45
политических и трудовых прав граждан»). Следует заметить, в указанной норме
диспозиция по-прежнему не содержала таких признаков как «массовость» и
«публичность». Однако преступление имело место лишь в тех случаях, когда
воспрепятствование отправлению религиозных обрядов происходило
относительно неопределенного круга лиц, а само такое воспрепятствование
способно было вызвать угрозу религиозного фанатизма и озлобленность со
стороны верующих. Такое деяние могло проявляться в препятствовании обрядам
венчания, отпевания, празднования каких-либо религиозных праздников
55
.
Особенностью состава преступления, закрепленного в ст. 143 УК РСФСР
являлся тот факт, что, если при совершении массовых беспорядков признак
«массовости» относился исключительно к категории, характеризующей лиц,
совершивших преступное посягательство, то в анализируемой норме данный
признак характеризовал сторону потерпевших.
Более норм об ответственности за преступления в сфере организации и
проведения публичных массовых мероприятий в первоначальной редакции УК
РСФСР 1960 г. не содержалось. Лишь только переориентация государственной
власти на первостепенность обеспечения личностных прав человека и
гражданина, а также политические события начала 90-х годов ХХ столетия,
происходящие в нашей стране, принудили законодателя расширить нормативную
базу в области обеспечения ряда политических прав. Одним из результатов
данной государственной политики стало принятие Федерального закона от
18.07.1995 г. № 106-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный
кодекс РСФСР»
56
, в соответствии с которым уголовный закон был дополнен
двумя статьями 133.2 и 200.1.
В частности, ст. 133.2 УК РСФСР предусматривала ответственность за
воспрепятствование организации или проведению собрания, митинга,
демонстрации, шествия, пикетирования либо иного публичного мероприятия,
проводимых в соответствии с законом, или участию в них, а также принуждение к
участию в них, совершенные после наложения административного взыскания за
55
Советское уголовное право: Часть Особенная. Учеб. пособие / Под ред. Е.А. Смирнова и
А.Ш. Якупова. – Киев: НИ и РИО КВШ МВД СССР, 1975. – С. 201.
56
СЗ РФ. – 1995. – № 30. – Ст. 2862.
46
такие же нарушения. В ст. 200.1 УК РСФСР был установлен запрет на нарушение
порядка организации или проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия,
пикетирования либо иного публичного мероприятия, а также участие в них после
наложения административного взыскания за такие же действия. Однако
указанные статьи не нашли своего широкого применения в связи с принятием 13
июня 1996 г. УК РФ.
Подводя итог рассматриваемого вопроса, следует выделить ряд
особенностей исторического развития отечественного уголовного
законодательства об ответственности за преступления в сфере организации и
проведения публичных массовых мероприятий.
Первые составы преступлений, отличительным признаком которых
являлась массовость участников и публичность совершения преступного деяния,
были известны лишь Соборному Уложению 1649 г. К таким преступлениям
относились скоп и заговор, посягавшие на верховную власть и установленный
порядок правления. Скоп и заговор против верховной власти в Артикуле
воинском 1715 г. были заменены бунтом и возмущением, которые также
относились к наиболее опасным государственным преступлениям и подлежали
самому суровому наказанию.
В уголовных законах дореволюционного периода содержалось достаточно
большое количество норм об ответственности за преступления в сфере
организации и проведения публичных массовых мероприятий, выражавшихся в
разного рода противодействии и неповиновении. При этом в зависимости от
целей противодействия и неповиновения признак «массовости»
регламентировался по-разному. Дифференциация ответственности соучастников
таких посягательств зависела не только от мотивов и целей, лежавших в основе
объединения людей, но и от непосредственно выполняемой преступной
деятельности соучастников.
Для советского уголовного законодательства на первоначальном этапе
становления коммунистического строя составы преступлений, обладающие
признаками «массовости» и «публичности» совершения противоправного деяния,
становятся традиционными в перечне уголовно-правовых норм о
противодействии посягательствам на государственные интересы, существующий
47
порядок управления, а также на общественную безопасность и установленный
порядок общежития. При регламентации таких запретов законодатель отошел от
конкретизации количества участников совершения противоправных действий,
отнеся данный признак к оценочным и поставив его в зависимость от конкретных
обстоятельств произошедшего.
Последующая государственная политика советской власти,
ориентированная на первостепенное обеспечение прав и свобод человека, привела
к установлению уголовной ответственности за противодействие организации и
проведению публичных массовых мероприятий, не запрещенных законом. И если
в случаях противоправных неповиновений и противодействий признак
«массовости» относился исключительно к лицам, осуществлявшим преступное
посягательство, то в составах преступлений, направленных на обеспечение прав и
свобод человека и гражданина, данный признак характеризовал сторону
потерпевших.
48
Глава 2 Уголовно-правовая характеристика преступлений в сфере
организации и проведения массовых мероприятий
2.1 Воспрепятствование проведению собрания, митинга, демонстрации,
шествия, пикетирования или участию в них
Воспрепятствование проведению собрания, митинга, демонстрации,
шествия, пикетирования или участию в них (ст. 149 УК РФ) непосредственно
посягает на провозглашенное Основным законом РФ право мирных собраний
граждан (ст. 31).
Стоит отметить, что собрание, митинг, демонстрация, шествие и
пикетирование, с позиции действующего законодательства, являются формами
публичных мероприятий. Нормативные определения такого рода мероприятий
сформулированы в ст. 2 Федерального закона «О собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях»: это открытая, мирная, доступная
каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или
пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая
по инициативе граждан РФ, политических партий, других общественных
объединений и религиозных объединений, в том числе с использованием
транспортных средств
57
.
В положениях Федерального закона «О собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях» предлагаются и определения форм
публичных мероприятий:
собрание – это совместное присутствие граждан в специально
отведенном или приспособленном для этого месте для коллективного обсуждения
каких-либо общественно значимых вопросов;
митинг – это массовое присутствие граждан в определенном месте для
публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем
преимущественно общественно-политического характера;
57
Федеральный закон от 19.06.2004 № 54-ФЗ (ред. от 07.06.2017) «О собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях» // «Собрание законодательства РФ», 21.06.2004,
№ 25, ст. 2485.
49
демонстрация – это организованное публичное выражение
общественных настроений группой граждан с использованием во время
передвижения плакатов, транспарантов и иных средств наглядной агитации;
шествие – это массовое прохождение граждан по заранее определенному
маршруту в целях привлечения внимания к каким-либо проблемам;
пикетирование – это форма публичного выражения мнений,
осуществляемого без передвижения и использования звукоусиливающих
технических средств путем размещения у пикетируемого объекта одного или
более граждан, использующих плакаты, транспаранты и иные средства наглядной
агитации
58
.
Реализация гражданами своего права на проведение перечисленных
разновидностей публичных массовых мероприятий происходит в рамках
определенных общественных отношений, которые находятся под охраной
уголовно-правовой нормы, закрепленной в ст. 149 УК РФ.
В науке уголовного права вопрос формулирования непосредственного
объекта состава воспрепятствования проведению собрания, митинга,
демонстрации, шествия, пикетирования или участию в них, как правило, не
вызывает серьезных разногласий. Доминирующей является точка зрения,
согласно которой в результате совершения рассматриваемого преступления
нарушаются общественные отношения в сфере реализации гарантированного
Конституцией РФ права граждан собираться мирно без оружия
59
.
На наш взгляд, сложившийся подход к определению непосредственного
объекта состава воспрепятствования проведению собрания, митинга,
демонстрации, шествия, пикетирования или участию в них в целом заслуживает
поддержки. В то же время, представляется целесообразным отказаться от
использования в исследуемой формулировке перечня форм публичных
мероприятий. Кроме того, цели конкретизации определения непосредственного
объекта состава преступления, регламентированного ст. 149 УК РФ, послужит
58
Федеральный закон от 19.06.2004 № 54-ФЗ (ред. от 07.06.2017) «О собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях» // «Собрание законодательства РФ», 21.06.2004,
№ 25, ст. 2485.
59
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. А.В.
Бриллиантова. – М.: Проспект, 2013. – С. 554.
50
содержащееся в нем указание на массовость соответствующих публичных
мероприятий.
Указание на публичность рассматриваемых мероприятий подчеркивает, что
они направлены на доведение какого-либо мнения неограниченному кругу лиц, на
коллективное обсуждение социально или политически значимых вопросов.
Предлагаемая ссылка на массовость мероприятий подразумевает участие в них
группы граждан, что согласуется с нормами международного права, которыми
декларируется свобода мирных собраний, то есть именно стечения, схода группы
лиц в одном месте.
В этой связи стоит обратить внимание на то, что действующему
отечественному законодательству известно такое мероприятие как одиночное
пикетирование. И хотя оно не названо в качестве самостоятельной формы
публичного мероприятия, в Федеральном законе «О собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях» имеется прямое обозначение
такового.
По нашему мнению, одиночное пикетирование не является формой
реализации права на свободу собраний. Такое мероприятие можно признать не
более чем способом выражения мнения, причем мнения не коллективного, а
частного. Поэтому воспрепятствование проведению одиночного пикетирования
не следует расценивать в качестве преступления, предусмотренного ст. 149 УК
РФ.
Результаты проведенного нами исследования свидетельствуют, что
воспрепятствование одиночному пикетированию не обладает уровнем
общественной опасности, присущим преступлению. Подобного рода деяние не
характеризуется существенной вредоносностью
60
. Дело в том, что свобода мысли
и слова безусловно гарантированы ч. 1 ст. 29 Конституции РФ, однако данные
права не поставлены под охрану уголовного закона в рамках ст. 149 УК РФ, в
отличие от права на мирные собрания граждан. При этом имеются основания
утверждать, что воспрепятствование осуществлению права конкретного человека
на свободное выражение мнения наносит несопоставимо меньший ущерб, нежели
60
Епифанова Е.В. Общественная опасность как научная категория, законодательная дефиниция:
история и современность: монография. – М.: Юрлитинформ, 2012. – С. 48-61.
51
ограничение права на свободу мирных собраний, которое затрагивает интересы
значительного количества лиц. Да и само право мирных собраний, на наш взгляд,
является более ценным социально-политическим достоянием демократического
общества.
На основании изложенного основной непосредственный объект состава
преступления, регламентированного ст. 149 УК РФ, образуют общественные
отношения, возникающие в связи с реализацией права граждан на организацию и
проведение законных публичных массовых мероприятий.
Ввиду того, что обязательными признаками состава воспрепятствования
проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования или
участию в них выступает факт использования должностным лицом своего
служебного положения либо применения насилия, закономерно возникает
потребность рассмотрения вопроса о нарушении данным преступлением еще
каких-либо общественных отношений. Вполне очевидно, что общественными
отношениями, складывающимися в связи с обеспечением конституционного
права граждан на организацию и проведение законных публичных массовых
мероприятий, а также на участие в них, не охватывается вред, обусловленный
обозначенными обстоятельствами. Имеются основания полагать, что в силу
использования должностным лицом своего служебного положения для
совершения преступления, предусмотренного ст. 149 УК РФ, повреждаются
общественные отношения, связанные с обеспечением нормальной деятельности
органов государственной власти или органов местного самоуправления.
Следовательно, такие общественные отношения образуют в этом случае
дополнительный непосредственный объект данного преступления.
Подобным образом необходимо рассуждать и в ситуациях совершения
исследуемого преступления не должностным лицом, но с применением насилия
или с угрозой его применения. В таком случае вред причиняется общественным
отношениям, складывающимся в связи с обеспечением здоровья человека.
А поскольку использование должностным лицом своего служебного
положения и применение насилия являются альтернативно обязательными
признаками воспрепятствования проведению собрания, митинга, демонстрации,
шествия, пикетирования или участию в них, установление одного или второго
52
объекта выступает необходимым условием квалификации содеянного по ст. 149
УК РФ.
В этой связи состав преступления, регламентированный ст. 149 УК РФ,
характеризуется альтернативным дополнительным объектом, который могут
образовывать общественные отношения, возникающие по поводу обеспечения
нормальной деятельности органов государственной власти либо органов местного
самоуправления, или общественные отношения, складывающиеся в связи с
обеспечением здоровья человека.
Как известно, в структуру объекта состава преступления входит предмет и
потерпевший. Данные признаки не являются обязательными для всех без
исключения составов преступлений. Однако многие составы преступления
характеризуются ими как составообразующими. Вполне очевидно, что
воспрепятствование проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия,
пикетирования или участию в них не предполагает преступное воздействие на
какой-либо объект материального мира. В этой связи следует вывод о том, что
преступление, предусмотренное ст. 149 УК РФ, не предполагает установление
признаков предмета.
В то же время, признаки потерпевшего обладают определенным
юридическим значением для рассматриваемого состава преступления. Эти
признаки не названы в диспозиции ст. 149 УК РФ, но не вызывает сомнений тот
факт, что установление потерпевшего необходимо для наличия данного состава
преступления. Такое утверждение основывается на том, что воспрепятствование
проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования или
участию в них подразумевает нарушение соответствующего права определенного
человека (группы лиц или объединений).
Исходя из предписаний действующего российского законодательства
потерпевшими в результате совершения преступления, закрепленного ст. 149 УК
РФ, могут быть организаторы или участники конкретного публичного массового
мероприятия.
В силу ч. 1 ст. 5 Федерального закона «О собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях», организатором публичного
массового мероприятия могут быть один или несколько граждан РФ
53
(организатором демонстраций, шествий и пикетирований – гражданин РФ,
достигший возраста 18 лет, митингов и собраний – 16 лет), политические партии,
другие общественные объединения и религиозные объединения, их региональные
отделения и иные структурные подразделения, взявшие на себя обязательство по
организации и проведению публичного мероприятия.
Участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены
политических партий, члены и участники других общественных и религиозных
объединений, добровольно участвующие в нем
61
.
Состав исследуемого преступления образует общественно опасное деяние,
выражающееся в воспрепятствовании указанным лицам в проведении
конкретного публичного массового мероприятия. При этом стоит подчеркнуть,
что организатор (организаторы) являются индивидуально определенными
лицами, поскольку они лично взаимодействуют с органами государственной
власти или местного самоуправления. В свою очередь участников публичного
массового мероприятия идентифицировать не требуется, поскольку ими могут
быть любые лица, добровольно участвующие в таком мероприятии. А в случае с
принуждением к участию в публичном массовом мероприятии потерпевшим
является лицо, не изъявлявшее желания добровольно участвовать в собрании,
митинге, демонстрации, шествии или пикетировании.
С объективной стороны состав преступления, регламентированный ст. 149
УК РФ, выражается, как следует из текста уголовного закона, в незаконном
воспрепятствовании проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия,
пикетирования или участию в них либо в принуждении к участию в них, если эти
деяния совершены должностным лицом с использованием своего служебного
положения либо с применением насилия или с угрозой его применения.
Изложенная законодательная формулировка позволяет выделить две
основные формы выражения объективной стороны преступления,
предусмотренного ст. 149 УК РФ: во-первых, это незаконное воспрепятствование
проведению или участию в публичном массовом мероприятии; во-вторых,
61
Федеральный закон от 19.06.2004 № 54-ФЗ (ред. от 07.06.2017) «О собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях» // «Собрание законодательства РФ», 21.06.2004,
№ 25, ст. 2485.
54
принуждение к участию в таких мероприятиях.
Прежде всего, необходимо обратить внимание на то, что в тексте
диспозиции ст. 149 УК РФ указывается на воспрепятствование проведению или
участию в публичном массовом мероприятии. При этом действующее
законодательство в этой сфере разделяет понятия организации и проведения
собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования. Так, глава 2
Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и
пикетированиях» именуется «Порядок организации и проведения публичного
мероприятия». В законе дается понятие организации исследуемых мероприятий,
согласно которому к организации публичного мероприятия относятся: 1)
оповещение возможных участников публичного мероприятия и подача
уведомления о проведении публичного мероприятия в соответствующий орган
исполнительной власти субъекта РФ или орган местного самоуправления; 2)
проведение предварительной агитации; 3) изготовление и распространение
средств наглядной агитации; 4) другие действия, не противоречащие
законодательству РФ, совершаемые в целях подготовки и проведения публичного
мероприятия
62
.
Однако анализируемый Федеральный закон не содержит определения
проведения публичного массового мероприятия. В этой связи закономерно
возникает вопрос о том, поставлено ли в рамках ст. 149 УК РФ под уголовно-
правовой запрет воспрепятствование только проведению собрания, митинга,
демонстрации, шествия, пикетирования, или же и воспрепятствование
организации названных мероприятий в том числе.
В уголовно-правовой науке по данному вопросу высказываются
противоположные мнения. И.Г. Мачковский полагает, что действующей
редакцией ст. 149 УК РФ поставлено под запрет незаконное воспрепятствование
проведению соответствующих публичных массовых мероприятий, тогда как
воспрепятствование организации таких мероприятий не является наказуемым в
рамках данной уголовно-правовой нормы. При этом, например, В.В. Палий
считает, что отказ в проведении публичного мероприятия, выдвижение
62
Статья 4 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и
пикетированиях» от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ