В доктрине советского гражданского права существовали различные
взгляды на правовую природу обозначенных сделок, впрочем, в современной
цивилистике, также можно усмотреть два лагеря, один из которых относит
мнимые и притворные сделки к сделкам с пороками воли, а другой - к
сделкам с пороками содержания. Так, В. И. Синайский отмечал следующее:
«мнимость и притворность — пороки сделки, вытекающие из ненадлежащего
изъявления воли ее сторон, которое выражается в несоответствии
волеизъявления и воли в случае симуляции»
18
. В наши дни, уже Е.А. Суханов
высказывается следующим образом: «В современной теории гражданского
права, выделение мнимых и притворных сделок связывается с
несоответствием между волей и волеизъявлением субъекта в процессе её
совершения»
19
. Так, несмотря на то, что лицо, заключающее мнимую или
притворную сделку, полностью осознаёт характер своих действий, и внешнее
проявление его воли соответствуют её внутреннему содержанию,
волеизъявление такого лица, выраженное в его действиях, не соответствует
действительной правовой природе, совершаемой им сделки. Именно в этом
контексте можно говорить о пороке воли, заключённом в такого рода
сделках. При этом, можно также отметить, что и воля, и волеизъявление
формируется свободно при совершении мнимых и притворных сделок и не
подвержены ошибочным представлениям или заблуждениям. То есть,
стороны осознают фиктивность своих намерений и желают, чтобы
последствия, свойственные данным видам сделки, не наступили,
волеизъявление, сформировавшись свободно, по сути соответствует
внутренней воле, в том смысле, что стороны совершают ровно то, что хотели
совершить. И здесь, как отметил И.В. Матвеев, «именно отсутствие
намерений приобрести соответствующие права и обязанности и
инсценировка их приобретения сторонами, осуществленная для третьих лиц,
18
Синайский В. И. Русское гражданское право / В. И. Синайский; МГУ им. М.В. Ломоносова, Каф. гражд.
права юрид. фак. - Москва: Статут, 2002. - С. 146.
Там же. С.148.
19
Суханов Е. А. Российское гражданское право: учебник в 2 т. / под ред. Е. А. Суханова. - М. - 2010. - Т. 1. -
345.
45
позволяет говорить в данном случае о пороке содержания данных
гражданско-правовых действий, поскольку они не соответствуют природе и
юридическому смыслу сделки, действия контрагентов должны быть
направлены на приобретение гражданских прав и обязанностей».
Таким образом, определённая истина есть во всех приведённых
мнениях, и, с одной стороны, волеизъявление сформировано свободно,
стороны намеренно демонстрируют его, создавая видимость определённой
сделки, с другой стороны, можно также говорить о несоответствии этому
волеизъявлению истинной воли сторон, их изначальному, скрытому ото всех
замыслу. И здесь уже имеется определённый теоретический вопрос - что
понимать под волей сторон и её формированием, и к сделкам с каким
пороком - воли или содержания относить мнимые и притворные сделки. В
отечественной цивилистике на эти вопросы разные учёные отвечают по-
разному.
Кроме того, в правоприменительной практике выделяется критерий
фактических намерений, так, в постановление ФАС Дальневосточного округа
от 25.04.2014 по делу № Ф03-1038/2014 суд пришёл к выводу, что
оспариваемая сделка не может считаться мнимой, поскольку «При
разрешении спора суды установили фактическое намерение обеих сторон на
исполнение оспариваемых сделок, их действительной воли на совершение
таких действий». Помимо прочего суды указывают на критерий реальности
такого исполнения, вместе с направленностью воли сторон (определение ВС
РФ от 28.05.2013 № 5-КГ13-49, постановление ФАС Московского округа от
22.10.2014 по делу № А41-4197/14, постановление ФАС Московского округа
от 29.07.2014 по делу № А41-32035/13, постановление ФАС Московского
округа от 16.12.2014 по делу № А40-2391/14, постановление ФАС
Московского округа от 24.11.2014 по делу № А41-18181/11). Кроме того,
судом может быть использован и критерий недобросовестности, как это было
сделано в постановление ФАС Московского округа от 25.02.2014 по делу №
46
А40-54563/2013.
Примерами признания судом тех или иных сделок мнимыми могут
служить следующие дела:
- Постановлением Президиума ВАС РФ от 13.12.2011 № 10467/11
признан мнимым договор дарения доли в уставном капитале ООО, между
родственниками, после заключения которого даритель, обладая статусом
участника ООО, реализовывал свои права участника данного общества, а
одаряемый не предпринимал мер по защите своего права вплоть до
обращения судом общей юрисдикции взыскания на доли в уставном капитале
обществ;
- В постановлении АС Московского округа от 14.11.2014 по делу №
А40-127014 судом установлена мнимость договора, по которому одна из
сторон был создала формальный документооборот без осуществления
реальных хозяйственных действий;
- Пожалуй, самая распространённая цель заключения мнимой сделки -
сокрыть имущество от притязаний кредиторов. Так в определении ВС РФ от
05.06.2012 по делу № 11-КГ12-3 указано на мнимость сделок, поскольку они
заключены с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания по
требованию кредитора. Аналогичную правовую позиция о мнимости сделки,
истинная воля сторон которой направлена на противоправное сокрытие
имущества от взыскания со стороны кредиторов можно наблюдать в
постановлениях Президиума ВАС РФ от 06.02.2002 № 2352, и от 22.03.2012
№ 6136/11;
- Постановлением ФАС Московского округа от 24.05.2013 по делу№
А41-16497/11 из следующих обстоятельств дела был сделан вывод о
мнимости договора подряда: объект незавершенного строительства
возведено заключения договора, какие-либо работы по договору не
проводились, при подписании договора у сторон отсутствовали намерения
создать соответствующие правовые последствия.
47
В случае с притворной сделкой, продемонстрированное волеизъявление
не соответствует истинной воле сторон, которая направленна на порождение
иных правовых последствий, чем те, что вытекают из сделки, о которой
свидетельствует волеизъявление. Как отмечено в определениях ВС РФ от
22.11.2011 № 23-В11- 6, от 16.07.2013 № 18-КГ13-55; и в постановление
Президиума ВАС РФ от 26.11.2013 № 7317/13, от 21.01.2014 № 9913/13: «по
основанию притворности может быть признана
недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение
других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки».
В постановлениях ФАС Московского округа от 24.03.2014 № Ф05-
1778/2014ФАС, ФАС Поволожского округа от 09.09.2014 по делу № А12-
23539/2010, ФАС Московского округа от 30.12.2013 по делу А40- 145465/12
обнаруживается следующая правовая позиция: лицо, обратившееся за
признанием сделки ничтожной, по причине её притворности, должно
доказать, что в результате сделки зародилось обязательство, на самом деле не
предусмотренное её условиями, представить доказательства направленности
воли сторон на совершение именно прикрываемой сделки. Помимо этого,
чтобы признать сделку притворной суду сначала необходимо исследовать, на
что была направленна истинная воля сторон при совершении такой сделки.
Как правило, чтобы выявить притворность той или иной сделки, суды
используют в совокупности несколько критериев: исследуют истинную волю
сторон, устанавливают факт исполнения заключённой сторонами сделки,
исследуют действия сторон на предмет законности, наличия в их действиях
признаков злоупотребления правом или недобросовестности.
Примерами признания судом тех или иных сделок притворными могут
служить следующие дела:
- Суд признал сделку по отчуждению здания притворной, установив,
что указанная в договоре цена значительно ниже рыночной, кроме того она
не была уплачена. Результатом этого судебного разбирательства стало
48
постановление ФАС Московского округа от 20.01.2015 по делу № А40-
110235/ 12-131-260, в котором отмечается: «притворная сделка прикрывает
своей формой истинную сделку, то есть в такой ситуации имеется две
сделки: одна притворная и другая та, которую стороны действительно имели
в виду. Признаком притворности сделки в силу п. 2 ст. 170 ГК РФ является
отсутствие у сторон волеизъявления на исполнение заключенной сделки и
намерение фактически исполнить прикрываемую сделку»;
- Постановление ФАС Московского округа от 30.07.2014 по делу №
А40-150096/ 13-139-1377: «Судебная коллегия апелляционного суда пришла
к выводу о том, что договор хранения имущества № 12 от 03.10.2011 г.
является недействительной (ничтожной) сделкой (п. 2 ст. 170 ГК РФ),
прикрывающая сделку субаренды нежилого помещения». В этом деле
отсутствие в спорном периоде фактического исполнения сторонами договора
хранения обязательств по такому договору послужило доказательством
притворности данной сделки;
- Притворность договора купли-продажи оформленного в обеспечение
возврата займа и прикрывавшего договор залога установил подтвердил ВС
РФ в определение ВС РФ от 30.07.2013 № 18-КГ13. Из обстоятельств дела
следовало: «у стороны сделки не было намерений отчуждать
принадлежащую ей на праве собственности квартиру, передача квартиры
совершена не была, коммунальные платежи с момента заключения договора
купли-продажи по-прежнему производились. Судебная коллегия по
гражданским делам Краснодарского краевого суда, исследовав и оценив
доказательства, пришла к выводу, что договор купли-продажи квартиры
является притворной сделкой, поскольку фактически между сторонами
заключен договор займа с залогом имущества в виде спорной квартиры».
Рассматривая категории мнимых и притворных сделок, нельзя не
коснуться вопроса новой редакции п. 2 ст. 170 ГК РФ, введённой в действие
Федеральным закон «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I
49
части первой и статью 1153 части третей Гражданского Кодекса Российской
Федерации» от 07.05.2013 № 100-ФЗ. Данным федеральным законом
содержание нормы было расширено в сторону признания притворными не
только сделок, прикрывающих другого вида сделки, но и прикрывающих
аналогичного вида сделки, но совершённые на иных условиях. Как,
например, договор купли продажи по заниженной цене, покрывающий такой
же договор, но уже по цене аналогичной рыночной, например, с целью ухода
от налогообложения.
О возможности применения норм о притворности в отношении «акта
купли-продажи продажной цены ниже ее действительного размера»
указывалось еще в дореволюционной литературе. При этом особо
отмечалось, что не все сделки с заниженной ценой следует считать
недействительными, а только те, «которые вступают в противоречие с
абсолютными запретами закона»
Расширение нормы о притворности сделки было обусловлен
практической необходимостью, так как зачастую, суды отказывались
квалифицировать сделки с существенно заниженной ценой как притворные,
справедливо указывая, что такие сделки под законодательное определение
притворности не попадают.
2.4 Кабальные сделки, их особенности в Российской Федерации
Сделки, предусмотренные статьей 179 Гражданского кодекса
Российской Федерации, а именно, сделки с дефектов внутренней воли,
совершивших их лиц, совершаются довольно часто. В то же время в
судебной практике данная статья применяется крайне редко, в особенности
ее часть, касающаяся кабальных сделок, в связи со сложностями при
доказывании основного состава признаков.
50
Трудности при квалификации недействительности кабальной сделки
изначально создает формулировка части 3 статьи 179 Гражданского кодекса
Российской Федерации, которая относит к кабальным сделкам, сделку,
совершенную на крайне невыгодных условиях, которую лицо было
вынужденно совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем
другая сторона воспользовалась . Исходя из вышеизложенного, можно
сделать вывод, что основными признаками недействительности данного вида
сделок является:
Крайне невыгодные условия;
Сделка совершена добровольно, но в силу вынужденного состояния,
причиной возникновения которого послужило стечение тяжелых
обстоятельств;
Изначальный умысел другой стороны, воспользоваться стечением
тяжелых обстоятельств.
Считаем, что информация, содержащаяся в статье, абстрактно
определяет признаки недействительности сделки, а это в свою очередь
создает некоторую недосказанность и неточно в законодательстве и его
применении на практике.
Рассмотрим первый признак: крайне невыгодные условия. В силу
каких бы тяжелых обстоятельств ни была заключена сделка, изначально она
является выгодной для обеих сторон, так как в ином случае нуждающаяся
сторона не заключила необходимую ей сделку в принципе. Поэтому
существует необходимость в статье уточнить помимо невыгодности сделки,
ее явную несправедливость. В свою очередь несправедливые условия
должны резко отличаться от обычных условий, при заключении подобного
рода сделок. Степень несправедливости законодатель позволяет определять
судье самостоятельно. Мы же считаем необходимым определить в законе
более точно, что стоит понимать под «невыгодными условиями», что
51
способствовало бы более единообразному применению данной нормы,
которое на данный момент отсутствует.
Например, в случае, когда ставка процента за пользование кредитом в
размере 0,5 % в день (180 % годовых) является необоснованно высокой по
сравнению с действующей в период действия договора ставкой
рефинансирования (11—10 % годовых), суд первой инстанции
квалифицировал действия истца по установлению столь высокой платы по
коммерческому кредиту, как злоупотребление правом и посчитал
возможным взыскать в пользу истца проценты за период с 18.02.2007 по
09.07.2007 в размере 18262 руб. 93 коп. Суд апелляционной инстанции
согласился с позицией суда первой инстанции. В то же время Федеральный
арбитражный суд Восточно-Сибирского округа счел выводы судов обеих
инстанций неправомерными, судебные акты — подлежащими отмене. По его
мнению, в соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса
Российской Федерации юридические лица свободны в установлении своих
прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не
противоречащих законодательству условий договора.
Вместе с тем, считаем, что принцип свободы договора не исключает
при определении его содержания соблюдение правил разумности и
справедливости.
Вынужденное состояние, причиной возникновения которого
послужило стечение тяжелых обстоятельств, тяжело назвать добровольным.
Лицо действует не по своей воле, а под давлением сложившихся
неблагоприятных обстоятельств, в ситуации, в которой не видит
благоприятного выхода [5]. Присутствует явное неравенство переговорных
возможностей сторон, в связи с возникшими чрезвычайными
обстоятельствами. Поэтому Т.Е. Абова и А.Ю. Кабалкин относят кабальные
сделки к сделкам с несоответствием воли и волеизъявления . Анализ
судебной практики показывает, что необходимо присутствие «стечения»
52
тяжелых обстоятельств, следовательно, одного обстоятельства недостаточно,
вне зависимости от степени его тяжести. Помимо этого необходимо доказать
непосредственную связь сложившихся тяжелых обстоятельств и заключения
данной сделки. При этом к категории тяжелых обстоятельств, следует
относить исключительно те, которые сторона не могла преодолеть иным
способом, кроме как заключением оспариваемой сделки. Если же у стороны
имелись иные способы преодоления тяжелых обстоятельств, а она в свою
очередь ими не воспользовалась, то сделка не может быть признана
недействительной как кабальная. Нельзя говорить о кабальности сделки и в
случае, если она была заключена из легкомысленных побуждений и сторона
не осознавала ее неблагоприятных последствий.
Отдельно следует затронуть вопрос о возможности признания сделки
кабальной, в случае если она была совершена между юридическими лицами.
Зачастую, их руководители могут идти на заключение сделок, значительно
ухудшающих положение организации основываясь на экономической
обстановке или в случае банального коммерческого просчета. Такие сделки
не могут быть признаны кабальными, поскольку предпринимательская
деятельность осуществляется на их риск. Но в литературе отмечается так же,
что следует признавать сделки, совершенные юридическими лицами
кабальными, если на их совершение повлияли обстоятельства
непреодолимой силы.
Сложнее всего доказать слабой стороне, наличие изначального умысла
у сильной стороны, которая воспользовалась обстоятельствами. Выходит, что
контрагент осведомлен о том, насколько сделка является невыгодной и
несправедливой, а так же о крайней нужде лица ее совершить, а возможно и
некомпетентности лица в области заключения сделки. Он осознанно
извлекает выгоду из тяжелых обстоятельств, воспользовавшись явным
преимуществом при проведение переговоров, диктует свои условия. Не
имеет значение и то, действует ли сторона в сделке активно и сама
53
предлагает заключить кабальную сделку или просто принимает предложение
лица, самого сформулировавшего крайне невыгодные условия договора.
Возникает вопрос, в каких именно действиях должен проявляться умысел
контрагента? Какие обстоятельства в его действиях будут указывать на то,
что лицо воспользовалось тяжелой ситуацией, ведь преследование выгоды
при совершении сделки в Гражданском праве является вполне законным.
В свою очередь, кабальные сделки необходимо отграничивать от тех
договоров, которые по своей природе носят безвозмездный характер. Так,
например, договор дарения или договор беспроцентного займа изначально не
будет выгодным для одной из сторон. Но сам факт заключения такого
договора не может явиться поводом для сомнений в его действительности.
На основании вышеизложенного, можно сделать следующий вывод.
На данный момент статья 179 Гражданского кодекса Российской Федерации
в части третьей нуждается в переработке. В ее текст необходимо добавить
подробное описание «стечения тяжелых обстоятельств». Кроме этого, стоит
уточнить условия, которые суд может расценивать как «крайне невыгодные»
при заключение сделки. А так же продумать механизм доказывания наличия
умысла у другой стороны, заключающую выгодную для себя сделку и крайне
невыгодную для другого лица.
54