1
.
Способствуют совершению должностных преступлений
коррупционной направленности такие условия, как полномочия по
распределению значительных финансов в совокупности с практически
неограниченной степенью свободы при принятии управленческих решений,
интенсивность контактирования должностных лиц с гражданами и
организациями
2
.
При этом нельзя не согласиться с Ю.М. Антоняном, что чтобы понять
подлинные мотивы совершения коррупционных преступлений, необходимо,
во-первых, обратиться к анализу жизненного пути преступников, условий их
социализации, особенно в детстве; во-вторых, нужно вскрыть иные
1
Горшенков Г.Г., Горшенков Г.Н. Коррупциогенная должность // Право Вестник
Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2013. № 2 (1). С. 249.
2
Букаев Н. М. Обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, и
обстоятельства, способствующие совершению преступлений коррупционной
направленности // Труды Оренбургского института (филиала) Московской
государственной юридической академии. 2012. № 15. С. 53 – 59; Синчурин О. В.
Совершенствование социальных и правовых мер при проведении государственных
закупок // Государственная служба и кадры. 2016. № 2. С. 87–89.
45
личностные особенности, которые также способны порождать
посягательства на государственное, общественное, личное и иное имущество;
в-третьих, исследовать бессознательные мотивы такого поведения
1
.
Как мы видим, можно выделить такие мотивы корыстных
преступлений, как «утверждение» (и его разновидность «самоутверждение»)
и «обеспечение». Разумеется, границы между ними достаточно условны и
подвижны. Так, можно рассматривать кражи, взяточничество и хищения с
целью накопления материальных благ тоже как обеспечение определенного
образа жизни, но в этом случае преступления совершаются для того, чтобы
утвердиться в социальной среде.
В рамках совершения коррупционных преступлений лицами помимо
корыстных мотивов зачастую руководствуются игровыми, которые обладают
зачастую такой же стимулирующей силой, но во многих случаях те либо
другие играют доминирующую роль. Так, преобладание игровых мотивов
может наблюдаться в начале совершения корыстных преступлений.
Впоследствие, осознав в должной мере материальные выгоды от их
совершения, его действия в основном начинают диктоваться корыстью
2
.
Отличительной особенностью представителей «игрового» типа
является потребность в риске, поиске острых ощущений, связанных с
опасностью, включение в эмоционально возбуждающие ситуации,
стремление участвовать в различного рода операциях, контактах и т. д.
Психологическое исследование «игроков» из числа корыстных
преступников показало, что по характерологическим особенностям можно
выделить два основных подтипа: игровой активный и игровой
демонстративный. Для первого из них характерно сочетание способности к
длительной активности и импульсивности.
1
Антонян Ю.М. Почему люди совершают преступления. Причины преступности. М.: ИД
«Камерон», 2006.
2
См.: там же.
46
Лица игрового демонстративного подтипа обладают хорошо развитым
механизмом вытеснения эмоций и поэтому сравнительно легко игнорируют
трудности и неудачи, с которыми встречаются. Главное для них — это
произвести сильное впечатление на окружающих.
Помимо личностных факторов преступника важную роль в совершении
преступлений коррупционной направленности играют вторичные факторы,
например, организация управления.
Как справедливо отмечают Л.А. Дмитриева и В.А. Перов
1
в настоящее
время происходит деформация профессиональной идентичности
государственных служащих, отождествляющих себя с бизнесменами, целью
которых является получение прибыли. В коррупциогенной среде личность в
зависимости от своего психологического профиля будет вынуждена принять
одно из следующих решений:
- принять существующие сложившиеся нормы поведения и включиться
в отработанную до нее схему преступного поведения, став составной частью
указанной схемы;
- покинуть такой коллектив, отказавшись от привлекательной
занимаемой должности;
- пытаться противостоять сложившейся противозаконной практике
поведения.
При этом на выбор решения будут влиять как индивидуально-
психологические особенности личности, так и сформировавшиеся в обществе
представления о социальной справедливости, социальном успехе,
наказуемости преступления. Иными словами, если противоправные нормы
поведения в обществе уже входят в расширившийся диапазон социальной
приемлемости, то с большой долей вероятности можно прогнозировать
включение «новичка» в схему преступного поведения, реализовывать
1
Дмитриева Л.А., Перов В.А. Правовые и социально-психологические факторы
профилактики экономической преступности // Российский следователь. 2017. № 23. С. 45 -
47.
47
которую он будет стремиться даже под угрозой возможного уголовного
наказания.
Таким образом, необходимым элементом коррупционного
преступления является мотив, под которым понимаются обусловленные
определенными потребностями и интересами внутренние побуждения,
которые вызывают у лица решимость совершить преступление и которыми
оно руководствовалось при его совершении. Личность коррупционного
преступника прежде всего характеризуется наличием властных полномочий,
которые позволяют ему осуществлять преступную деятельность. Множество
факторов отдельных должностных преступлений коррупционной
направленности образуют систему детерминант должностной преступности
коррупционной направленности, которая, в свою очередь, является составной
частью преступности в целом. Факторы, влияющие на поведение лица,
оказавшегося в ситуации конфликта интересов, можно разделить на две
группы: личностные и вторичные факторы. К первым относятся
индивидуально-психологические особенности личности, ко вторым -
сформировавшиеся в обществе установки, например, круговая порука.
Что касается лица, не совершившего преступления, то его
виктимизацию можно проследить на примере должностного лица. Так,
человек, назначенный на определенную должность в государственной
службе, рискует стать «криминализированной жертвой». Во-первых, сама эта
должность является коррупциогенной; во-вторых, ситуация, или рабочая
обстановка является, как правило, криминогенной (ввиду сложившегося
управленческого коррупционного обыкновения); в-третьих, существует
самый мощный фактор, точнее источник криминализации личности в лице
корруптера, «угрожающего» должностному лицу подкупом или его
провокацией
1
.
1
Горшенков Г.Г. Защита от преступности (виктимологический аспект) // Вестник
Нижегородской академии МВД России. 2012. № 17. С. 106 – 110.
48
Криминологическая защита личности предполагает два аспекта ее
реализации:
а) защиту от внешних криминогенных, в данном случае
коррупциогенных угроз;
б) самозащиту личности («от себя самой» и от внешних воздействий),
которая предполагает различные меры: воспитания умения избежать
соблазна, высокой правовой культуры, активного правового поведения и т. д.
К этому надо добавить и внеморальную мотивацию (соблазн, обусловленный
чувством собственности, следование обычаю в данном контексте
коррупционному обыкновению, конформизм и т. п.).
49
ГЛАВА 3. ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ В РОССИИ И ЗА
РУБЕЖОМ
3.1. Меры противодействия коррупции
Теоретико-методологическое осмысление явление коррупции
позволяет сформулировать следующий вывод: коррупция представляет собой
не искусственно созданный, навязанный и чужеродный обществу феномен
заблуждений, вымыслов, а является объективно обусловленным, сложным по
составу, развивающимся общественным явлением, неотъемлемой частью не
только экономических, но и политических, социокультурных и иных
отношений.
Проблема противодействия коррупции в системе государственной
службы Российской Федерации носит достаточно содержательный характер,
и ее решение напрямую связано с повышением эффективности публичного
управления, улучшением социально-экономического развития государства
1
.
Проблема коррупции в той или иной степени существует во многих
странах, однако трудно найти правовое демократическое социальное
индустриально развитое государство, где уровень коррупции был бы высок.
В этой связи нельзя не согласиться с Е.В. Охотским, который отмечает, что
"правовое государство и государство коррумпированное - понятия
несовместимые"
2
.
Ю.А. Тихомиров и Е.Н. Трикоз справедливо отмечают, что
"противодействие коррупции должно идти по всему правовому фронту. Само
право органически чуждо коррупции, и нет сомнений в его победе"
3
.
Совершенно прав Ю.Н. Старилов, утверждая, что "для укрепления
юридических основ современного правового государства простого желания
1
Правовое поведение: норма и патология / Кудрявцев В.Н. М.: Наука, 1982. 185 с.
2
Противодействие коррупции: учебник и практикум для академического бакалавриата /
И. В. Левакин, Е. В. Охотский, И. Е. Охотский, М. В. Шедий; под общ. ред. Е. В.
Охотского. 2-е изд., испр. и доп. М.: Издательство Юрайт, 2017. С. 29.
3
Тихомиров Ю.А., Трикоз Е.Н. Право против коррупции // Журнал российского права.
2007. N 5. С. 39.
50
улучшить деятельность государственного аппарата посредством принятия
каких бы то ни было законов вряд ли достаточно"
1
. Этот тезис еще раз
подчеркивает суждение о том, что в противодействии коррупции в системе
государственной службы должны быть задействованы и иные социальные
регуляторы, а также моральные императивы.
Выделяют три действенных метода борьбы с коррупцией:
1. ужесточение наказаний за подобные преступления, а также создание
условий для своевременного обнаружения и пресечения факта
коррупции;
2. создание экономических механизмов, которые позволят лицам,
наделенным особыми полномочиями и властью, зарабатывать
больше, не нарушая при этом закон, а также предоставить им
возможность для личностного и карьерного роста;
3. усиление влияния рыночной экономики, что способствует
уменьшению размера потенциальной выгоды от коррупции
(Приложение 2).
Помимо всего выше сказанного, важную роль занимает работа с
обществом. Речь идет о повышении уровня правовой и политической
грамотности населения, информационном обеспечении граждан, повышении
уровня гражданской ответственности и самосознания и т.д.
Рассматривая методы антикоррупционной политики, мы также
сталкиваемся с различными точками зрения.
Метод как совокупность правовых средств воздействия на
общественные отношения с целью их урегулирования является важной
характеристикой антикоррупционной политики. Проблема определения
методов регулирования данного вида политики является мало разработанной
и соответственно сложной.
Сам метод правового регулирования, есть достаточно емкое понятие,
1
Старилов Ю.Н. Что происходит с институтом государственной службы? // Журнал
российского права. 2004. N 9. С. 11.
51
включающее в себя множество компонентов.
По мнению В.С. Петрова и Л.С. Явича, в качестве таковых можно
выделить: порядок установления прав и юридических обязанностей; степень
определенности предоставленных прав и автономности действий их
субъектов; подбор юридических фактов, влекущих правоотношения;
характер взаимоотношения сторон в правоотношениях, в которых
реализуются нормы; пути и средства обеспечения субъективных прав
1
.
Все вышеизложенные характеристики дают возможность для
выделения двух основных методов, а именно, убеждение и принуждение.
В рамках становления и развития российской антикоррупционной
политики встречаются и другие подходы, раскрывающие эти методы. Так,
эти методы делят на две самостоятельные группы:
коллективные;
индивидуальные.
В качестве коллективных методов предлагается рассматривать
следующие: мобилизация антикоррупционного потенциала; использование
комплексного подхода с использованием дополнительных
административных и политических ресурсов; уменьшение числа субъектов,
получающих выгоду от реализации антикоррупционной стратегии;
повышение экономической эффективности антикоррупционной политики.
К частным (индивидуальным) методам предлагается относить:
отсутствие необходимости согласования антикоррупционной политики с
другими субъектами; отсутствие необходимости координирования действий
с другими уровнями антикоррупционной политики; простота финансового
планирования; низкая стоимость реализации программ такого уровня;
использование небольшого по численности штата сотрудников.
С нашей точки зрения, логично делить методы на общие и частные.
Это дает возможность учитывать особенности коррупции в конкретных
1
Общая теория государства и права. Т. 2. Общая теория права / Под ред. B.C. Петрова,
Л.С. Явича. Л., 1974. С. 283.