45
поскольку представителем заявителя не было поставлено ни одного вопроса
на который эксперты не ответили в своем заключении.
Из материалов дела видно, что суд установил владение на праве
собственности квартирой,в которой много лет фактически проживает, в том
числе совместно с супругой. Супруги ведут совместное хозяйство, помогают
друг другу. Установлено, что ФИО3 самостоятельно себя обслуживает,
помогает супруге по хозяйству, ходит в магазин и т.д. Данное обстоятельство
не опровергнуто заявителем.
Также установлено, что он унаследовал после смерти родителей
квартиру, оформил право собственности на объект недвижимости и в
дальнейшем продал имущество родственникам супруги, а вырученные от
сделки денежные средства разместил на банковском счете и в результате
получает доход в виде процентов, начисляемых на сумму размещенных
денежных средств.
Кроме того, у него имеются денежные средства размещенные им на
других банковских счетах. Супруга заинтересованного лица получает пенсию
и соответственно имеет доход, а также обеспечена жилым помещением.
Суд справедливо определил, что данные факты не свидетельствуют о
неразумном распоряжении своим имуществом и доходами даже учитывая
наличие психиатрического заболевания.
Суд совершенно верно пришел к выводу о необоснованности
изложенных в заявлении доводов о распоряжении имуществом и денежными
средствами в ущерб своих прав.
Оснований для ограничения совершать сделки и выдавать доверенности
не имеется. Доводы заявителя о том, что жена действует в нарушение прав
супруга суду не представлено.
Таким образом, заявление об ограничении дееспособности гражданина,
страдающего психическим расстройством (пункт 2 статьи 30 ГК РФ),
рассматривается судом применительно к правилам, установленным главой 31