63
признаками, предоставление в аренду транспортного средства, обладающее
такими определенными признаками во временное владение и пользование, а
в случае договора аренды транспортных средств с экипажем, элементом
такого договора является еще и услуги по управлению транспортным
средством и его технической эксплуатации.
Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа № Ф 01-
5932/2017 по делу № А79-1021/2017
104
по исковому заявлению
индивидуального предпринимателя Крылова Сергея Анатольевича, который
обратился в Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии с иском,
уточненным в порядке, предусмотренном в статье 49 Арбитражного
процессуального кодекса Российской Федерации, к индивидуальному
предпринимателю Ильину Сергею Олеговичу о взыскании неосновательного
обогащения в сумме предоплаты, внесенной по договору на предоставление
транспорта во временное пользование и на оказание услуг по управлению им.
Из материалов дела следует, что между сторонами заключен договор от
18.02.2016, в соответствии с которым ИП Ильин С.О. обязался предоставить
ИП Крылову С.А. транспортное средство (Линкольн Таун Кар с
государственным номером А 001 СО 21) за плату во временное пользование,
оказывать услуги по управлению им и предоставить дополнительные услуги.
Оценив условия спорного договора, суд апелляционной инстанции
установил, что стороны с целью исключения разногласий при его
исполнении в пункте 1.2 определи в качестве существенного условие об
адресе подачи автомобиля.
Вместе с тем суд установил, что до даты заказа (08.03.2016) адрес
подачи автомобиля сторонами договора согласован не был.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции верно
квалифицировал правоотношения, сложившиеся между сторонами, как
отношения, вытекающие из договора аренды (фрахтования на время)
104
Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа № Ф01-5932/2017 по делу № А79-1021/2017 //
КонсультантПлюс [Электронный ресурс]: справочная правовая система
64
транспортного средства с экипажем, и правомерно признал его
незаключенным ввиду несогласования всех существенных условий.
Проблемы применения незаключенности ранее имели место при
произвольном применении судами самого института незаключенности,
которые, не вдаваясь в подробности, применяли недействительность при
малейшей несогласованности условий договора аренды. Однако такой
подход подрывает принцип добросовестности в гражданском обороте,
предусмотренный п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В настоящее время незаключенность применяется судами с более
объективной оценкой, поскольку, утрачивая интерес договору либо ища
способ от ухода от исполнения обязанностей, недобросовестная сторона
предъявляет требования о признании договора недействительным или
незаключенным.
Главным вопросом, при котором договор признавался незаключенным
– это вопрос несогласованности объекта аренды, при наличии которого, чаще
всего недобросовестная сторона и пыталась воспользоваться этим для
собственной выгоды.
Анализируя судебную практику, автор настоящей работы резюмирует,
что основанием для отказа в удовлетворении требований о признании
договора аренды незаключенным ввиду несогласованности объекта аренды
(предмета договора) являются:
Отсутствие доказательств, свидетельствующих о наличии между
сторонами разногласий и неопределенности в отношении предмета договора
в процессе его подписания и исполнения
105
. В рамках арбитражного дела
заявлялось требование о признании незаключенным договора аренды
земельного участка, при этом Администрация муниципального образования
Динской район ссылалась на то, что акционерное общество «Колос»
использует участок без оформления правоустанавливающих документов.
105
Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26.12.2017 № Ф08- 10158/2017 по делу
№ А32-39649/2016 // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система
65
Указанная в договоре площадь участка не соответствует действительности,
границы участка не установлены. Договор не зарегистрирован в ЕГРН.
Отсутствие доказательств невозможности исполнения договора аренды
из- за несогласованности предмета договора
106
. В рамках арбитражного дела
заявлялось требование об истребовании нежилых помещений из чужого
незаконного владения, обязании освободить и передать помещения, ссылаясь
на то, что после прекращения действия договора аренды нежилого
помещения ответчиком не переданы занимаемые нежилые помещения.
Как известно, договор считается заключенным при согласовании
существенных условий, при этом, если какое-либо условие несогласованно,
это еще не основание для обращения в суд за признанием такого договора
незаключенным. Об этом свидетельствует многочисленная судебная
практика, которая приведена выше. Рассмотрены вопросы злоупотребления
правом, заключающимся в нежелании отвечать по своим обязательствам
вопреки заключенным договорам.
Мы видим, что существенными условиями договора аренды является
сам объект аренды, в каких-то случаях его технические характеристики или
определенные признаки передаваемого в аренду объекта, однако стороны
таких договоров позволяют себе допущение таких условий, при которых
договоров аренды без сомнения будет признан незаключенным. Если, к
примеру, стороны в качестве оплаты по договору аренды включили только
условие об оплате коммунальных платежей, такой договор аренды не будет
отвечать принципу возмездности, поскольку арендодатель не будет
фактически получать встречного представления за переданное в аренду
имущество. Однако многие требования о признании договора аренды
незаключенным не удовлетворяются в связи с принципом недопущения
злоупотребления и подрыва предпринимательской деятельности в связи с
этим. Произошедшие в последнее время позитивные изменения в
106
Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2018 № 18АП-12111/2018
по делу № А07-31898/2017 // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система
66
правоприменительной практике по «спасению» договоров аренды от
признания их незаключенными, поддерживают экономику в надлежащем
состоянии, обязывая участников гражданского оборота добросовестно
относиться к своим обязанностям и искореняя из ума людей самую мысль о
возможности недобросовестного применения своих прав, предоставленных
позитивным правом.
2.3 Недействительность других видов договоров
В практике существуют случаи признания производных от основной
сделки обязательств. При вынесении судебных актов судам нередко
приходится сталкиваться с ситуациями, при которых необходимо выносить
решения, практики по которым еще не было.
Одним из примеров является недавно рассмотренное Дзержинским
районным судом г. Нижнего Тагила Свердловской области дела по иску К,
действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей к Ш.
об определении доли в жилом доме и по встречному иску Ш. к К.,
действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей о
признании обязательства недейстительным. Решением Дзержинского
районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 08.11.2018 года
по делу № 2-1347/2018 отказан в удовлетворении первоначальных исковых
требований, встречные исковые требования удовлетворены.
В обоснование встречных исковых требований указано, что в
соответствии с договором купли-продажи истцом приобретен жилой дом. В
процессе эксплуатации жилого дома истец начал производить
реконструкцию дома. Для реконструкции жилого дома были использованы в
том числе средства материнского капитала. Истцом дано обязательство в
течение 6 месяцев после получения кадастрового паспорта объекта
индивидуального жилищного строительства оформить жилой дом в общую
собственность лица, получившего сертификат, его супруга, детей с
67
определением размера долей по соглашению. После выдачи обязательства
брак между К. и Ш. был расторгнут.
Решением суда удовлетворены исковые требования Ш. к К. об
оспаривании отцовства в отношении несовершеннолетних Ш.И.В., Ш.Ф.В.
Обязательство в данном случае может дать только отец, коим истец не
является. С другой стороны, у биологического отца детей появляется право
на распоряжение материнским (семейным) капиталом на улучшение
жилищных условий. Так как спорное жилое помещение приобреталось на
средства истца Ш., без участия в покупке К., использовалась часть денежных
средств, полученных от реализации права на распоряжение материнским
(семейным) капиталом, оформление жилого дома в общую собственность
детей, матери и истца противоречило бы целевому использованию средств
материнского (семейного) капитала, а также нарушало бы права
биологического отца, не лишенного родительских прав в отношении детей.
Суд согласился с позицией истца по встречному иску, признав
недействительным данное обязательство, применив при этом последствия
недействительности сделки в виде возложения на Ш. обязанности возвратить
средства материнского (семейного) капитала, перечисленные на расчетный
счет К. на основании решения ГУ Управления Пенсионного фонда РФ в г.
Нижнем Тагиле и Пригородном районе Свердловской области
107
.
Другим примером является договор залога. Между банком и
Компанией был заключен кредитный договор, в обеспечение исполнения
которого участник Компании (Залогодатель) передал в залог долю в
уставном капитале Компании в размере 51% уставного капитала. Сразу после
этого Банк начал реализовывать корпоративные права в отношении
Компании по своему усмотрению. Залогодатель предъявил иск о признании
недействительным договора залога, поскольку при его заключении он был
107
Решение Дзержинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 08.11.2018 г. № 2-
1347/2018. // URL:https://dzerzhinsky-
svd.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&name_op=case&_id=289182960&_deloId=1540005&_caseType=0&_n
ew=0&_doc=1&srv_num=1
68
введен в заблуждение, фактически договор привел к утрате корпоративного
контроля. Суд согласился с доводами истца, указав, что передача
залогодержателю корпоративного контроля противоречит понятию залога,
предусмотренному п. 1 ст. 334 ГК РФ. Реализуя корпоративные права, не
являясь при этом участником общества, банк, по мнению суда, допустил
злоупотребление правом, использовал право не в соответствии с его
назначением. В связи с этим иск был удовлетворен
108
.
Пример недобросовестного поведения участников гражданского
оборота.
В 2009 году Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской
области по делу № 2-1782/2009
109
с П. в пользу Ф. были взысканы денежные
средства, на основании выданных исполнительных листов Отделом судебных
приставов по Ленинскому району г. Н. Тагила и Пригородному району
Свердловской области УФССП по Свердловской области были возбуждены
исполнительные производства.
В рамках исполнительного производства П. реализовал имущество,
находящееся в его собственности: Квартира. Решением Верх-Исетского
районного суда г. Екатеринбурга от 06 июля 2012 года № 2-1729/2012
110
,
вступившего в законную силу 14 августа 2012 года признан
недействительным (ничтожным) договор дарения квартиры № 10 дома № 1
по ул. Набережная рабочей молодежи в г. Екатеринбурге, заключенный
15.09.2010 года (зарегистрированный 22.09.2010 года) между П. и П.
108
Решение Арбитражного суда г. Москвы от 8 августа 2016 г. по делу № А40-216102/15-48-1784 // URL:
http://kad.arbitr.ru/PdfDocument/cad52bdd-8021-4573-ad2e-82f37e37da7c/e60fa6b4-0bfd-4a32-baf8-
266fa392f9cd/A40-216102-2015_20160808_Reshenija_i_postanovlenija.pdf
109
Решение Ленинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 21.12.2009 по делу №
2-1782/2009. // URL: https://leninskytag-
svd.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&name_op=case&_id=132124074&_deloId=1540005&_caseType=0&_n
ew=0&_doc=1&srv_num=1
110
Решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 06.07.2012 № 2-1729/2012. //
URL:https://verhisetsky-
svd.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&name_op=case&_id=224737605&_deloId=1540005&_caseType=0&_n
ew=0&srv_num=1
69
Решение исполнено в ноябре 2014 года, в это же время осуществлен
переход права собственности на объект недвижимого имущества — эту же
квартиру, договор дарения от 29.10.2014 года.
Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 08
декабря 2015 года по делу № 2-7388/2015
111
отказано в признании договора
дарения от 29.10.2014 недействительным (ничтожным). Апелляционным
определением Свердловского областного суда от 17.03.2016
112
решение Верх-
Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 08.12.2015 отменено, принято
новое решение, которым иск Ф. к П., П. о признании договора дарения
недействительным, применении последствий недействительности сделки,
обращении взыскания на имущество, удовлетворить полностью.
Удовлетворяя апелляционную жалобу Ф. суд апелляционной инстанции
указал на недобросовестное поведение ответчика П. Согласно п. 3 ст. 1
Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении,
осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских
обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать
добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего
незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского
кодекса Российской Федерации).
В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской
Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно
с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с
противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное
осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10
Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и
111
Решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 08.12.2015 № 2-7388/2015 //
URL:https://verhisetsky-
svd.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&name_op=case&_id=225165518&_deloId=1540005&_caseType=0&_n
ew=0&_doc=1&srv_num=1
112
Апелляционное определение Свердловского областного суда от 17.03.2016 по делу № 33-4412/2016 //
URL:https://oblsud-
svd.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&name_op=doc&srv_num=1&number=10391352&delo_id=5&new=5&t
ext_number=1
70
последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите
принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет
иные меры, предусмотренные законом.
Согласно п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации
сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является
оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие
последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу
п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, если из закона не
следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового
акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и
охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.
Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом,
подлежит признанию недействительным на основании статей 10 и 168
Гражданского кодекса российской Федерации по иску оспаривающего такой
договор лица, чьи права и охраняемые законом интересы он нарушает.
Такая позиция Свердловского областного суда согласуется с Обзором
судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 от
04.03.2015
113
(утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации
04.03.2015), в соответствии с которым в силу абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ не
допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением
причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной
целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских
прав.
Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет,
установленный в ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается
недействительной на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ.
К сожалению, такие «схемы» ухода от взыскания нередки. Однако, с
началом применения и формирования положительной практики по
113
Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 за 2015 / утв. Президиумом
Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015 // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная
правовая система
71
недействительным сделкам, суды стали более серьезно подходить к
разрешению таких дел, дабы не допустить недобросовестной реализации
гражданских прав.
Институт недействительности с момента утверждения Концепции
развития гражданского законодательства претерпел значительные изменения,
а судебная практика по таким делам стала более устойчивой и однообразной.
Необходимо также обратиться к недействительности сделок,
нарушающих антимонопольное законодательство. В отличие от
недействительности договоров, не связанных с антимонопольным
законодательством, договоры, вытекающие из правоотношений,
регулирующих антимонопольное законодательство как правило регулятором
выступает публичное право, тогда как в других случаях частное право,
выражающееся в независимости и автономии личности, признания и защиты
частной собственности, свободы договора. В соответствии с ч. 2 ст. 8
Конституции Российской Федерации
114
в Российской Федерации признаются
и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и
иные формы собственности. Все равны перед законом и судом (ч. 1 ст. 19
Конституции Российской Федерации).
В связи с этим представляется, что установление приоритета
публичного права над частным относительно правоотношений, вытекающих
из антимонопольного законодательства, приводит к затруднению в
правоприменительной практике в связи с различным и произвольным
толкованием понятия «публичный интерес» и отсутствием возможности к
уделению внимания нюансам в каждом конкретном деле. Применение
публичного принципа создает неопределенность в предпринимательской
деятельности, поскольку при добросовестном исполнении всех обязательств
по заключенному договору, контракту, добросовестно считая договор,
контракт и т.п. действительным, окажется так, что решением
114
Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) //
КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система
72
антимонопольного органа, которое, в прочем, может быть принято как в
начале, в самом процессе исполнения так и в конце и после окончания, вдруг
окажется нелегитимным заключенный договор, стороны будут претерпевать
все те негативные последствия, предусмотренные для института
недействительности.
В Монографии «Конкуренция в рыночной экономике: пределы
свободы и ограничений»
115
указано, что в качестве общего правила должна
предусматриваться ничтожность любых сделок, запреты по которым
безусловно нарушены и которые регламентируются ч. 1, ч. 2, ч. 3 ст. 11
Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»
116
. По
сделкам, в отношении которых установлено условное запрещение, должен
применяться принцип действительности, который может быть оспорен по
правилам оспоримости, а не ничтожности сделок. Все это необходимо для
обеспечения стабильного гражданского оборота и эффективности в
удовлетворении публичного интереса.
Президиумом Верховного Суда РФ 16 марта 2016 г. был утвержден
Обзор
117
по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении
дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в
указанной сфере. Среди прочих вопросов в своем Обзоре Верховный Суд
подтвердил правильность подхода антимонопольного органа при
установлении факта наличия антиконкурентного соглашения, указывая на
оценку фактического поведения хозяйствующих субъектов и отказа от
постановки в зависимость заключения таких соглашений от правил
заключения договоров, предусмотренных гражданским законодательством.
115
Конкуренция в рыночной экономике: пределы свободы и ограничений: монография / А.А. Амангельды,
О.А. Беляева, А.Н. Варламова и др.; отв. ред. А.В. Габов. М.: ИЗиСП, Юриспруденция, 2016. – 384 с.
116
Федеральный закон от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» // КонсультантПлюс [Электронный
ресурс] : справочная правовая система
117
Обзор по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел
об административных правонарушениях в указанной сфере / утв. Президиумом Верховного Суда РФ
16.03.2016 // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система